Магистр Тайной Печати - Кристиана Берестова

— Ничего себе "не волнуйся", каждое слово скрытая мольба о помощи! — искренне возмутился я.

— Да, это так, — согласился со мной босс, — но заметь, мольба скрытая. Она теперь уже больше чем принцесса оборотней, и даже больше чем королева луни. Она — королева апокалипсиса!

— Что сказано в записке о пророчестве? — Я посмотрел ему прямо в глаза.

Кто ты Самаэль? Тот ли ты мне друг, искренний и мудрый? Не испугался ли ты ада бессмертных? Все это было в моих глазах. Он понял это и ответил мне.

— Там сказано: "…в день, когда трижды проклятая королева взойдет на престол, восстанет из мертвых судьбой нареченный ей муж. И вздрогнет нить времени, сон и реальность сплетутся. И станут на троне они во главе бесконечного мрака".

Он процитировал текст глядя не в записку, а прямо мне в глаза.

— Все складывается в лучших традициях мистического романа, — иронично заметил он. — Конец света, дата коронации с тремя шестерками, всадник апокалипсиса и трижды проклятая королева.

Самаэль вздохнул.

— Надо бы сжечь эту записку.

С этими словами он дунул на свою ладонь, и клочок бумаги вспыхнул, мгновенно обращаясь в пепел.

— Так что там с Соней? — возвращаясь к началу разговора, напомнил он.

— Она влюблена в Валенсиана.

— Ну?

Понятно, он ждет от меня дополнений.

— Валенсиан любит Жюслена.

— И что?

Значит все-таки не дополнений, а обстоятельный рассказ.

— Мы подумали, раз он смог полюбить принца, сможет и принцессу. Внешне Соня и Монтэр немного похожи, статусы у них теперь тоже равны. Можно было хотя бы попытаться.

Босс кивнул.

— Понятно. Теперь объясни мне чего ради, вам помогает Драгон и Михаэль?

— Драгон преследует свои цели, наш с Соней замысел стал удачным поводом для его появления. Мы подготовили почву для его прибытия, заявив официально о его желании лично поздравить юную пару. Учитывая, что в данный момент в королевстве гостит глава Сообщества Пьющих Кровь, ему не посмели отказать.

— Как ты думаешь, мой мальчик, какова истинная цель его визита?

— Целей может быть несколько. Личная заинтересованность в том, чтобы стать очевидцем конца света. Он живет уже несколько веков, но ни одного конца света видеть ему не доводилось. Другой целью может быть его попытка расширить зону влияния и завести нужные контакты среди оборотней. Может быть, он выслеживает кого-то из гостей королевства, а могут быть и все версии одновременно.

— М-да, — задумчиво пробормотал Самаэль, тихонько постукивая пальцами по столу. — Я думал о том же. Мне не понятно другое, зачем он подыгрывает вам?

Я пожал плечами.

— Может быть, это благодарность за нашу помощь в его появлении. Ему уже известен текст записки, которую мне передала Алиса?

Самаэль кивнул.

— Ему знаком древний язык носферату. Писав записку на нем, Алиса сузила круг тех, кто мог бы подслушать ее мысли, но не исключила их вовсе. Она не просто писала на этом языке, она думала на нем. Драгон этот язык понимает, выходит он уже наверняка в курсе происходящего.

— От кого нас охраняют?

Мой босс удивленно вскинул левую бровь.

— Крис, ты, что сам не догадываешься?

— Меня интересует реальный противник, от которого исходит угроза, а не плоды моих догадок.

Самаэль усмехнулся.

— Реальный противник только один, причем для всех. Ты выбрал верное слово, именно — противник, а не враг. Он против нынешнего положения вещей, которое вполне устраивает нас. Ничего личного, никакой вражды и эмоций. Какое-то время он симпатизировал нам, не желая нашей смерти, да и сейчас он вряд ли считает нас серьезным препятствием на пути к осуществлению своей цели, так что охраняют вас не от господина судьи, а от его союзников. Не скажу, что для этого есть серьезные основания, скорее простая мера предосторожности.

— Исчезнувшее тело Дани Монтэра их козырь в рукаве? Интересно, что же они планируют.

Самаэль поднялся, быстрым жестом откинул волосы с лица и я увидел, что на его губах играет мрачная усмешка.

— Спрашиваешь, что они планируют? — переспросил он. — А разве не понятно? Эти господа планируют устроить конец света в лучших традициях пророчества, исполнить его максимально близко к тексту.

Он вздохнул и расправил плечи.

— Нам пора возвращаться. Будем наблюдать, анализировать и действовать по мере возможности. Большего нам пока не остается.

Мы щелкнули пальцами, и тот час же оказались в сияющем иллюминациями бальном зале. За несколько минут нашего отсутствия, здесь произошли разительные перемены. Присутствующих будто бы охватила волна безудержного, озорного, всепоглощающего веселья. По-моему играла какая-то старинная румынская мелодия, наверняка исполняемая специально для вновь явившегося, Драгона. Гости пролетали, мимо сплетая руки в гигантском хороводе. Счастливые улыбки на сияющих лицах, задорный смех. Мимо промелькнули Лиада с Куртом, Алиса с Жюсленом, Айрин с Михаэлем и Габриэлем, Вайолет с Драгоном.

— Крис, давай с нами!

Прокричал Габриэль, хватая Самаэля за руку и увлекая за собой в стихийный ураган хоровода. Босс, в свою очередь, не успел ухватить за руку меня, и я получил временную передышку. Мой взгляд блуждал по цепочке в поисках Вайолет. Нашел. Драгон не отпускал ее ни на секунду. На бледном лице фиалковоглазой застыла вымученная улыбка.

— Вливайся Кристи!

Прокричала Айрин, пролетая мимо. Спасибо, воздержусь. В мои планы ударяться в пляс не входило.

Убедившись, что Стоцкий по-прежнему полулежит на диване с бутылкой вина в изнеженной кисти, я направился к нему. При моем приближении он слегка подвинулся, давая мне возможность сесть рядом с его царственной особой.

— Не откажетесь выпить со мной маршал? — искренне поинтересовался он.

— Не откажусь, — кивнул я, опускаясь рядом с ним. Он сделал знак официанту и через несколько секунд, в моих руках уже грелся бокал вина.

— Больше похоже на языческие пляски, чем на бал, — сказал Валенсиан, указывая на танцующих. — Сколько живу, никогда такого не видывал.

— Им весело, — улыбнулся я.

— Весело, — странно повторил он за мной, думая о чем-то своем. — Послушайте Крис, вы уверенны, что принцесса дамасская на самом деле родственница Влада?

— Уверен, она его родная племянница.

— Странно, — Валенсиан отпил вина прямо из бутылки. — Для родственника он слишком тесно к ней прижимается, не находите? Или в Румынии и Дамаске в моде инцест?

Вместо того чтобы смотреть в заданном направлении, я посмотрел на самого Валенсиана. Внимание дамы и господа, в его взгляде на Вайолет был живой интерес!