Легион смертников - Саймон Скэрроу

— Они? — приподняв бровь, спросил Макрон. — Сколько людей осталось у Аякса?

— Там Аякс и еще один, по имени Карим. Остальных я предал смерти, когда гладиатор вернулся в мой лагерь и рассказал о своем поражении. Я оставил его казнь на потом, в случае, если бы не смог получить за него хороший выкуп от вашего императора.

— Я рад, что я не твой союзник, — сказал Макрон.

— Аякс не был союзником. Он предложил мне службу. Должен был отвлечь вас, а не устраивать битву. Но он хотел лишь убивать римлян, и ничего больше, невзирая на заплаченную за это цену. — Принц Талмис оглядел Макрона и Катона. — Я впечатлен тем, насколько человек может ненавидеть других, так, как ненавидит вас обоих Аякс.

— Это взаимно, нубиец, — скривив губы, ответил Макрон. — У нас есть достаточные причины платить ему тем же.

— Правда? — спросил Талмис, смахивая со щеки насекомое, и сделал жест, давая понять Макрону, что ждет продолжения.

— Достаточно, — перебил их Катон. — Скоро стемнеет. Я хочу разобраться с Аяксом сегодня.

Он посмотрел на принца.

— Сколько твоих воинов на острове?

— Шестеро лучших. Я пошлю к ним их командира, чтобы объяснить ситуацию и отозвать с поста. И тогда гладиатор и его друг ваши. А вы освобождаете меня и моих людей.

— Только когда заполучу Аякса, — твердо ответил Катон. — Пусть твои люди приведут сюда лодку. Я отправлюсь туда с командиром твоих телохранителей и несколькими моими солдатами, чтобы забрать пленников. Твои люди вернутся первыми, и ты сможешь уйти.

— Понимаю, — кивнув, ответил Талмис и оценивающе поглядел на него. — Легат, ты думаешь, что твоя победа покончит с моими устремлениями завладеть верховьями Нила?

— Нет. Но на то, чтобы собрать новую армию, у тебя уйдет время. За это время Рим пришлет в провинцию больше войск, укрепит города и крепости на Ниле. У тебя будет еще меньше шансов на успех, чем в этот раз. — Катон спокойно поглядел на принца. — Я думаю, что Рим может некоторое время не беспокоиться насчет границы с Нубией. Ты вышел из игры. А Аякс — нет. Именно поэтому я готов обменять твою жизнь на его.

Принц слегка нахмурился.

— Правда? Я думаю, ты меня недооцениваешь, римлянин. Мы это узнаем, и возможно, раньше, чем ты думаешь.

Талмис повернулся к командиру телохранителей и быстро переговорил с ним. Командир спешился и стал спускаться вниз по берегу к кромке воды. Поднес к губам небольшую трубу и четырежды протрубил. Из святилища появились двое, спешно сели в лодку и пошли поперек течения.

Катон дал знак командиру кавалеристов идти за ним и тихо заговорил с декурионом.

— Я не верю принцу. Пусть со мной отправятся двое лучших твоих людей. Как только мы достигнем острова и получим пленных, я дам сигнал отпустить принца и его воинов.

— Есть, командир. Какой будет сигнал?

Катон ненадолго задумался.

— Подниму меч и помашу им из стороны в сторону. Отсюда ты это вполне увидишь.

— Есть, командир.

Легат глянул на принца и его воинов.

— Если попытаются бежать прежде, чем я дам сигнал, убейте их. Если сможете, оставьте в живых принца.

Макрон подошел к Катону.

— Что мешает нам убить его по-любому? — тихо спросил он. — Когда Аякс будет у нас в руках?

— Талмис представляет достаточно малую угрозу Риму. Думаю, поражение ослабит его позиции. Он будет занят тем, чтобы сохранить власть. А если мы убьем его, то дадим нубийцам повод для мести.

