Легенда преступного мира - Николай Иванович Леонов

Даже носик такой остренький, того и гляди усы зашевелятся. А мыслительный-то процесс какой активный, прям бегущая строка поперек физиономии».

Шок прошел, теперь Зоя держалась спокойно, с вызовом и высокомерным недоумением. Сначала Вестерман попыталась изобразить полное непонимание того, о чем идет речь, потом, практически без перехода, отказалась разговаривать с Крячко, ссылаясь на то, что общалась с Гуровым.

– Перестаньте паясничать, – задушевно посоветовал Станислав, искренне жалея, что перед ним не мужчина, а то бы как следует врезал. – В настоящий момент полковник Гуров реализует спецоперацию по установлению местонахождения вашей дочери. Выслушать подробности и я могу.

– Если он осуществляет, значит, я могу не рассказывать? – едко осведомилась Вестерман. – Может, такой суперсыскарь сам все найдет и разрулит ситуацию?

«Ужом вьется, зараза», – подумал Крячко, но ответил, как и положено, вежливо и корректно:

– Можете молчать. В таком случае я собираю манатки и удаляюсь. Однако не исключено, что при таком раскладе операция не увенчается успехом, и тогда извольте сами разбираться со своим маньяком. Как говорится: вот убьют, тогда придете. Как вам такой вариант развития событий?

Атмосфера в кабинете моментально изменилась, Зоя трагично прошептала, хрустя пальчиками:

– Как вы можете быть так жестоки? Вы же сами наверняка отец!

Будучи примерно одного с ним роста, она как-то умудрялась смотреть на Крячко снизу вверх, умоляюще, сжимая побелевшие кулачки, и ее прекрасные синие глаза наливались чистыми материнскими слезами.

– Милая, это фокус для дебилов, – заметил Станислав Васильевич с укоризной. – Ну? Будет разговор или я пошел?

Слезы моментально втянулись обратно, губы перестали трястись и сжались в нитку, и ее голос зазвучал жестко и даже повелительно:

– Никуда вы не пойдете. Время восемнадцать пятьдесят пять. До начала трансляции пятьдесят пять минут.

– Я за понятыми, – сообщил он.

– Кем-кем? – тотчас прицепилась она.

– Хорошо, свидетелями вашего повествования, – поправился Станислав, закатывая глаза, – не цепляйтесь к словам, время-то идет.

Стоило ему выйти из кабинета и начать спускаться по лестнице, Вестерман немедленно набрала номер телефона и произнесла лишь одно слово: «Подходите».

«Шесть пятьдесят пять, а вот куда тут? – недовольно размышлял Крячко, оглядывая полупустую улицу. – Где мне этих “свидетелей” брать? Не носиться же по домам: тук-тук! Вам чертовски фартануло, мы рады пригласить вас свидетелями, сейчас ваша драгоценная Вестерманиха каяться будет…»

Впрочем, переживать пришлось недолго. На улице показались аж две пары совершенно свободных, ничем не занятых прохожих, шедшие навстречу друг другу: муж с женой и две приятельницы с продуктовыми сумками.

Станислав колебался недолго, выбрал женщин:

– Здравствуйте, красавицы, вы сейчас не сильно заняты?

– Для такого видного и вежливого мужчины свободны всегда, – бойко ответила одна, средних лет, симпатичная, но из тех, кого называют хабалками.

Вторая лишь фыркнула. Своим внешним видом, особенно ростом, она навевала ассоциации то ли с железной бабой, то ли с Лихом Одноглазым, тем более что косая челка у нее в самом деле прикрывала одно око.

– Если у вас имеется часик свободного времени, – изысканно начал Станислав, – не могли бы вы потратить его на самое что ни на есть благое дело?

– А что делать-то надо? – осведомилась Лихо, уяснив, о чем толкует новый знакомый.

– Вот только подняться в кабинет и посидеть спокойненько на стульях. Просто посмотреть и послушать.

Женщины быстро переглянулись.

– А будет не скучно? – спросила бойкая.

Станислав, почесав в затылке, выдвинул предположение, что вряд ли.

