Тавриз туманный - Мамед Ордубади

- Дело было так, - старалась уверить меня Нина. - Супруга Сардар-Рашида вела себя непристойно, сардар решил развестись с ней и жениться на Ираиде. Ираида не хотела разбивать семью, и дело довольно долго оставалось в таком положении. На этих днях приехали братья жены сардара и увезли ее к себе, в Ардебиль. Это раз. А второе то, что Ираида согласилась на этот брак под давлением консула. В гостях нам будет неплохо. Там же будет придан официальный характер отношениям сестры Сардар-Рашида с командиром Апшеронского полка Смирновым. Во всяком случае, пойти на вечер нужно.

- Я не возражаю, пойдем, но знай, что мы должны сегодня выпустить второй номер листовки. Выпущенное русским консульством телеграфное сообщение заставило большую часть тавризцев поверить в победу Мамед-Али. Необходимо сегодня же мобилизовать членов кружка. Когда придет к тебе Гасан-ага, поручи ему оповестить всех членов, а потом зайти ко мне. Теперь я иду в русско-иранскую школу.

Поцеловав Нину и Меджида, я поспешно вышел.

У магазина Меджидульмулька я встретил учителя Акберова Акбера и, передав ему известие о поражении войска Мамед-Али, предложил сегодня же выпустить вместе со мной листовку.

- Когда мы встретимся? - спросил он.

- Жди меня вечером к десяти. Я принесу с собой готовый материал, а ты заготовишь листки такого же формата, как и в прошлый раз. Опять мобилизуй своих учеников. Я сообщил и другим. Утром листовка должна быть уже расклеена по стенам. Расставшись с Акберовым я отправился в контору Мешади-Кязим-аги. Он опять был окружен купцами, делавшими новую попытку урвать хотя бы часть американских товаров, и пустившими в ход все увертки и расточавшими медовые речи.

Шепнув Мешади-Кязим-аге, что Мамед-Али разбит у имамзаде, я посоветовал ему поскорее сбыть товары, пока война окончательно не завершена.

- Что же теперь нам предпринять? - спросил Мешади-Кязим-ага.

- Продай часть товаров, но не все. Затем сегодня мы должны отпечатать листовку. К восьми созовите совещание. Место сбора сообщите мне вечером.

- Придешь ты сегодня обедать?

- Нет, я обедаю в другом месте, - сказал я, выходя, и отправился к мисс Ганне.

Все места, где были расклеены первые наши листовки, находились под постоянным наблюдением царских шпионов и потому решено было второй номер листовки расклеить на новых местах.

Второй номер нашей листовки возбудил небывалый подъем духа у тавризцев. Молчавшие в течение ряда месяцев языки развязались, начавший было угасать революционный дух вспыхнул с новой силой.

Чистильщик сапог, уличные торговцы и даже амбалы, как и в победные дни революции, свободно распевали памфлеты на Мамед-Али:

Мамед-Али бежит, держи!

Сорвался с привязи, держи!

Листовки наши не были еще сорваны.

Проходя мимо караван-сарая Мирза-Исмаила, я увидел большую толпу, собравшуюся перед одной из них. Кто-то читал ее громко. В стороне сидел на разостланном коврике Ага-Магомет-Али из Карабаха и, потягивая кальян, слушал чтеца.

"Граждане Тавриза! Истина не может быть побеждена. Задушить идею свободы нельзя. В первом номере листовки мы сообщали вам, что бывший шах Мамед-Али при содействии России и Англии, вернулся на территорию Ирана. Это сообщение взволновало революционное население Тавриза. Под давлением империалистского царского правительства официальная печать скрывает от вас истину. Вот почему мы сообщаем в этом номере о первых действиях Мамед-Али в Иране.

По достоверным сведениям, полученным из Тегерана, 5 сентября войска Мамед-Али, под командованием Сардар-Эршада, встретились лицом к лицу с конституционной армией. Отряд Сардар-Эршада, потерял 300 человек пленными и 100 человек убитыми. Войска Мамед-Али бегут. Силы конституционной армии растут с каждым днем. Революционные племена присоединяются к конституционной армии.

В следующем, третьем, номере мы сообщим о дальнейшем ходе событий".

Став в стороне, я наблюдал за настроением толпы, как вдруг по базару рассыпались кокамирские сеиды с дубинками в руках и принялись срывать расклеенные по стенам листовки. Подойдя к караван-сараю Мирза-Исмаила, сеиды хотели сорвать листок, наклеенный на ворота, но, заметив Ага-Магомет-Али, не решились сделать это.

Оттуда я решил пройти к кладбищу Геджиль и Аджидан-Ганысы, чтобы поглядеть и там на отношение тавризцев к нашим сообщениям. По дороге я встретил Мешади-Кязим агу.

- Слава мастеру! - проговорил он со смехом.

- Что случилось? - спросил я.

- То, что привело меня в восторг.

- А именно?

- Чины незмие раздобыли документы, свидетельствующие об участии в этом деле американского консульства. Какой-то неизвестный поздно ночью бросился к зданию американского консульства и скрылся там, но по дороге потерял свой мешок. В мешке обнаружены подпольный листовки. Надпись на мешке также доказывает правильность предположений незмие.

