Четвёртый Рим (СИ) - Клеймёнов Василий

— К слову, СБИ изначально было «Нулевым отделом» в составе МВД, — с усмешкой подметил Волков — Так что мы родились из вас, коллега Никитин. Гордитесь.

Чем гордится, Алексей так и не понял. Ему был интересен рассказ главнокомандующего, который оказался живой энциклопедией. Умный гей.

— Но что же случилось потом? — спросил Никитин.

— Потом, местечковые князьки захотели больше самостоятельности, но при этом продолжать получать плюшки от центрального правительства. МВД развалили, городские полицейские участки начали крышевать и заменять частными охранно-сыскными агенствами.

Частные охранно-сыскные агенства. Никитин помнил этот термин. О нём говорил Анненков-Барисеев, как о программе замены обычной полиции этими конторами Долгорукой. Теперь он понимал, что та не изобретала велосипед.

— Когда, спустя несколько веков, к власти пришёл Хозяин, по-настоящему пришёл, а не просто сел в президентское кресло, как марионетка Элит, — добавил главнокомандующий — То ему удавалось, с трудом, сохранять баланс, между вами и личными конторками знати. К слову, в какой-то момент, он даже смог создать из вас Центральное Полицейское Управление и сделать его дочерним отделением Департамента Юстиций. Но потом началась Гражданская война, а дальше, вы уже знаете, голубчик.

— Добавлю, что создание Ведомства также было встречено неодобрением многими, даже лояльными Хозяину элитами, — добавил Александр Волков — А новость, что ВОП возглавит гражданин «В»-ранга, так и вовсе была подобно эффекту разорвавшейся бомбы. Пришлось сделать так, чтобы особо наглые рты больше никогда не говорили. Впрочем, коллега Никитин, вы ещё встретитесь с двойственными взглядами, когда вам придётся участвовать в балах и творческих вечерах аристократии.

— Но тогда, почему ваш выбор пал именно на мне? Не поймите превратно, я не возмущаюсь. Безусловно, я, без сарказма, считаю это назначение великой честью. Но также и великой ответственностью.

— Вот именно, генерал. Ответственность — это то, что выделило вас от прочих кандидатов, — ответил директор Службы Безопасности — Вы очень незаурядная личность. Сын героя, почти в одиночку боровшийся с преступностью в городе. В других регионах Ирия много офицеров полиции имевших лучшее чем у вас образование. Но никто из них не имеет такого опыта настоящей оперативной работы и закалённого характера. Ну и, скажем честно, вам повезло в нужный момент попасть в объектив камер и стать нашим сигналом народу. Что подчинение Хозяину теперь будет стоять не только на страхе, но и шансе. Великому Благодетелю плевать на твоё происхождение. Верные и способные сыны Ирия могут надеется на огромные высоты. Даже на место в Верховном совете.

Алексей Никитин присутствовал всего лишь на первом своём заседании в качестве члена этого самого совета, но уже понимал, что ему тут не нравится. Иллюзий он не питал ещё в тот момент, когда на допросе СБИ, вместо казни без суда и следствия получил повышение, как гром среди ясного неба. Но ожидал, что теперь его руки в борьбе с преступностью хотя бы немного станут более свободными, а полномочия расширятся. Где-то, в глубине души, он всегда мечтал быть главой ирийской полиции, когда натыкался на бюрократические и сословные препятствия по долгу службы. Мечта романтика-идеалиста. Как говорится — бойся своих желаний. Ближайшие месяцы, если не годы, ему предстоит только выстроить единую вертикаль власти и попытаться заменить разложившихся жирных «полицаев» истинными слугами закона. И вот тут он попадает в новую ловушку. Ведь в Ирие закон — не правосудие. Ранее Алексей постоянно вертелся между преступными группировками и Кланами — договаривался, заключал сделки, но никогда не позволял полиции сращиваться с этой грязью. И всё пришло к тому, что он сам занял одну из ключевых ролей среди авторитетов самой могущественной ОПГ Ирия. Алексей Никитин стал сподвижником главного криминального авторитета и военного преступника страны. Ведь все эти разговоры о восстановление порядка, единоначалия и законной власти — лишь завуалированное описание истинной формы конфликта Хозяина и Старой Знати. Отбившиеся от рук братки не слушаются пахана. Не порядок. И Никитин оказался одним из тех, кому этот порядок придётся восстанавливать. Вся история существования власти на Земле, от самых древних времён, строилась на смене одних ОПГ на другие, начиная от разбойничьих племён, собиравших мзду с крестьянских хозяйств в глубокой древности, заканчивая сегодняшним днём.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я полагаю, что мы ответили на ваш вопрос, генерал, — сказал Кирилл Алданов.

