Приговор - Ричард Бейкер

Халисстра открыла глаза и увидела, что плывет по бескрайнему серебристому морю. Вдали неспешно ползли мягкие серые облака, в небе яростно извивались странные темные полосы, концы их были словно закреплены где-то непостижимо далеко, а середины отчаянно вращались, будто скакалки в детских руках. Она глянула вниз, любопытствуя, что удерживает ее, и не увидела ничего, кроме того же странного перламутрового неба под ногами и вокруг.

Она глубоко вздохнула, пораженная этим зрелищем, и почувствовала, как легкие ее заполнились чем-то более сладким и, пожалуй, чуть более плотным, чем воздух, но, вместо того чтобы поперхнуться или захлебнуться, она, похоже, вполне приспособилась к этому веществу. По всему ее телу пробежала дрожь, она поняла, что сам процесс дыхания зачаровывает ее.

Халисстра подняла руку к лицу, неосознанно желая прикрыть глаза, и отметила, что ее зрение стало сверхъестественно острым. Каждое звено ее латной рукавицы выстроилось в строгой симметрии, края их были четкими, на коже проявились невидимые прежде масляные потеки и пятна.

Она лишилась дара речи.

— Вы не бывали здесь прежде, госпожа Меларн? — откуда-то сзади спросил Тзирик.

Халисстра вытянула шею, высматривая его, но вместо этого вокруг нее закружились, сливаясь в одном быстром, плавном скольжении, очертания всех ее спутников. Жрец Варауна стоял — нет, неверно, правильнее было бы парил — в нескольких ярдах от нее, шипы его булавы были острыми, как кинжалы, плащ легонько колыхал ветерок, которого Халисстра не ощущала. Тзирик говорил негромко, но голос его звучал удивительно ясно и отчетливо, как будто он находился на расстоянии вытянутой руки.

— Я полагал, что жрица вашего положения должна быть знакома с Астральным Уровнем, — добавил жрец.

— Я не много знаю о том, чего здесь ожидать, но у меня никогда не было случая побывать на других Уровнях, — пояснила Халисстра. — Мое знание этого места всего лишь… теоретическое.

Она отметила, что облик каждого из ее товарищей столь же четкий, осязаемый и реальный, как и самого Тзирика. Откуда-то, она не могла точно определить откуда, возможно, из середины спины, а может, из затылка, у каждого тянулась тонкая сверкающая нить серебристого цвета.

Халисстра ощупала затылок и отыскала свою нить. Теплая пульсирующая артерия вибрировала от энергии, а когда пальцы жрицы задели нить, все ее тело содрогнулось, как будто она дернула за струну собственную душу. Она отдернула пальцы и решила больше не делать этого.

— Ваша серебряная пуповина, — поведал Тзирик. — Тесная и неразрушимая нить, что связывает вашу душу с ее обителью — вашим телом, там, в крепости Минауф. — Жрец сдержанно улыбнулся. — Вы должны беречь ее. Мало что может оборвать нить странника, но, если такое случится, этот странник мгновенно погибнет.

Халисстра видела, как Рилд потянулся к своей нити и коснулся ее. Глаза его округлились, и он отдернул руку так же поспешно, как и она сама.

— И какой длины эти штуки? — спросил Мастер Оружия.

— Они бесконечны, господин Агрит, — заверил Тзирик. — Не волнуйтесь, на расстоянии фута-другого от вашей кожи они становятся нематериальными, так что вам не придется ходить на поводке. На самом деле, у них имеется обыкновение не путаться у вас под ногами, причем без всяких мысленных усилий с вашей стороны.

Халисстра разглядывала остальных, наблюдая, как мензоберранзанцы пытаются приспособиться к своему новому состоянию. Рилд и Вейлас медленно шевелили руками и ногами, словно пробуя идти по воде. Квентл держалась прямо как палка, плотно прижав руки к бокам, а Данифай неспешно плыла по воздуху, и длинные белые волосы струились следом. Фарон просто ждал, его глаза сверкали мрачным удовольствием при виде усилий спутников. Тзирик огляделся, рассматривая окрестности, и кивнул.

— В некотором роде это место не знает времени, — сказал он, — но время все-таки идет, поэтому я предлагаю начать наше путешествие. Следуйте за мной и держитесь поближе. Возможно, вам кажется, что вы видите отсюда бесконечно далеко, но предметам здесь свойственно таять в тумане.

Он заскользил прочь, без единого движения, сложив руки на груди. Плащ беззвучно развевался позади него.

«Следовать за ним, но как? — недоумевала Халисстра, наблюдая за удаляющимся жрецом. Однако, желая держаться поближе к нему, она вдруг устремилась вперед с такой скоростью, что следующим ее побуждением было вскрикнуть вслух, а не только про себя: — Стоп!»

И она остановилась, так быстро и разом перестав двигаться, что разум подсказал ей, что она должна была бы податься вперед, как если бы попыталась слишком резко остановиться на бегу. Она ухитрилась отчаянно закружиться на месте, прежде чем остановиться окончательно. К счастью, такие проблемы были не у нее одной.

Данифай очаровательно насупилась, пытаясь заставить себя хотя бы сдвинуться с места, Рилд и Вейлас каким-то образом столкнулись друг с другом и уцепились один за другого, не желая снова вверять себя пустоте.

— О, во имя богини! — раздраженно бросила Квентл, наблюдая за ними. — Просто прочистите свои мозги и думайте о том, куда вы хотите попасть.

— При всем почтении к вам, госпожа, где это самое то, куда мы должны захотеть попасть? — спросил Вейлас, отцепляясь от Рилда.

— Думай о том, чтобы следовать за жрецом, — ответила Бэнр. — Он с помощью заклинания пытается отыскать портал, ведущий на Дно Дьявольской Паутины. На это может понадобиться много часов, но вы увидите, что время здесь течет странно.

С этими словами Квентл полетела догонять Тзирика.

Халисстра закрыла глаза, глубоко вдохнула и сосредоточилась на том, чтобы следовать за жрецом на приемлемом расстоянии. Она быстро и мягко заскользила вперед и на этот раз не позволила панике овладеть ею. Довольно скоро остальные члены отряда уже плыли рядом с ней, легко держась поблизости друг от друга, поскольку все больше и больше привыкали к странностям Астрального Уровня. Халисстра решила поэкспериментировать со способами движения, сначала развернувшись горизонтально и чувствуя себя птицей, летящей в перламутровой пустоте, потом поднявшись вертикально лицом в сторону движения, и тогда у нее появилось ощущение, будто она быстро идет, не шевеля при этом ногами.

Как оказалось, на самом деле было не важно, что она делает со своим телом, пока ей удавалось сконцентрироваться на том, чтобы держаться рядом со спутниками, и до ее понимания начала доходить истинная нематериальность астрального моря. Она была всего лишь душой, невесомой, совершенной и просто находилась в том месте, где души становятся осязаемыми. Где-то за бескрайним перламутровым простором, который видят ее глаза, лежат владения богов, бесконечные тысячи концепций бытия, где обрели обитель божественные существа, правящие судьбами Фаэруна, — всех миров, коли на то пошло. Она могла бы потратить сто жизней дроу на изучение владений, омываемых астральным морем, и даже не приблизиться к тому, чтобы повидать их все.