— Как скажешь, — пожав плечами, ответил Макрон. — Честно говоря, еще немного мертвых нубийцев вполне бы меня устроило.

— Ты получил приказ, — сказал Катон, кивая декуриону.

Тот развернулся в седле.

— Кастор! Деций! Спешиться и сопровождать легата! — приказал он.

Два серьезного вида воина соскочили с коней, отдали поводья товарищам, сняли с седел щиты и бегом подбежали к офицерам. Катон тоже спешился и дал им знак идти за ним.

— Ты тоже, Макрон. И ты, Юний.

Он пошел первым, догоняя командира телохранителей принца, и они стали ждать на берегу. Двое воинов в небольшой лодке отчаянно гребли, преодолевая течение. Пока они ждали, Катон встал в стороне.

— Макрон, ко мне.

Они отошли так, чтобы их не слышали остальные, и Катон повернулся, испытующе глядя на друга.

— Когда мы получим Аякса, я намереваюсь доставить его в Рим живьем. Ты понял?

Ветеран мгновение молчал. Его лицо окаменело.

— После всего, что натворил этот ублюдок? Ты забыл Крит, Катон. Ведь тогда он держал в этой загаженной клетке не тебя, а меня и Юлию.

— Знаю.

— Чушь. Говорю тебе, мы убьем его, бросим тело в Нил и покончим с этим.

— Нам приказано иное.

— Приказано? — переспросил Макрон, пододвигаясь ближе к Катону. — В Тартар приказы. В Тартар Семпрония, Нарцисса и императора. Всех их в Тартар. Мне плевать. У меня должок к Аяксу, и я хочу отомстить. — Он помолчал. — Катон, дружище, я должен отомстить, и ты тоже, ради Юлии, — сказал он настолько мягко, насколько мог.

— Я не могу действовать от ее имени.

Макрон ткнул пальцем в перевязь Катону.

— Она станет твоей женой. Неужели ты сможешь жить спокойно, зная, что он с ней сделал, и позволив ему жить хоть на мгновение дольше, чем надо?

— Аякс умрет, — твердо ответил Катон. — Император приговорит его, и его распнут. И ты это знаешь.

— О, его точно приговорят, но что, если Клавдий решит отправить его на арену? Ты знаешь, как хорошо он бьется. Если кто и может завоевать симпатии толпы, так это Аякс. И что тогда? Допустим, Клавдий решит пожертвовать им, сделав подачку толпе. И что? Пусть он и умрет, но умрет героем. Либо с мечом в руке, изрыгая проклятия, либо понося Рим, когда будет висеть на кресте. А если его распнут, он станет мучеником, точно так же, как Спартак до него.

— Тогда мы должны сами возвести этот крест для него, когда до этого дойдет дело. Если дойдет, — сказал Катон, хватая Макрона за руку. — У нас нет выбора. У нас есть приказ, и я выполню его. И ты тоже. Дай мне слово, что сделаешь это, иначе я буду вынужден отправить тебя в лагерь.

Лицо Макрона дернулось. Он пытался сдержать злобу, которую породил в его сердце Аякс много месяцев назад. Глубоко вдохнул, сквозь зубы.

— Как прикажете… командир.

— Благодарю тебя, — сказал Катон, слегка наклонив голову в знак благодарности, и потом глянул на реку. — Лодка уже здесь. Пошли.

Они вернулись к остальным, когда лодка причалила к берегу. Один из воинов перепрыгнул через борт, с плеском встав в воду, и вытащил нос лодки на берег. Командир телохранителей забрался на лодку и устроился на корме, потом заняли места и остальные. Макрон и Катон сели напротив командира телохранителей, двое ауксилариев и Юний сели спереди, на небольшую треугольную палубу. Нубиец оттолкнул лодку от берега, а другой, оставшийся на веслах, начал грести, ведя ее по зеркальной глади реки к причалу на острове. Один из кавалеристов наклонился в сторону, глядя в воду, и лодка слегка накренилась.