Магистр Тайной Печати - Кристиана Берестова

Вместо того чтобы смотреть в заданном направлении, я посмотрел на самого Валенсиана. Внимание дамы и господа, в его взгляде на Вайолет был живой интерес!

— Ничего о подобном не слышал, — поспешил я развеять его сомнения, — принцесса скорее симпатизирует вам, чем родному дядюшке, который, я просто уверен, уже осточертел ей за несколько сотен лет.

Мне нужно было видеть его реакцию на мои слова. Он иронично улыбнулся.

— Симпатизирует мне? Но ведь принцесса наверняка уже в курсе, что шансов у нее мало?

Он встретился со мной взглядом, его губы кривила злая, мрачная усмешка.

— Я не думаю, что женщина с многовековой мудростью, станет обращать внимание на досужие сплетни.

Я тепло улыбнулся ему, но ему было плевать на все мои улыбки. Он был зол.

— Но вы поняли, о чем я Крис, не так ли?

Я понял, но мне не хотелось огорчать его, мне нравился Стоцкий.

— В том чтобы любить короля, нет ничего постыдного. А для того чтобы стать фаворитом, которому все завидуют, нужно обладать еще и исключительными личными качествами, не говоря еще даже о том, что нужно знать и уметь для того чтобы стать маршалом королевства!

Валенсиан устало улыбнулся, я ему тоже был симпатичен. Он протянул руку, поставил, пустую бутылку на поднос неизвестно откуда материализовавшегося официанта (даже я бы так не смог!) и взял с этого же подноса еще одну, свежее откупоренную бутылку.

— Я не гей, Крис, если вас это интересует.

— Вы благородный человек, Александр, и даже если бы меня интересовала ваша ориентация, мое уважение и восхищение вами все равно осталось бы прежним. Любить же своего принца для вас — долг чести.

Валенсиан тепло посмотрел на меня и как-то по-доброму мне улыбнулся.

— Вы славный парень, Крис, — он легонько хлопнул меня по плечу. — Я рад, что маршалом Легиона стал достойный кандидат. Давайте-ка за это выпьем!

Мы выпили. Мимо нас пролетали танцующие, волшебная музыка сливалась со счастливым беззаботным смехом, а мы, как отверженные, сидели рядом и вдумчиво пили.

Несколько раз я поймал растерянно-радостный взгляд Жюслена, брошенный на фаворита. Даже отдаваясь бесшабашному веселью, будущий король приглядывал, что поделывает его любимец. Несколько раз по мне взволнованно скользнули арктические глаза Лиады, промелькнуло лицо Вайолет с предобморочной улыбкой.

Да, что же он с ней творит, черт бы его подрал?!!

— Выручайте маршал, — быстро сказал я Валенсиану.

— О чем это вы? — он посмотрел на меня совершенно трезвыми глазами.

— Нужно как-то вмешаться, Драгон ее доконает.

— Вы имеете в виду Вайолет?

— Да. Она немного прогневила дядюшку, теперь он изводит ее танцами.

— Помочь даме долг чести для любого мужчины.

С этими словами он выпустил из руки бутылку, которая с грохотом ударилась об пол и покатилась под скамейку. Не сговариваясь, мы обнялись как два давних товарища, встали, и покачиваясь побрели в сторону танцующих. Валенсиан тихонько запел песню группы "HIM" "Sweet Pandemonium", я начал ему подпевать. Одним словом мы мастерски принялись изображать из себя в хлам пьяных маршалов.

Покачиваясь и тупо взирая на танцующих, мы дружно пели, при этом почти не фальшивя. Когда наконец в хороводе мелькнуло лицо Сони, мы дружно рухнули вперед, Валенсиан слева от нее, а я справа. Под весом наших тел, Драгон и второй партнер Сони от неожиданности выпустили из своих рук пальцы Сони.

— Простите.

— Извините.

Пьяно запричитали мы, помогая Соне подняться. Хоровод уже обтек нас, унеся прочь Драгона. На наше падение почти не обратили внимание, ну выпили, с кем не бывает.

Паровозиком проскользнув под руками хоровода гостей, мы вернулись к диванчикам.

— Ты цела? — взволнованно поинтересовался я у Сони.

— Да, порядок. Спасибо вам, еще чуть-чуть и я бы умерла, не смотря на бессмертие.

Вайолет перевела глаза на Стоцкого, и ее губы взволнованно приоткрылись. Она глубоко вздохнула и побледнела.

— Присядьте, — Валенсиан указал ей на диванчик. — С нами вы в безопасности, мы не позволим никому вас обидеть.

Лицо Вайолет стало еще бледнее, и она упала без чувств на руки королевского фаворита.

— Не знал, что вампиры на такое способны, — растерянно пробормотал маршал королевства Луны, подхватывая фиалковоглазую на руки и заботливо укладывая ее голову у себя на груди.

— Вампирам свойственно многое из того, на что способны простые люди, хотя этому никто не верит.

Я материализовал в воздухе флакончик с нюхательной солью и поднес к аккуратному носику Фиалки.

— Этого я тоже не знал, — задумчиво сказал Стоцкий, тихонько похлопывая ее по щекам.

— Хотите, исчезнем отсюда на часик, никто не заметит?

Предложил я. Валенсиан заинтересованно поднял на меня глаза.

— Как это возможно?

— Есть один способ, никто даже не заметит. Потом вернемся в тот же самый момент.

Глаза маршал королевства загорелись озорным огнем.

— Ваши колдовские штучки? Хорошо, я согласен.

— Держите ее крепче, — посоветовал я Стоцкому, обнимая его за плечи одной рукой и щелкая пальцами другой.

Их бессмертная любовь.

Готический замок Лиады встретил нас умеренной облачностью, что означало вполне хорошее настроение его хозяйки.

— Копия семейного гнезда де Лингстремов? — спросил Валенсиан.

— Вы правы. Копия созданная Лиадой. А откуда вы знаете?

— Я знаком с бароном, — вежливо улыбнулся маршал.

Жофрей поспешил нам навстречу, распахивая перед нами ворота.

— Безумно рад вас видеть, мессир! — почти прокричал он, не забывая приветственно поклониться Валенсиану Александру.

Моему верному слуге оказалось достаточно одного взгляда на Стоцкого, удерживающего на руках бесчувственную Фиалку, чтобы не задавая лишних вопросов, сопроводить нас до ее спальни. Он шел впереди, распахивая перед нами двери.

Оказавшись в постели, Вайолет открыла свои прекрасные фиалковые глаза. Я взмахнул руками над своей головой и стал невидим для них обоих.

— Ха, — удивленно выдохнул Валенсиан, — куда это пропал Кристиан?

— Он часто так, — слабо улыбнулась Соня, — исчезает без объяснений и появляется когда захочет.

— Ты как? — Валенсиан тревожно склонился над принцессой дамасской.

— Хорошо. Теперь уже намного лучше.

— Смею надеяться, мы успели вовремя?

Он подвинул к кровати пуфик, опускаясь на него рядом с Соней.

— Я рада, что мы, наконец, вдвоем, — тихо говорит Вайолет, краснея, он этому почти не удивлен.

— Хочешь, я открою окно? — лицо Валенсиана светится нежностью и заботой.