Удивительно, но только при взгляде на него Алексей Никитин испытывал больший страх чем от Волкова. Алданов был полным антиподом Сергея Драгунова. Внешне его более могучая версия, но при этом зеркально отличался. Неестественно высокий, почти под три метра ростом, с огромной мышечной массой, которую обычный человек не сможет раскачать никаким питанием и тренировками. Ещё более волевые черты лица, но глаза оборачивали всё сходство на сто восемьдесят градусов. Сергей был человеком. Несовершенным, поломанным, способным на жестокость, но человеком, способным сострадать. Одного же взгляда Алданов было достаточно, чтобы понять, что под этими мышцами и широкой грудью нет никакой души. Только механизм, побуждающий выполнять приказы, даже самые бесчеловечные. Впрочем, последнее можно было сказать о каждом участнике совета. В большей или меньшей степени.

«Куда же я попал, отец».

— Тогда лучше перейти от тем грядущих к нынешним, — снова сказал Кайдановский — бывший улус Долгоруких превратился в один большой фронтир, где региональная власть и закон слабы, а всё решает банальное право сильного. Моих солдат хватает только для того, чтобы охранять ключевые объекты. Войск гвардий Ченкова и Савельева тоже пока недостаточно. Мы пытались полагаться на местную младшую аристократию, но они сами включились в этот криминальный передел.

— Просто армий недостаточно, — не выдержал и вставил своё слово Алексей Никитин — Нужна борьба с организованной преступностью. Создание убойных отделов, сети полицейских детективов и информаторов в мире подполья.

— Но всё это упирается в формирование полицейского Ведомства, на которое уйдет время, но нужно, что-то делать уже сейчас.

Воцарилось молчание. Никитину стало понятно, что именно от него ждут ответа. Очередная проверка.

— Хоть мне это и не нравится, но можно положится на Частные Охранно-Сыскные Агенства.

— Вы серьёзно, генерал? — переспросил Горлов — Считаете, что мелкие конторки детективов-одиночек, смогут сдержать возросший хаос?

— Нет, — ответил Никитин — Их задача — расследовать и опознавать особо опасных и неприкасаемых преступников, чтобы затем эти гнилые лица попадали в региональный розыск. Далее, поимка и доставка в Суд будет задачей охотников за головами. Думаю, институт «героев-одиночек», будет несложно создать, как временное решение. Когда-то, до Катастрофы охотников за головами активно использовали в Америке.

Предложение настолько поразило членов совета, что даже бесстрастный Алданов приподнял бровь.

— Браво генерал, — не сдержался Александр Волков — Неординарное и весьма интересное решение. Конечно, этот проект требует корректировки и доработки, но за это возьмётся СБИ, чтобы не отвлекать вас.

— Благодарю.

Алексей Никитин вновь поймал свою минуту славы, которой должен был гордится, но воспринимал, как новую ношу.

После собрания Верховный Судья проводил долгие часы в изоляторе пространства. Идиоты-пропагандисты ставили его в один ряд с Волковым, как носителя нанохирургии. Но Николай Кайдановский нашёл иной способ продлить себе жизнь и для этого не пришлось пичкать своё тело ничем инородным. Эксперименты с хронокамерой, собранной великим учёным Карамазовым, по дурости, променявшим науку на веру, позволили Кайдановскому собрать себе уникальную комнату, которая могла замораживать старение не только на период нахождения внутри. Эффекта хватало на несколько месяцев. Но истинного бессмертия и вечной молодости достичь не получилось. Да и не нужно это было Судье. Он лишь хотел продлить свой век, чтобы проследить за выполнением своего собственного плана.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})