Тавриз туманный - Мамед Ордубади

От слов мисс Ганны Дильбер-ханум была в восторге. Она радостно обняла и расцеловала американку. Ее горевшие торжеством черные, как агат, глаза, возбужденно трепетавшие губы, сочувственная улыбка, которой она ласкала мисс Ганну, ясно выражали результат американского воспитания.

Увлеченный наблюдением за взволнованной девушкой, отравленной христианской школой, я не спешил с ответом.

- Скажите, вы признаете эти истины? - повторила вопрос мисс Ганна.

- Нет, - ответил я решительно.

- Почему?

- Во-первых, доказывая истину, мы не должны вести здесь религиозную пропаганду. Сама жизнь от нее изнемогает. Во-вторых, я должен напомнить вам, что культурная часть христианского мира не религиозна. Те, кто является рабом христианской религии, в большинстве некультурны и даже более отсталы, чем самые нецивилизованные народы мира. Культурная часть христианского общества, приобщаясь к культуре, сбросила с себя религиозные оковы и, используя религию, как орудие эксплуатации, переложила ее оковы на низшие слои, чем нанесла огромный ущерб их культурному и политическому развитию.

Девушка слушала со сдержанным вниманием, и чувствовалось, что она ищет наиболее удобного пути для отступления, и слова, которыми она выразила свое согласие со мной, были в достаточной степени многозначительны.

- В этом отношении вы совершенно правы, - сказала она серьезно. Религия нужна человеку до тех пор, пока он не обретет культуры. В сущности, религия для того и создана. Низшие слои, о которых вы говорите, также подчиняются этому закону и, становясь культурнее, овладевая культурой, постепенно будут освобождаться от религии.

- Мисс Ганна думала удовлетворить меня своим ответом и, быть может, даже доставить мне удовольствие, но мое возражение показало, насколько она ошиблась на этот счет.

- Мой дорогой друг Ганна, - начал я. - По-вашему, культурные слои христианского мира, овладев культурой, отбросили религию. Однако их агенты, всякие миссионеры, созданные ими религиозные общины, церковь и даже огромные суммы, затрачиваемые ими на дело укрепления религии, наводят на одну мысль. Если разрешите, я продолжу.

- Пожалуйста, пожалуйста! - попросили все сразу.

- Отрешившиеся от религии культурные слои, о которых вы говорите лживы. Они никогда не позволят низшим слоям приобщиться к культуре и отбросить религию, так как в этом случае низшие слои перестанут подчиняться приказаниям "культурных", откажутся дешево продавать им свой труд на фабриках и заводах, восстанут против законов эксплуатации. Вот почему эти господствующие классы добиваются и будут добиваться, чтобы крест, являющийся символом рабства, никогда не был снят с шеи трудящихся масс.

Мисс Ганна промолчала. Нас пригласили к ужину. За столом мисс Ганна и Дильбер-ханум говорили по-английски, а мы по-азербайджански.

Было уже за полночь, когда мы попрощались и вышли.

Мисс Ганна и Дильбер-ханум условились часто встречаться и бывать друг у друга. Мы проводили мисс Ганну до дома, и, когда Мешади-Кязим-ага на обратном пути спросил про нее, я ответил с улыбкой:

- Это та самая девушка, которая дала вам заработать миллион туманов.

ВТОРАЯ ЛИСТОВКА

Сегодня по всем улицам Тавриза были расклеены сообщения российского телеграфного агентства. Это было новостью в жизни Тавриза. Во время царской оккупации и до нее подобных случаев не было. Это было одной из мер царского консульства против нашей нелегальной листовки. Печатая ложные сообщения, русские хотели добиться перемены отношения народа к Мамед-Али.

Вот о чем говорилось в телеграфном сообщении:

"По сообщениям русского телеграфного агентства, победоносные войска Мамед-Али-шаха, перейдя в наступление, движутся на Тегеран. Доблестная конница племени Джабарбейли уже проявилась у имам-заде*.

______________ * Имамзаде - место паломничества.

Племена Талыша, Микаиллы, Гаджи-Ходжалы, Джан-Ханымлы и Поладлы, поклявшиеся вернуть корону и трон законному шаху, двигаются на Тегеран".

Напечатанное на фарсидском языке, это сообщение не только было расклеено на стенах всех тавризских домов, но пачками распространялось на базарах и площадях.

На улицах, на площадях, у мечетей иных разговоров не было; все говорили только об одном.

Гаджи-Мир-Мохаммед, Гаджи-Мир-Курбан и все, находившиеся под покровительством царского консульства, указывали на газету "Новое время", говоря:

- Сударь, пожалуйста, вот прочтите!.. Клянусь своими святыми предками, что дело уже кончено. Эту газету изволил преподнести нам сам господин консул и лично заявил, что это вопрос двух-трех дней... Кончено...

