Карибский кризис. 50 лет спустя - Дмитрий Язов

Передать устное послание советскому послу было поручено брату президента – министру юстиции Роберту Кеннеди. По воспоминаниям последнего, он дал советской стороне сутки на размышление.

Не дожидаясь ответа Москвы, Р. Макнамара по приказу президента отдал приказ о призыве из резерва 24 частей ВВС общей численностью свыше 14 тысяч человек личного состава. Авиационные удары по выявленным целям на Кубе предполагалось нанести утром, во вторник, 30 октября 1962 года.

В 20.05 по вашингтонскому времени по каналам массовой информации было передано короткое послание президента США советскому руководителю:

«Когда я читал Ваше письмо, то пришел к выводу, что ключевые элементы Ваших предложений, – которые, по-видимому, в целом приемлемы, насколько я их понял, – заключаются в следующем:

1. Вы согласитесь устранить эти виды оружия с Кубы под надлежащим наблюдением и надзором ООН и принять обязательство, при надлежащих гарантиях, прекратить дальнейшую доставку таких видов оружия на Кубу.

2. Мы, с нашей стороны, согласимся, – при достижении через ООН соответствующей договоренности о гарантии выполнения и сохранения в силе этих обстоятельств:

A) быстро отменить меры карантина, применяющиеся в настоящий момент;

B) дать заверения об отказе от вторжения на Кубу.

Я уверен, что другие страны Западного полушария будут готовы поступить подобным же образом».

В Москве получили послание Дж. Кеннеди и, сопоставив его со всеми имевшимися фактами о серьезности намерений американцев, утром следующего дня открытым текстом по радио сообщили о готовности вывести советские ракеты с Кубы. Заявление советского правительства от 28 октября готовилось в спешке и доставлялось в радиоцентр по частям. В качестве «курьера» выступал секретарь ЦК КПСС Л. Ф. Ильичев. Так же в спешке заявление зачитывалось в прямой эфир по частям.

Кубинское правительство, как и рядовые граждане СССР, узнали о советско-американской договоренности из сообщения московского радио утром 28 октября. Советское посольство на Кубе, само пребывая в неизвестности, не могло ни подтвердить, ни опровергнуть текст послания. Реакция Ф. Кастро, с которым обошлись так неуважительно, была резко отрицательной. Он провел специальное совещание военно-политического руководства страны, в ходе которого прокомментировал заявление советского правительства о выводе с Кубы ракет стратегического назначения:

«1. Решение советского правительства не понятно народу, вызвало болезненную реакцию у него, а также у ряда представителей руководящего состава Кубы. Революционный дух народа в настоящее время высок как никогда, даже выше, чем во время вторжения на Плайя-Хирон.

2. Советское правительство ни в какой форме не посоветовалось с правительством Кубы, прежде чем принять свое решение, хотя определенные соображения были направлены Н. С. Хрущеву в письме несколько дней тому назад. Перед размещением ракет были детальные переговоры по этому вопросу.

3. Очевидно, была допущена политическая ошибка, когда СССР выдвинул требование вывести подобные средства из Турции и через несколько дней отказался от этого требования.

4. Мировой общественности может показаться, что в критический момент социалистический лагерь пошел на уступки империализму, хотя мы хорошо знаем положение Ленина о необходимости компромиссов.

5. При решении вопроса о посылке и размещении ракет на Кубе преследовались две цели: защита интересов Кубинской революции и интересов всего социалистического лагеря. В связи с этим отрицательные моменты принятого решения ни в какой степени не могут сравниться с теми политическими победами, которые может одержать социалистический лагерь в результате дальнейших переговоров: проблема запрещения испытаний атомного оружия, решение берлинской проблемы, переговоры НАТО и Варшавского договора.

6. В результате, если выдвинутые требования найдут положительное решение, а я надеюсь, что так и будет, то выиграет весь социалистический лагерь, выиграет Куба, выиграет все прогрессивное человечество, будет обеспечен мир. Выиграет и лично Кеннеди, которого Н. С. Хрущев уже несколько раз спасал из критического положения, а этим решением обеспечил ему победу на предстоящих выборах в конгресс и даже на второй президентский срок.

7. Куба ничего не потеряет от того, что будут выведены ракеты, более того – она выиграет.

8. Создавшееся положение надо использовать для того, чтобы перед всем миром поставить вопрос о необходимости разрешения главных проблем, сформулированных правительством Кубы: снятие экономической блокады, прекращение подрывной деятельности со стороны США и стран Латинской Америки, прекращение пиратских налетов, прекращение полетов военной авиации над территорией Кубы и вывод войск из ВМБ Гуантанамо.

9. Нам не представится в будущем более удобный случай для того, чтобы требовать ликвидации базы Гуантанамо. Вряд ли американцы пойдут на это. Однако надо требовать и настаивать на том как можно дольше и решительнее. Если США потребуют инспекции при выводе всех советских установок, мы согласимся на это только при одном условии – ликвидации базы Гуантанамо, и никому не пойдем на уступки в этом вопросе.

10. Оставить на будущее в силе приказ сбивать самолеты, нарушающие воздушное пространство Кубы.

11. Вооруженным силам и впредь быть бдительными, сохранять боеспособность, так как в случае агрессии мы должны будем решать вопрос защиты Кубы сами.

12. Следует разъяснять народу смысл принятых решений, терпеливо объяснять, что положительные результаты этого решения СССР обнаружатся не завтра и не через месяц, а, возможно, через 5–6 месяцев упорной борьбы социалистического лагеря против империализма, для достижения успеха которой Куба сыграла немаловажную роль, хотя и болезненно переживает сейчас создавшееся положение».

Вечером того же дня Ф. Кастро публично изложил кубинскую позицию по разрешению Карибского кризиса. В ней он сформулировал важнейшие принципы урегулирования, которые вошли в историю под названием «Пять пунктов»:

«Первое. Прекращение экономической блокады и всех мер торгового и экономического давления, осуществляемого Соединенными Штатами против Кубы во всех частях света.

Второе. Прекращение всех подрывных действий, нелегального ввоза воздушным и морским путем оружия и взрывчатки, организации вторжения наемников, заброски шпионов и саботажа – всех подобных действий, осуществляемых с территории Соединенных Штатов и некоторых союзных с ними стран.

Третье. Прекращение пиратских нападений, осуществляемых с существующих баз в Соединенных Штатах и Пуэрто-Рико.