Позвонок - Ив Ланда

— Твой прадедушка, Коус Ханта.

— Прадедушка? Никогда о нем не слышала… Бабушка не рассказывала.

— Что она могла рассказать? — Симона тяжело вздохнула. — Этот мужчина бросил ее в первый день жизни. Затем она увидела его как раз на собственной свадьбе. Его имя — это все, что известно. Этого и достаточно, не так ли?

Диера медленно кивнула. Ей хотелось узнать больше, понять, почему этот Коус бросил новорожденную дочь, но, похоже, эту информацию раздобыть будет еще сложнее, чем достойную статью об одержимости и экзорцизме.

— А почему он такой белый? — не смогла удержаться Ди.

Ее мать пожала плечами:

— Вроде как альбинизм. Хорошо, что он не передался никому из нас. Мне рассказывали, будто бы у него вся семья была такой. Только представь: родиться с волосами без пигмента! С ранних лет, как старая бабка.

Конечно же, Диера была с матерью не согласна. Натуральные белые волосы казались ей интересными, и она не была бы против родиться именно с такой особенностью. Но девушка смолчала.

— Что ж, дорогая, развлекайся. — Симона с теплой улыбкой погладила дочь по голове и отправилась заканчивать уборку.

Диера уже собралась шерстить всю социальную сеть «Хэппихай» на наличие людей-альбиносов с фамилией Ханта, как вдруг переливчатый звук уведомления заставил девушку остановиться и проверить входящие сообщения на аккаунте.

Ее сердце забилось быстрее, шею обволокло жаром. Это был ответ от Вильды Джефф.

Глава 31

Одержимый подросток… Вильда была более, чем уверена, что собирается потратить время впустую. Очень часто так называемая «одержимость» на деле является лишь психическим расстройством. Еще ни разу видящая не сталкивалась с подлинным фактом захвата чьего-то тела какой-то сущностью, потому не верила.

Если бы не Ральф, она бы и дальше молчала, не отвечала бы Диере Вест. Но ее друг слишком уж настаивал. Этот его настрой поражал Джефф до грани восхищения и ярости, ведь как он, будучи прикованным к больничной койке, продолжает твердить о том, что Ви должна дальше расследовать аномалии?! Его половину тела за мгновение расплющило необъяснимое кошмарное нечто, а он лежит, пролистывает на планшете страницы онлайн-магазинов, где продают кресла-каталки, и рассуждает о том, как они близки к разгадке пропадающих последних эмоций убитых.

— Темная Госпожа, — задумчиво произнес Ральф, остановившись на одном из вариантов инвалидных колясок — черной, с плотной кожаной обивкой спинки и сиденья.

— Что? — пораженно уставилась на него Вильда. Она сидела на свободной койке, которая располагалась напротив койки мужчины. Эту палату начальник Ральфа арендовал целиком, как одиночную — очень уж переживал о благополучии ценного сотрудника и хорошего друга. Тот, в свою очередь, пообещал продолжить работать удаленно уже через месяц. Благо, разработка интернет-сайтов не требовала постоянного присутствия в офисе.

Мать и отец молодого человека не навещали. Они жили в другом городе и попросту оставались в неведении. Почему-то Ральфу было проще сообщить о несчастном случае работодателю, чем родным. Он не мог объяснить, чего именно боялся. Возможно, он не желал видеть их боль и страх. Возможно, его отталкивала и задевала мысль о чрезмерной опеке, которой наверняка избежать не получится. Конечно же, еще он не хотел, чтобы родители финансово тратились. Все нутро мужчины бунтовало, когда он представлял, как приезд семьи обрекает его на постоянное чувство неполноценности.

Все заботы на себя взвалила мисс Джефф, ведь Ральф в свое время поступил так же: он взял ее под свое крыло, когда та только переехала. Он столько сделал для Вильды, был рядом с ней, когда весь мир, казалось, отвернулся. Разве может она не ответить тем же? Разве может она оставить его?

Впрочем, никто не был против ее инициативы. О том, что именно произошло, Ральф упрямо молчал, изображая посттравматическую потерю памяти. А еще он упрямо твердил всем СМИ и полиции, что в момент получения травмы Вильды с ним абсолютно точно не было. И это сработало: девушку никто не донимал и не расспрашивал.

Необычного белокурого пациента не выписывали почти два месяца. Просто чудо, что после всего, тот вообще остался жив. До приезда скорой помощи он потерял очень много крови. Ему пришлось перенести не одну операцию прежде, чем состояние хоть немного стабилизировалось. Нижняя часть туловища не подлежала восстановлению или протезированию. Она была настолько расплющена, что крупные и мелкие кровеносные сосуды вдоль границы травмы словно спаялись стенками. Ее пришлось отрезать.

Ральф неоднократно подшучивал над собой, говорил, что теперь может переодеваться в костюм гнома и пугать людей, бегая на руках. Ви ему улыбалась, но сдерживая слезы, которые все равно оседали на глотке солоновато-горьким привкусом.

Бегать на руках… Как же.

— Ты что, не помнишь, что сказала та тварь? — взгляд молодого человека оторвался от планшета и поднялся на Вильду. Он был почти возмущен. — Темная Госпожа жрет эмоции. Как я понял, она жрала эмоции не только Кортала, но и самой твари. Только… что это, черт возьми, было?

— Я не знаю, Ральф, — тяжело выдохнула Джефф. Она потерла виски. — Не понимаю, тебе недостаточно что ли?! Ты мечтал подобраться поближе к тайне, и мы подобрались. Нам это обошлось очень дорого. Очень! Ты так не считаешь? После такого любой нормальный человек прекратит совать нос не в свое дело.

— Ага, давай бросим начатое и сделаем мою жертву бессмысленной.

— Ральф!

— Что?

— Ты узнал ответ на вопрос, кто уничтожает следы. Все, хватит. Мне лично безразлично, кто эта Темная Госпожа. Если чудовища, вроде того, что было в квартире мисс Байерс, тоже частично кормят эту Темную Госпожу, то мне страшно представить, на что она способна. Я не собираюсь умирать из-за банального любопытства, Ральф. — Девушка пересела на койку друга. Мужчина заметил, как пальцы Джефф нервно подрагивают. Она поджала пересушенные от волнения губы, и по нижней тут же побежала трещинка. — Давай просто оставим все это и продолжим жить обычной жизнью? К черту предупреждение человечества. Мы с тобой — ничтожно крохотные фигурки в поистине гигантском мире паранормального. Нам нечего противопоставить этому миру, мы не способны защитить себя. Так зачем же лысым слепым мышатам лезть тигру в задницу?

Вопрос остался без ответа. Ральф отвернулся, хмурость и легкая щетина сделали его старше. В больнице он стал реже бриться, так как ему не нравилось нагружать подругу своими потребностями. Тем более, такими не первостепенными.

— Неужели ты не жалеешь о том, что мы пришли к Корталу? — тихо вопросила Ви, внимательно следя за мимикой Ральфа. Она не могла поверить, что он смирился со случившимся. Это было невозможно.