Точно проверенные сведения я мог получить только от американки или от Нины.

Квартира мисс Ганны была ближе, и я, недолго думая, направился к ней, надеясь застать ее дома, но мне пришлось ждать ее более получаса.

Она пришла румяная и радостно возбужденная.

Быстро сбросив шляпу и перчатки и кинув пальто на руки горничной, она взяла меня иод руку и потащила на балкон.

- Что случилось? - спросил я.

- То, что мы хотели...

- А именно?..

- Мамед-Али разбит.

- Что ты говоришь, Ганна! Милая Ганна!..

- Передовые отряды Мамед-Али под командой Сардар-Эршада атаковали расположение на тегеранской дороге имамзаде, где они впервые столкнулись лицом к лицу с конституционными войсками. Произошло кровопролитное сражение. В результате, конституционная армия взяла в плен триста человек. Оставив до ста человек убитыми, Сардар-Эршад обратился в бегство...

Сказав это, девушка спросила:

- Ну, доволен этими вестями?

- По правде говоря, я не знаю, где истина...

- Дорогой мой! Ведь этих слов я никому не скажу. Я открываю тебе эту тайну, как честному иранцу. Победа иранцев в настоящее время радует американцев. Американское правительство за сохранение неприкосновенности Ирана. Ну, теперь скажи, будешь ты сегодня обедать со мной?

- Кто же не захочет обедать в обществе прелестной Ганны?

- А зачем ты пришел сейчас?

- Это ты знаешь лучше!

- Если бы я знала, что это правда, то не беспокоила бы тебя, слушалась бы твоих советов и была бы спокойна за будущее.

- Это правда, клянусь в этом всеми желаниями твоего сердца. Ведь эти желания для меня святы.

Попрощавшись с ней, я вышел.

Полагаться всецело на информацию американцев, врагов русских, было нельзя. Надо было навести справки и в русском консульстве.

Когда я вошел к Нине, она только что вернулась и, переодевшись в домашнее платье, собиралась заняться работой. Увидев меня, она хотела уйти, чтобы переменить туалет, но я поймал ее за руку и усадил на диван.

Нина посадила Меджида на колени и принялась расчесывать его волосы.

- Есть две важные новости, - начала она.

- Какие?

- Сегодня из Тегерана получено сообщение, уничтожившее все надежды консула. В битве при имамзаде войско Сардар-Эршада разбито наголову и понесло большие потери: сто человек убитыми, триста пленными. Войско обращено в бегство. Из Тегерана получена инструкция повлиять на местную печать и скрыть весть о поражении Мамед-Али. Это первая новость. А вот и вторая: мы приглашены в гости к Сардар-Рашиду. Наконец, они поженились. Доволен ли ты этими новостями?

- Первой - да, а второй - нет. От нашего пребывания в этом обществе вреда больше, чем пользы.

- Ты ошибаешься. Сардар-Рашид - человек, близкий к русскому консулу. Он один из главных сторонников царя, и консул старается придать этому бракосочетанию большую торжественность. Иначе Ираида и не согласилась бы на этот брак. Ее несчастью способствовала царская колонизаторская политика. По-моему, в случае возникновения каких-либо событий твое знакомство с Сардар-Рашидом может сыграть большую роль. Кроме того, игнорирование нами этого приглашения может возбудить подозрения Ираиды и обидеть её. Ведь, кроме нас, у нее, в конечном итоге, никого нет.

- Это верно, но раз Ираида не послушалась моего совета, то и обижаться не имеет права, - ответил я решительно, - Я знаю, что у Сардар-Рашида нет будущего. Заявить ей об этом открыто я не мог, но все же достаточно ясно намекнул ей. Она сама между прочим, дала понять, что не продается Сардар-Рашиду и заставила меня поверить в это, но ее слова оказались ложью.

- Дело было так, - старалась уверить меня Нина. - Супруга Сардар-Рашида вела себя непристойно, сардар решил развестись с ней и жениться на Ираиде. Ираида не хотела разбивать семью, и дело довольно долго оставалось в таком положении. На этих днях приехали братья жены сардара и увезли ее к себе, в Ардебиль. Это раз. А второе то, что Ираида согласилась на этот брак под давлением консула. В гостях нам будет неплохо. Там же будет придан официальный характер отношениям сестры Сардар-Рашида с командиром Апшеронского полка Смирновым. Во всяком случае, пойти на вечер нужно.

- Я не возражаю, пойдем, но знай, что мы должны сегодня выпустить второй номер листовки. Выпущенное русским консульством телеграфное сообщение заставило большую часть тавризцев поверить в победу Мамед-Али. Необходимо сегодня же мобилизовать членов кружка. Когда придет к тебе Гасан-ага, поручи ему оповестить всех членов, а потом зайти ко мне. Теперь я иду в русско-иранскую школу.