Резюме сортировщика песчинок - Любовь Александровна Афоничева

ним тянется дорожка красных капель. Звонкие удары полосатой палицы Мофа заставляют блестящее, влажное от снега тело Геклы вздрагивать – но и только. Она опять сворачивается в шар и летит Мофу под ноги. Он отпрыгивает, но сталкивается с Белым, и тот тяжело опускается на одно колено.

А мне как раз удается подняться.

Мехимера успела развернуться, поднырнуть под лом Агнии и вцепиться… не вижу, куда… не успеваю.

Повторяя маневр Славы Па, врезаюсь в Геклу всем телом, заставляю ее оторваться от Венц и на пару секунд потерять равновесие. Хриплю:

– Отвлеките ее!

Белый снова бьет мехимеру между глаз сначала одним кулаком, потом сразу же – вторым, окончательно расшибая уже окровавленные костяшки. Моф в этот же момент изо всех сил пинает ее по задним лапам.

Я уже даже не пытаюсь встать. Снизу удобнее. Въезжаю на спине под брюхо слегка дезориентированной Геклы… которая тем не менее едва не вцепляется мне в лицо. Спасибо Мофу и его полосатой железяке. Тварь пытается ее выплюнуть, но он пока что ей этого не позволяет. А Белый, кажется, удерживает задние лапы. Я пользуюсь моментом и шарю пальцами – теми, которые еще чувствую, – по гладкому промхитиновому животу. Пытаюсь снова ощутить то электрическое пощипывание… и вроде бы… Да, вот оно! Но почему так кружи…

[большой медленный – не исполнено; маленький громкий – не исполнено; черный скользкий – не исполнено; опасный – плохо; слабый – хорошо; исполнение – хорошо; движение – хорошо; маленькая белая – исполнено; серый быстрый – исполнено; красный – хорошо; продолжать исполнение – хорошо; красная опасная – не исполнено; серая медленная – не исполнено; большой опасный – не исполнено; продолжать исполнение – радость]

…как больно, оказывается. А в квазисознании Геклы было почти хорошо…

[движение – хорошо]

…еще и ребра, да л-л-лысый же!.. Мне не внутрь надо, я не умею выворачивать, мне бы просто остановить…

[остановить исполнение – плохо]

…а вот и нет. Остановить исполнение – хорошо. Я бью кулаком туда, где под мышкой у Геклы щиплется промхитин и, если задержать пальцы подольше, можно как бы слиться с квазисознанием мехимеры… Размахнуться бы… Треснуло? Или это хрустит у них, снаружи? Не поймешь. Еще разок. И еще. И… л-л-лысый мантикор, как же больно впиваются в горло эти… Если бы не воротник пальто – все, кранты. Спасибо, Кар_Вай… хоть я и не могу понять, откуда ты знала. Еще разок… Ну, давай же! Почему это называется «уязвимость», если через нее нельзя уязвить?! Или я неправильно…

Мехимера снова бьет мордой мне в горло. Дышать становится тяжело. Еще раз ловлю пальцами электрическое пощипывание. И в тот момент, когда все быстро проворачивается вокруг – режу нить квазимыслей Геклы маленьким лаконичным ножиком своей воли: [остановить исполнение – хорошо]

Она застывает.

Сработало?

Кажется, сработало. Теперь можно отрубаться.

Можно – но не выходит. Мир мерцает, как сломанная арт-панель, но отпускать меня отказывается. Я закрываю глаза в надежде, что это ускорит процесс. Сквозь красный шум в ушах до меня докатывается рокот:

– Вы, бабушка, вот это… опустите.

Значит, хотя бы Белый еще может говорить.

Но «бабушка»? Неужели Ежи_Вель?

– А вы чудесны, как Феликс и рассказывал. Не переживайте, «вот это» – не для вас… если, конечно, не станете на меня кидаться. И не для ваших друзей. Даже не для Эф_Имера… надеюсь, что с ним и так уже все. Нет, я жду кое-кого другого. Но что же вы тут натворили!.. Ох, не зря вчера так сердце кололо…

Тут меня ненадолго утягивает туда, где нет боли. Но потом немилосердно выплевывает обратно.

За это время что-то успело измениться. Что-то я пропустил. Кажется, важное. Сразу много голосов лезет в уши, и я пытаюсь понять, кому они принадлежат.

– Спасибо, Афейна. Это было очень вовремя. Но вы же понимаете, что это не отменяет… нашей с вами долгой беседы?

Джазовая хрипотца – это Лионэ. Но почему она говорит с Афейной? И за что ей «спасибо»? Может, я все-таки брежу?

– Вольга?

А вот на этот голос, в котором паника, и надежда, и почему-то рыжие крапинки, я должен отозваться. Должен сказать: «Что, Агния?» Должен… но никак. Что-то сломано. Что может быть сломано в горле?

– Тимьян?..

Теперь паники больше, а надежды меньше. Рыжих крапинок – столько же.

Ответа нет.

И вот тут, когда мне уже почти не больно, и хочется выползти из-под замершей Геклы, оглядеться, понять, что происходит и насколько велики потери, красный шум в ушах начинает расти. Громче, еще громче, еще…

В этой части истории солнце поднимается, Агния мерзнет, а я подсчитываю потери и размышляю о произвольно поставленных знаках препинания

Брюки мокрые по колено. Как, в принципе, и ожидалось. Хорошо, что терморегуляторы в буутах работают исправно… тем более что отнести их в починку к Домне Кар_Вай больше не получится.

Привычно разжимаю челюсти тоски, которая пытается схарчить мое сердце каждый раз, когда я вспоминаю о ней. О создательнице лучшей на свете одежды. Первой, кто встретился с Геклой тем февральским утром. Одной из двух жертв исполнительной мехимеры.

– Надо было надеть три свитера, – ежится рядом Агния.

– Надо было, – я дотягиваюсь до нее рукой и притискиваю поближе.

Невидимые в тумане птицы журчат, пинькают и трелят так, будто только от громкости и слаженности их хора зависит, поднимется ли сегодня солнце.

Кончики русых волос Венц щекочут мне ухо и шею. Пушистых коротких волос, едва доходящих до плеч.

Косы она отрезала в марте. Кажется, проверяла: поможет ли это ей избавиться от кошмаров. И кажется, что не помогло. Во всяком случае, пару раз я просыпался и видел, как она стоит у окна, чертит на нем узоры кончиками пальцев.

Самому мне в этот раз отрезать нечего. Разве что отсоединить два блестящих промхитиновых пальца – средний и указательный. Но что-то мне подсказывает, что от кошмаров это не поможет. А пальцы получились красивые. Выглядят как медные – под цвет волос. И кольцо в виде горностая, которое Агния урвала на какой-то закрытой сходке тайных барахольщиков, село на указательный как влитое.

Эски немного удивились, когда я попросил не покрывать протезы имитацией кожи, но отговаривать не стали. Вот чем мне нравится время, в которое выпало жить, так это тем, что пока ты чудишь в рамках этики, никому и в голову не придет трясти перед тобой пыльным пугалом нормы.

– Смотри, краешек уже видно!

Агния пихает меня бедром