- Возможно, - сказал я. Русско-американские разногласия могут вызвать доверие к этой версии. Посмотрим, чем это кончится!..

Мы пошли дальше. Повсюду в городе чувствовалось большое оживление. Сегодня в Тавриз были введены новые части царской армии. Вся незмие была поставлена на ноги. Караул у ворот консульства был удвоен, и в этой части города были расставлены еще казачьи посты.

РОМАН ПОЛКОВНИКА СМИРНОВА

Нина нарядилась в свое лучшее платье и надела на себя все свои драгоценности. Я был немало удивлен таким поведением девушки-революционерки, но не возражал, чтобы не создавать недоразумений.

Когда мы подошли к дому Сардар-Рашида, Нина оглядела его и сказала, поджав губы:

- Наружный вид ничего собой не представляет... Посмотрим, как внутри.

"Неужели таковы и другие наши девушки и женщины, участвующие в революционном движении? - подумал я, почувствовав в словах девушки какое-то ревнивое отношение к сестре. - Подобает ли это чувство такому юному и чистому созданию, как Нина, к тому же революционерке? Или это в характере всякой женщины?"

У ворот я постучал висячим молоточком по металлической дощечке. Дверь открыла старая служанка Ираиды, немка Матильда, и, увидев нас, побежала докладывать. Навстречу нам тотчас же вышли Ираида и Сардар-Рашид.

Когда мы вошли во двор, мясники, повалив на землю двух баранов, хотели заколоть их у наших ног.

- Дайте мы пройдем, тогда и режьте, - попросила Нина и прошла вперед.

Сардар-Рашид взял меня под руку и провел по аллее к террасе.

- Добро пожаловать! Ваше посещение осчастливило нас. Этот день я буду считать самым счастливым днем в моей жизни, - любезно говорил Сардар-Рашид по дороге.

Ираида что-то рассказывала Нине, но та, казалось, ничего не слышала и мысленно сравнивала себя с сестрой, желая взять над ней верх своей внешностью. Мы обошли комнаты, балкон и сад. Нина не могла не почувствовать преимущества своей квартиры перед квартирой Сардар-Рашида.

В доме Ираиды нельзя было найти ни одной вещички, которая привлекла бы внимание посетителя. В столовой висел на стене портрет Николая второго в окружении маленьких русских флажков. Я сел с Сардар-Рашидом за столик.

- Сардар, взгляните, это преподнес мне супруг Нины, - сказала Ираида, показывая подаренную ей Ниной дорогую пудреницу.

- Я тронут вашим вниманием, - обратился ко мне Сардар-Рашид. Любезность, проявленная вами к моей семье, служит доказательством прочности нашего родства... - Он выразительно взглянул на Ираиду.

Та поднялась и вышла из комнаты. Нина подсела к нам. Немного спустя, Ираида вернулась с двумя маленькими коробками, обтянутыми зеленым бархатом. В одной из коробок была пара дорогих браслетов, в другом - изящные мужские часы.

- Сардар приготовил это для вас, - сказала Ираида, передавая браслеты Нине, а часы мне.

- О, мы весьма смущены вниманием сардара... Эти подарки господина сардара останутся для нас драгоценной памятью.

Зажгли лампы. Несмотря на наличие в Тавризе электрического освещения, в доме Сардар-Рашида его не было; электричество заменяли керосиновые лампы французских и английских фабрик. Кроме этих ламп, десятки свечей, горевших в огромных канделябрах, ярко освещали комнату, и в ней было светло, как днем.

Махру-ханум не было, она должна была прийти со своим женихом Смирновым.

- Сударь, мы оба сыны Востока, - начал Сардар-Рашид, - мы скорей других наций умеем ориентироваться и понять, где и как следует начинать и где остановиться. Я говорил об этом и Ираиде-ханум. Наша жизнь связана с русскими. Лишь русская культура и русское воспитание смогут обеспечить наше счастье. Наша национальная независимость находится в прямой зависимости от величия и славы российской державы. Под ее сенью мы скорее сумеем пойти по пути прогресса. Этого многие не понимают. Я считаю, что надо слиться с русскими, брать в жены их девушек, выдавать своих дочерей за них, слить жизнь воедино. С этой целью я и сестру мою Махру выдаю за Смирнова и сам женюсь на Ираиде-ханум. Я вижу прекрасные результаты своих идей. Господь бог дал мне счастье встретиться с прекрасной девушкой. Вы сами - человек, получивший русское воспитание. Ираида-ханум, по меньшей мере, сотню раз твердила мне о вашей воспитанности и культурности. Она с радостью рассказывала о счастье своей сестры. Прошу прощения, что я позволяю себе касаться этой темы. Не упускайте случая, исполните предписание нашей религии; она разрешает женитьбу на иноверках, и вы не должны обходить этот вопрос. Поступите согласно предписанию священного шариата. Разве трудно заключить брак сийга? Быть может, в будущем девушка примет магометанство, и заслуга этого богоугодного деяния зачтется вам и вашему потомству до семьдесят второго колена.