Приговор - Ричард Бейкер

— Ты должен остаться здесь, — велела она дреглоту.

У Джеггреда от ярости исказилось лицо.

— Я не собираюсь торчать здесь и пялиться на ваши живые трупы, пока вы будете рисковать собой в царстве богини! Мать приказала мне охранять вас. Как я смогу делать это, если вы оставите меня тут?

— Ты и будешь охранять меня, — ответила Квентл. — В астральной форме со мной не может случиться ничего дурного. Это именно здесь я уязвима, и я не могу доверить такое дело больше никому. Только тебе, Джеггред.

Дреглот протестующе замахал всеми четырьмя руками.

— Вы, как никто другой, знаете, что ожидает вас на Дне Дьявольской Паутины, госпожа. Там вам понадобится моя сила.

— Прекрати немедленно! — приказала настоятельница Арак-Тинилита. Глаза ее сверкали, плеть извивалась и шипела. — Не тебе спорить со мной, племянник. Ты будешь исполнять свой долг так, как я велю.

Джеггред погрузился в угрюмое молчание. Он раздраженно отвернулся и опустился на каменный пол, скидывая наплечный мешок и ремень. Квентл оглядела остальных и кивнула на диваны.

— Пошли, — сказала она. — Богиня ждет.

Тзирик подождал, пока мензоберранзанцы выбрали себе диваны и улеглись на них. Потом он направился к оставшемуся, сел и взглянул на Джеггреда.

— Если ты остаешься здесь, демон, то знай: кто-нибудь из моих сородичей составит тебе компанию в этом дежурстве. Не причиняй им неприятностей, и, думаю, ты увидишь, что они будут рады оставить тебя в покое.

Джеггред презрительно усмехнулся в ответ, и Тзирик тоже улегся, неловкий в своих доспехах, и сбоку пристроил булаву.

Халисстра оказалась между Рилдом и Данифай. Она мельком взглянула на Мастера Оружия. Рилд, похоже, был напряжен и нервничал. Видимо, астральные путешествия выходили за рамки его опыта.

— Если перемещаются наши души, то зачем нам тогда все это оружие? — жестами спросил он ее.

— Оно часть тебя, — так же жестами ответила жрица. — Твое сознание включает твои вещи в понятие себя самого. Поэтому, когда твоя душа странствует отдельно от тела, сознание вообразит тебе астральные копии того, что у тебя при себе.

— Дотянитесь и возьмитесь за руки, — сказал Тзирик — Держитесь крепче. Я не хочу, чтобы кто-нибудь отстал.

Жрец снова мелодичным голосом затянул заклинание. Халисстра уставилась в потолок и протянула правую руку Данифай, левую Рилду.

— Пожалуй, мне бы стоило вообразить для себя какую-нибудь выпивку покрепче, — все так же жестами заметил Рилд.

Он дотянулся и сжал руку Халисстры своей сильной ладонью, прежде чем она успела ответить.

Где-то позади, невидимый на другой стороне круга, Тзирик продолжал свое заклинание, уверенно и легко выговаривая сложные магические слова. Халисстра почувствовала, как по ее телу из руки в руку пробежал электрический разряд. Магия начала обретать силу, соединяя ее с Рилдом и Данифай странным покалывающим ощущением. У нее возникло необычное чувство, будто она стала совсем невесомой. Она словно уплывала все выше и дальше от своего тела, влекомая некой неодолимой силой, уносящей ее неведомо куда, — Халисстра не могла сказать даже, движется вверх или вниз, вправо или влево. Каменный потолок колебался и тускнел, удаляясь от нее все быстрее и быстрее.

И она покинула этот мир.

Триль Бэнр грациозно шествовала вдоль шеренг своих потрепанных солдат, сохраняя внешнюю суровую невозмутимость исключительно благодаря железной силе воли. Измученные воины, как могли, старались стоять по стойке «смирно» в узком туннеле. Она приказала Нозрору немедленно доставить ее к отступающему войску, чтобы своими глазами увидеть масштабы разгрома, учиненного Мензоберранзану, и то, что предстало ее взору, ей не нравилось. Очень не нравилось.

Туннель был примерно десять миль длиной, один из главных путей, ведущих от скрещения дорог у Столпов Скорби в лабиринт извилистых проходов и необитаемых пещер, известных как Владения Мензоберранзана. Похоже, что каждый второй или третий солдат из тех, мимо кого проходила Триль, был ранен — здесь забинтованный бок, там рука на перевязи, парень со сломанным древком копья вместо костыля у противоположной стены. Раненые ее, однако, не интересовали. Что действительно беспокоило Триль, так это усталость и подавленность воинов. Она, конечно, ожидала увидеть их усталыми — Энджрел заставил солдат идти без остановки целый день, чтобы спасти хотя бы остатки войска после катастрофы у Столпов Скорби, — но не ожидала увидеть своих солдат настолько… побежденными. Их разбили, и они знали это.

Энджрел почтительно следовал на расстоянии шага позади Верховной Матери, не осмеливаясь говорить, пока к нему не обратятся.

— Насколько велики потери? — спросила она, наконец, не глядя на своего Мастера Оружия.

— Если говорить обо всей армии, где-то от четверти до трети наших сил, Верховная Мать. У некоторых Домов намного больше или намного меньше этого, смотря кому как повезло в бою.

— А отряд Дома Бэнр?

— Девяносто убитых, сорок четыре тяжелораненых, — ответил Энджрел. — Около четверти всего отряда.

— Нам еще повезло, что столько уцелело, Верховная Мать, — добавила Зал'терра. — В некоторых младших Домах погибли все до единого мужчины…

— Я тебя не спрашивала, — бросила Триль.

Она скрестила руки на груди и постаралась не показать своего тошнотворного ужаса.

«Будет просто чудом, если Совет не взбунтуется в открытую против меня, — подумала Верховная Мать. — Слава богине, что Мез'Баррис где-то затерялись, а Фей’Бранч так сильно ослаблены. Бертин Фей придется соблюдать осторожность, поскольку половина отряда ее Дома уничтожена, и у меня будет некоторое время, чтобы решить, что делать, прежде чем в открытую столкнуться, если на то будет воля Ллос, с Мез'Баррис».

Опять-таки, подумалось ей, в любом случае, что осталось от Совета? Фэн Тлаббар, Третий Дом, находится в руках неопытной девчонки, а Ясраена Дирр вряд ли объявится на следующем заседании, разве не так? Она и весь ее подлый Дом забаррикадировались у себя в замке, ожидая прихода своих союзников-дергаров, и явно приготовились к осаде.

Значит, единственные из верховных матерей, которыми ей нужно заняться, — это Зиерит Кью Хорларрин, Миз'ри Миззрим и Прид'исоф Туйн.

Чтобы отвлечься о мыслей о малоприятных перспективах, Триль обернулась к Энджрелу и Зал'терре. Больше всего на свете ей хотелось наказать Мастера Оружия и свою кузину Зал'терру за то, что они привели ее армию в ужасную засаду, но, насколько она могла судить, именно мастерство Энджрела и решительность Зал'терры, скорее всего, спасли войско Черного Паука от ужасного разгрома. Армия Мензоберранзана была потрепана, но жива.