Темпус - Дмитрий Шмелев

Внутри защитного купола архимаг злобно сощурился и взмахом руки взорвал землю. Затем, не дав ей упасть, в полете поджег, потушил, заморозил и…раскрошил в пыль. Джек, неблагодарный крысеныш, предал его! Ярость клокотала, требуя выхода. С улицы мерзавца подобрал, вырастил, выхолил, поделился могуществом… С-скотина!

В воздух ударил град каменной крошки, заколотив по барьеру. Мало того, что сам сдох — не жалко, туда и дорога, так перед смертью настройки проклятия сбил! И теперь "Фатализм Абусса" не фонит — по нему нельзя отыскать дроу. Клятые боги! Слишком поздно обо всем этом узнал — не хотели тревожить. Идиоты!!! Долбанный начальник стражи, отложивший вести о найденном трупе на утро! Долбанный вестовой, оставивший письмо караульному у ворот!! Долбанный караульный, побоявшийся передать новость лично и передавший ее через магистров!!!

Архимаг скрипнул зубами и выпустил наружу огненный шторм. Земля вокруг затрещала, спекаясь оплавленной коркой. Слишком поздно он прибыл в тюрьму — остроухого и след простыл. Теперь остается лишь ждать следующей встречи… А она будет — непременно будет!

Глаз за ночь магическим образом вылечился, вернув мне бинокулярное зрение. Ожог еще оставался, но зрение вернулось — огромный плюс. Во всем остальном день начался довольно буднично: с вкусного завтрака и… рассказе о моих злоключениях.

Чтение мыслей с Мари работать отказывалось — словно она была…тролль. Или же нечто иное, но уж никак не простой человек. Девушка охала, ахала и взволнованно прижимала руки к груди. В некоторых моментах я сознательно умалчивал данные и наблюдал за реакцией. С виду — практически ничего, но вот внутри… В груди моментально растекалась сопливая радость, всеми силами заставляя меня сказать правду.

Она — друг! Доверять — можно! Надо делиться! Расскажи, расскажи, расскажи…

Если бы не слияние — в жизни бы не заметил! У дроу поразительный самоконтроль — мигом фальшь обнаружил. Слишком тонкое, на границе возможного, воздействие. Куда тоньше простой невербалики или банального НЛП[16].

Однако, бороться с этим возможно. Врать не обязательно — достаточно лишь недоговаривать. Вроде бы и честно рассказываю, что случилось, а вроде и не совсем.

Может она — наполовину суккуб? Слишком уж странное поведение. Этакий природный магнетизм, помноженный на харизму — сразу располагает к себе, моментально и до беспамятства. Для магии — слишком ажурно.

В ходе беседы, прерываясь на еду, я с помощью дроу умудрился сокрыть самое главное — желание бросить ее, убежав к дварфам. Всей остальной информацией, увы, пришлось пожертвовать — чертова бесовка выпытала даже про "Фатализм", всего лишь удивленно похлопав глазками.

К концу разговора, несмотря на обильный (и вкусный) завтрак я почувствовал себя выжатым, словно лимон. Вроде и не сопротивлялся особо — а на тебе! Держаться! Быть невозмутимым! Скрываться до конца!

— Есть один человек… — нарочито нерешительно склонила голову набор Мари. — Возможно он сможет помочь.

— Человек? — уставился я на нее.

— Маг! — махнула ресницами девушка, "смущенно" потупив взор.

Врешь, сволочь! Ты хочешь мою душу!!! Хотя сволочь симпатичная — этого не отнять. И тянет-то к ней как, ух!

Я закрыл глаза и устало помассировал виски. Меньше, чем страсть. Больше, чем тяга. Даже не желание — нет, вовсе нет. Хотя овладеть ей, прямо здесь, на столе, я пожалуй не против. Но нет. Это лишь стремление, к тому же чужое. Навязанное. Не мое.

— Тебе плохо? — Мари, усевшись рядом на корточки, сочувственно посмотрела на меня снизу вверх.

Ой. Ой-ой-йой. Это даже больше, чем собачья преданность — это как стая щенят! И глядит-то как: дружелюбно, радостно-жалобно и с надеждой. Так и хочется приголубить, по головке погладив.

Не сдержавшись, я притянул к себе девушку. Мягкие, шелковистые волосы, ммм. Ее голова, уткнувшись носом мне в ногу, двусмысленно оказалась на уровне… гм. С животом! Только чуть ниже.

Спокойствие? Самоконтроль? Абсолютная воля? Чепуха и вздор! Стремление начало неспешно превращаться в желание, в открытую наплевав на все доводы разума.

Обхватив руками мою ногу и прижавшись к ней грудью, Мари подняла на меня взгляд и с уверенностью сказала:

— Он…поможет. Правда! — а затем, помедлив немного, добавила. — Он всем помогает. Он — хороший.

Конечно-конечно! И я уже тоже…хороший. От твоих трений. Грудью. Ух.

Раньше хоть как-то спасало, что тело — чужое. Не все рефлексы, да реакции были доступны. А вот теперь… Сросся я с дроу, слился. Он — это я. И его…гкхм. Это мой. Сначала за бандитами бегал в своем мире, ночами не спал — некогда было. Потом здесь, по лесам да весям скитаясь. Более месяца воздержания, знамо ли дело! А сейчас отдохнул тем более, сил набрался…

Либидо начало медленно подниматься, радостно отзываясь на каждое ерзанье девушки. Крепость стола, помнится, мы не проверили… У остроухого, конечно, к человеческим самкам отношение слегка пренебрежное, но…

— То, что еда не самая вкусная — это еще не значит, что ее нельзя съесть. — пришло окончание фразы от носителя. Я едва не поперхнулся — ничего себе замашечки! А кто же тогда самая вкусная? Кто у нас в деликатесах числится?

— Самки одной породы. Дроу.

Пф! Расист! Как от Кейт, Лисс, да Берты слюни пускать — это ты первый, а как Мари — так сразу морду кривить?

От носителя пришла волна недовольства — кажется он имел в виду немного не это. Мыслеобразы посыпались с такой частотой, что я едва успевал их интерпретировать.

— Чувства. Сила, глубина, давление (накал? страсть?). Беспамятство. Высота, предел, край (высший? вершина?). Радость, наслаждение (вожделение?).

Уф-ф. Очумело мотнув головой, я отогнал от себя эманации дроу. Учитывая то, что большая часть чувства теряется при передаче и то, что носитель до конца не окреп… Даже этих слабых отголосков хватило с лихвой — на мою физиономию невольно наползла улыбка дебила. Кажется остроухий деликатес — это и вправду что-то с чем-то. Какая гамма эмоций! А с виду — ледышки-ледыжкой, невозмутимые и недоступные.

Прекращая цепочку развратных мыслей, пришлось потрясти головой поусерднее.

Мари, слегка отодвинувшись, уставилась на меня с беспокойством.

— Все в порядке. — я провел рукой по голове девушки и улыбнулся. — Мы обязательно отыщем твоего…мага (Уф, пронесло. Чуть было не ляпнул — Хозяина). А сейчас мне надо немного подумать. Приберись пока, хорошо?