Княгиня Ольга - Елизавета Алексеевна Дворецкая

Дней через пять-шесть дружина Эйрика достигла устья Мологи. Здесь Эйрик предполагал еще на какое-то время остановится для сбора войска, чтобы потом, усилившись, передвинуться еще на несколько переходов. Но Хельга знала, что не может больше ждать. Что-то подсказывало ей: счет пошел на дни.

– Дядя, я должна ехать дальше, – объявила она Эйрику. – Чтобы попасть к Видимирю как можно быстрее. Если я не уведу Эскиля, им завладеет Ингвар. И это будет означать нашу погибель.

– Твой отец откусит мне голову, если я позволю тебе ехать вперед.

– Ах, дядя, что значит твоя или моя голова, когда речь идет о гибели всех нас! Если в итоге я стану рабыней Ингвара, моего отца это тоже не слишком порадует!

– Ты хочешь попасть прямо в Видимирь?

– Да, если Эскиль там.

– Здесь еще переходов семь-восемь. Надо подумать, сколько людей я могу дать тебе…

– Мне нужно ровно столько, чтобы меня довезли до места. Я не собираюсь ни с кем сражаться, и если со мной будут всего два-три человека, нам легче будет пробраться незамеченными.

Эйрик готов был дать Хельге любых своих людей, но Хедин с братьями и слушать не хотел о том, чтобы отпустить ее с кем-то другим. Дальше они поплыли впятером, на лодке с четырьмя веслами: Хельга, трое ее братьев и мерянин Мича, из людей Хедина. Все были одеты просто и надеялись, что посторонний взгляд издалека примет их за простых селян. Существовала опасность столкнуться с войском – варягов или Ингвара, – если те так или иначе двинутся на восток, но тут оставалось положиться на удачу.

* * *

Хельга не напрасно беспокоилась о том, что Ингвару надоест ждать. И более терпеливый человек с трудом переносил бы ожидание в таком положении, а для Ингвара каждый следующий день был невыносимее прежнего. Зная, что надолго его не хватит, Мистина обдумывал несколько замыслов, как подтолкнуть события.

– Мы можем послать к Эйрику, – предлагал он. – Сказать ему, что мы пришли сюда истребить мятежных варягов, и предложить ударить на них сразу со всех сторон. Если он сам не пытается вытеснить их с волока, то, может, сделает это по нашей просьбе. А когда мы с ними покончим, то и с ним разговаривать будет легче – он убедится, как важно иметь союзников на юге и на западе, чтобы больше ничего такого не дождаться.

– Я могу покончить с ними прямо сейчас, без всякого Эйрика, – гневно отвечал Ингвар. – Хватит уже сидеть здесь, мы что, из Киева шли комаров кормить? Я сам в этих болотах скоро заквакаю! Там греки ждут! Мы и так уже домой до зимы не успеем, самое лучшее – в Хольмгард! А в Киев – к концу зимы! Хватит уже! Вечно я тебя слушаю, глядь! Надело!

Варяги же упорно сидели на волоке, не двигаясь ни назад, ни вперед. Вот-вот стоило ожидать появления Эйрика с его собранным войском. Люди Ингвара пока не испытывали трудностей с припасами – им хватало хлеба, они постоянно били дичь и ловили рыбу. Но хирдманам было скучно сидеть в лесу, дожидаясь, пока варяги сами сдадутся; возможные потери уже никого не пугали, и было ясно, что раз уж варяги уперлись, все же лучше покончить с ними, не дожидаясь, пока меряне закончат жатву и соберут войско.

– А если Эйрик разобьет варягов сам, – продолжал Ингвар, – то на кой хрен ему будем нужны мы? Все, хватит, дождались. Вели парням готовиться. Я сам этих троллей с волока вышибу и пойду на Мерянскую реку.

Через две недели часть войска покинула Забитицы. Мистина с пятью сотнями остался стеречь варягов, чтобы не дать им уйти на запад или на юг, а пять сотен под стягом самого Ингвара отправились на северо-восток, чтобы обойти волок и выйти прямо к Видимирю. Братья Всевидовичи взялись указать дорогу. Шли пешком, лесными и полевыми тропами, каких чужаки без помощи местных жителей никогда не нашли бы; Ингвар рассчитывал, что когда удастся разгромить наемников прямо в их гнезде, можно будет воспользоваться их лодьями и прямо от Видимиря отплыть к Мерянской реке, не возвращаясь в Забитицы.

