Бенджамин Дизраэли, или История одной невероятной карьеры - Владимир Трухановский

Поражение России в Крымской войне связано не только и, возможно, не столько с ходом военных действий, в которых ее армия, несмотря на известную отсталость от армий противников, сражалась неплохо, сколько с Парижским конгрессом 1856 г. За столом мирных переговоров русскими дипломатами не было одержано побед, соответствующих тому, что показали русские солдаты в войне. Да и условия для них складывались сложные. Они оказались перед лицом единого фронта своих противников — Англии, Франции, Турции и Сардинии, а также Австрии и Пруссии, проводивших в годы войны политику, враждебную России. России были навязаны невыгодные для нее условия мира, но этот успех ее противников не решал проблемы. Он был недолговечным и сеял семена грядущих конфликтов.

ЛИЧНАЯ СЕКРЕТНАЯ СЛУЖБА ДИЗРАЭЛИ

Внешняя политика все больше и больше привлекала внимание Дизраэли наряду с прочим также и по объективным причинам — Англия все более активно и агрессивно действовала на международной арене. Она расширяла свои владения в Индии, осуществляла новые захваты на севере Индостана. В 1840–1842 гг. Англия вела войну против Китая с целью добиться свободного ввоза опиума (!) в эту страну, а затем превратить его в свою колонию или полуколонию. Новая Зеландия была провозглашена английской колонией. На 1838–1842 гг. приходится война против Афганистана. Активно колонизировалась Австралия. Английские имущие классы усиленно обогащались за счет порабощенных народов. Естественно, что эта экспансия неизбежно должна была столкнуть Англию с Францией и Россией, у которых были свои экспансионистские замыслы. Противоречия приняли острейший характер на Ближнем Востоке, что убедительно продемонстрировала Крымская война. Все это привлекало внимание Дизраэли к внешней политике. Ему была просто необходима достоверная информация о предпринимаемых правительством внешнеполитических акциях, с тем чтобы он мог более эффективно критиковать его в палате общин и приобретать авторитет специалиста по международным проблемам.

Дизраэли решил проблему добывания секретной дипломатической информации в характерном для него авантюристическом стиле. Судьба свела его с неким Ральфом Эрлом — авантюристом-карьеристом, подвизавшимся на дипломатическом поприще. Эрл происходил из влиятельной семьи сторонников вигов, получил образование в элитарной закрытой школе Харроу и в 1854 г. был послан в Париж в должности атташе английского посольства. Здесь Дизраэли встретился с ним и заключил тайную сделку, по условиям которой Эрл собирал Дизраэли секретные данные, находившиеся в распоряжении посольства, с тем чтобы Дизраэли мог использовать их против правительства. В свою очередь Дизраэли обещал Эрлу устроить ему большую дипломатическую карьеру, вплоть до назначения послом в одно из самых престижных посольств, когда он окажется в правительстве, которое придет на смену действующему. На протяжении года или больше Дизраэли получил от Эрла большое количество писем с ценной информацией, подписанных «X» или совсем без подписи в целях конспирации.

Дизраэли завербовал для той же цели еще одного государственного служащего, некоего Джона Бидвелла, придерживавшегося консервативных взглядов. В последние дни недолгого существования правительства Дерби — Дизраэли в 1852 г. Бидвелл был назначен клерком второго класса в штат министра иностранных дел, где его обязанностью была запись служебных бесед и переговоров. Через Бидвелла и шел к Дизраэли поток донесений от Эрла. Позднее, в 1858 г., Бидвелл занял важный пост, став личным секретарем министра иностранных дел лорда Малмсбери. Это была очень важная позиция. Личный секретарь министра — это его ближайший помощник, доверенное лицо, которое часто выполняет ответственнейшие поручения. Временами он знает даже больше о состоянии дел, чем сам министр. В результате Дизраэли, как отмечает Дж. Гандерсон, специально занимавшийся этой проблемой, «имел свою секретную службу в английском министерстве иностранных дел и в посольстве Англии в Париже». Политическая практика тех лет (да и современного периода) такова, что руководство партии, приходящей к власти, в годы своего правления расставляет своих людей на важные посты в государственном аппарате. Но организация системы шпионажа в государственных учреждениях лидером партии, находящейся в оппозиции, — это нечто совершенно другое. То, что организовал Дизраэли, находилось в прямом противоречии не только с традицией, но и с законом. Секретное добывание государственных тайн лицом, которое не пользуется по должности правом их знать, имеет по закону совершенно определенную оценку и название — шпионаж.

Аморальность действий Дизраэли усугубляется еще и тем, что его агенты в Лондоне и в Париже работали на него не бескорыстно, а за обещанное им вознаграждение. Эрл работал, чтобы получить пост посла. В марте 1857 г. в связи с возможными правительственными изменениями пошли слухи, что Дизраэли может стать министром иностранных дел в будущем правительстве Дерби. Эрл знал, что это мечта Дизраэли, и с ее реализацией связывал получение своего вознаграждения. 4 марта Эрл писал Дизраэли: следует «назначить в главнейшие посольства сторонников Вашего правительства… Я советовал бы Вам создать нечто вроде внутреннего кабинета министра по французскому образцу. Вы его могли бы составить из своего парламентского заместителя и двух личных секретарей. В данное время, если Вы направите в посольства в Париже, Вене и Петербурге своих людей и замените начальников канцелярий этих посольств своими доверенными личными секретарями (конечно, неофициально), отобранными из числа Ваших сторонников, то получите возможность вести любую переписку с иностранными дворами, совершенно не опасаясь, что она может попасть в чужие руки. Весь архив, состоящий из этой корреспонденции, Вы заберете с собой, когда наступит время Вашего ухода из министерства; ни в Форин оффис, ни в заграничных миссиях от нее не останется никакого следа». Нельзя не признать, что Эрл хорошо продумал систему внутреннего шпионажа. В его письме просматриваются и посты, к которым он стремится, — от послов в столицах великих держав до личного секретаря у Дизраэли.

Случилось так, что Эрлу пришлось удовлетвориться положением личного секретаря Дизраэли, когда тот вновь стал министром финансов во втором правительстве Дерби. У Дизраэли на этих ролях подвизался некий Генри Леннокс. Эрл и Леннокс соревновались в том, чтобы завоевать особое расположение патрона, и поэтому ненавидели друг друга. Каждый из них перед Дизраэли обвинял другого в недостаточной честности и осмотрительности.