– Впрочем, я могу вам тортик купить, чтобы не просто так сидеть.

– Не, мы после шести не едим, – сообщила бойкая. – Ведите нас, таинственный незнакомец!

Тетки оказались понятливыми и толковыми. Не задавая лишних вопросов, прошли и в здание, и в помещение, вытерли ноги, вежливо поздоровались с Зоей…

– Вы знакомы? – мимоходом осведомился Крячко.

Бойкая лишь полными плечами повела.

– Конечно, тут не столица, – поведала она, вешая пальто на крючок. – Тут все друг друга знают. Куда садиться? Что слушать?

– Сейчас все объясню, – пообещал Крячко, возвращаясь к технической стороне предполагаемой трансляции.

«Вот чертовы высокие технологии. Что может проще быть – взять видеокамеру, да пусть хотя бы на том же телефоне… нет, обязательно тебе трансляцию, «Телеграм» ему подавай. Знать бы еще, как эта штука запускается…»

Вестерманиха, которая все это время спокойно копалась в ноутбуке, подала голос:

– Поторопитесь, Станислав Васильевич, мы же не можем понятых держать тут до ночи.

– Тут нет понятых, забыли? – напомнил он желчно. – И, кстати, это вы их должны упрашивать, чтобы они остались. Я-то их не держу, свидетели вам нужны.

– Мы никуда не спешим, – произнесла молчаливая Лихо.

Бойкая же притихла и сидела смирно, положив руки на колени, готовая выполнять инструкции.

Крячко, соображая, на какую кнопку давить, чтобы начать видеозвонок, не заметил взглядов, которыми обменялись хозяйка кабинета и молчаливая тетка из первых встречных на улице.

– Что у вас там? – спросила Лихо. – Настроить не можете?

– Да, видите ли, понять не могу, как эта телега работает. Надо, чтобы видео транслировалось, – пояснил Станислав, переводя дух.

Та предложила:

– Давайте помогу, завсегда со своими стариками по этой штуке общаюсь, чтобы на межгород не тратиться.

Лихо в самом деле разбиралось в технике, поскольку не прошло и пяти минут, как «Телеграм» был запущен, налажен, сам смартфон установлен на штатив, штатив торжественно водрузили на стол.

– Семь двадцать девять, – подала голос Вестерман.

Продвинутая провинциалка быстро закончила настройку канала, подключила к сети и показала, какую кнопку нажимать.

Станислав поблагодарил за помощь и скомандовал:

– Свет, камера, мотор.

Сигнал пошел.

– Лева, прием.

– Да, слышу, спасибо, – отозвался Гуров, – все ок, сигнал отменный.

– Здравствуйте, Лев Иванович, – как ни в чем не бывало поприветствовала сыщика Зоя, как если бы они в кафе чаи гоняли.

– Добрый вечер, – слегка поклонился полковник, рассматривая историческую личность.

«Ничего себе приставы в провинции, таких только в кино снимать… А взгляд-то у красотки, ох и взгляд. Срисовывающий, запоминающий, прицельный, прямо как в оптический прицел смотрит», – подумал Лев Иванович, мотнул головой, отгоняя лишние мысли, и затем предложил повестку заседания:

– Ну-с, приступим, благословясь. Предлагаю начать со свободного рассказа, потом, если никто не возражает, будут заданы вопросы.

Зоя склонила голову в знак согласия:

– Возражений не имею.

– Та же история, – подтвердил Станислав Васильевич.

Вестерман взяла свой конспект:

– Настоящим я, Вестерман Зоя Аркадьевна, признаю, что реализовала убийство, то есть физическое уничтожение, трех лиц – Александра Мерецко, Святополка Марина и Дамира Илясова. После смерти таковых я, используя специальный инструмент и профессиональные навыки, произвела отделение фрагментов кожных покровов у трупов. Далее я изготавливала разнообразную кожгалантерею, используя для декорирования фрагменты кожных покровов Мерецко, Марина и Илясова, и реализовывала ее через площадку «Живые ремесла». Все.

«С самого начала все пошло не совсем так, как предполагалось, – подумал Гуров. – Какой