* * *

Плохо зная эти края, Хедин с братьями мог бы пропустить то место, где в Песь впадала речка, ведущая прямо в озеро Видимирь – таких речек тут было много. Нужное место им указал варяжский стан: луг на левом берегу был покрыт шалашами, явно не первый день здесь стоящими, кострами, даже пасся какой-то скот.

– Это их застава! – сказала Хельга. Вовремя успев спрятаться в прибрежных зарослях, она и братья оттуда рассматривали стан. – Я знаю, они постоянно держат здесь людей.

– Похоже, варяги на прежнем месте, – заметил Хедин.

У Хельги отлегло от сердца. Семь дней в лодке показались ей невыносимо длинными, и еще длиннее их делала тревога. Что если Ингвар напал на Видимирь? Что если варяги решили напасть на Ингвара? Или они еще как-то ушли на запад? Случись такое, о новых встречах с Эскилем можно было бы и не мечтать.

– Если это не люди Ингвара, – заметил Сигурд.

Больше всего Хельга боялась увидеть следы разгрома. Хотя, как убеждал ее Хедин, разбей варягов Ингвар, они наткнулись бы прямо на него, и тогда им стоило бы позаботиться о собственном спасении.

Пройти по реке незаметно для дозорного отряда было невозможно. Но показываться кому-то из варягов на глаза до встречи с Эскилем даже Хельга считала слишком опасным, а ее братья и подавно.

– Будем по лесу пробираться? – спросил Сигурд. – Тут еще с переход где-то, да?

– Сегодня заночуем, завтра за день дойдем, – предложил Бьёрн. – Или сегодня часть пути пройдем, а заночуем по дороге?

– Вы заночуете, – сказала Хельга. – А я…

– Одна ты же никуда не пойдешь.

– Одна – нет. Но, дорогие мои, дальше меня поведет… мой дух-покровитель. Подождите, я посоветуюсь с ним.

Оставив братьев у лодки, спрятанной в ивовых зарослях, Хельга немного углубилась в лес. Высокая болотная трава доставала ей до пояса, идти было трудно. Миновав низинку, она остановилась среди берез. Почти как в тот день, зимой, когда Ульв Белый научил ее, как надеть собачьи шкуры на Несвета и Видимира. Неужели это было всего полгода назад? Сколько всего с тех пор случилось! Уже давно Хельгу томило желание вызвать Ульва Белого и узнать, что происходит в Видимире, но она терпела. Альв-покровитель ясно велел ей справляться самой, но теперь она сделала все, что в человеческих силах. Если ее сил не хватит – поражение погубит не только ее счастье, но и сотни, тысячи людей. Если Ингвар разгромит Эскиля с варягами, ничто не будет преграждать ему путь в глубину Мерямаа…

– Мой милый звериною шкурой одет… – зашептала Хельга, глядя на закатные лучи среди берез.

И знала: если Ульв Белый не явится или откажется ей помогать, – «Одину это не угодно!» – она все равно пойдет. В темноте они обойдут варяжский стан по берегу и завтра доберутся до Видимиря, а там будет видно. Ей нужно разыскать Эскиля…

– Вы успели едва-едва, – раздался над ухом голос; Хельга, за эти мгновения улетевшая мыслями очень далеко, подпрыгнула от неожиданности.

Ульв Белый стоял под березой, скрестив руки на груди. Как и тогда в бане, он был без одежды, лишь белый мех сбегал по его плечам, исчезая у кистей. Длинные белые волосы падали на грудь. Заново Хельгу поразило, до чего он огромен – на голову выше самого высокого из людей, в чем сразу сказывалась иная природа этого существа.

– О-о! Ты пришел! – радостно воскликнула Хельга и подалась к нему. – Помоги мне! Мне нужно разыскать Эскиля…

– Тебе не следует туда ехать, – прервал ее альв. – Вот-вот в Видимире будет Ингвар с войском. Он ненавидит наемников и жаждет их смерти. Он обещал Одину посвятить ему всех этих убитых – всех этих предателей, как он говорит.