Темпус - Дмитрий Шмелев

Хорошо хоть, что на бочку наткнулся. Глядишь — так бы и заявился к Машке, черным демоном. Узнала бы или нет? Впрочем, что там Мари — привратник у входа, или портье, или любой другой встречный прохожий. Тревогу подняли бы, моментально.

Предоставив телу двигаться на автопилоте, я принялся размышлять на тему магии и колдовства. Иными словами — какого черта и каким образом мое тело умудрилось создать… молнию. Без усилий. Без напряжения. Просто взмахнув пальцем. По щучьему велению, по моему хотению — неужели это возможно? Для меня, дитяти технологической цивилизации? Этак получается отныне любые жесты опасны — а вдруг колдану? Даже не знаю, на что тут грешить — то ли способности носителя, пробудившиеся после слияния, то ли на Керро'тарн, обильно насытивший меня бесплатной энергией. И при чем здесь рунический алфавит? В детстве, помнится, баловался — книжку одну интересную прочел, про скандинавские верования. В ней, ежели память не изменяет, с помощью рун колдовать можно было — главное правильно выбрать последовательность. Sieg, в виде косой черточки с переломом, до ужаса похожа на молнию — может потому и сработало? Мозг выбирает наиболее знакомые, да понятные образы, а манна уже вкладывает в них силу. Хм…

А что — звучит довольно логично. Выходит, дело вовсе не в рунах — скорее, в "памяти тела": знаниях и умениям на клеточном уровне, заложенных почти что с рождения. Надо определенно попробовать! Жаль, только, на ум ничего не приходит — слишком банальный вопрос. Критериев отбора всего три: быстрота создания, простота и понятность.

Например, сложить ладонь "пистолетом" — чем не атакующий жест? Или "камень-ножницы-бумага" — смесь атакующих, да защитных заклятий. Подрезать невидимым лезвием, покрыться каменной кожей да выставить щит от атак. Эх…

Я уныло вздохнул. Если бы все было так просто! Тоже мне, волшебник изумрудного города! А с зигой — надо тренироваться, увеличивая силу разряда. В бою всяко полезнее будет, чем "из пальца стрелять". Так, в рассуждениях с самим собой, я добрел до ресторации. Игра в прятки со стражей, кажется, начинает входить в привычку…

Привратника у входа не оказалось, а двери, к счастью, оказались открыты. Портье, клевавший носом за стойкой, вскинулся было с радушным приветствием, но тут же осекся, освидетельствовав мою бомжевато-изгвазданную физиономию. Хорошо хоть уши торчат остроухие — не перепутать.

— Даже не спрашивай. — мрачно пресек я любые вопросы. — Ты никого не видел и ничего не слышал. За молчание — золотой.

Можно, конечно, поугрожать, но… Так надежнее. И так аки тать ночной шастаю — что когда жил, да в разведку ходил, что сейчас.

Целая гамма чувств сменилась на лице паренька: испуг, недоверие, удивление, осознание и радость. Страх ушел, сменившись довольной улыбкой.

— Будет сделано, сир. — поклонился он. — Ой, а с кем это я говорю? Тут же никого нет!

Быстро соображает, однако. Далеко пойдет!

Мыло было хорошее — пенное и душистое. Млея от теплой воды, я расслабленно растекся по краю купальни, пока Мари терла мне спинку. Безусловно, она шпионка и все такое, но… После вонючих подземелий отказаться от ванны было выше моих сил.

Хрупкие женские пальчики с силой втирали мочалку, разминая уставшие мышцы. М-м-м, как хорошо… Девушка открыла краник и по мне потекли струи воды, смывая пену и грязь. И никакой деревянной бадьи с ковшиком! Номер определенно стоит своих денег.

К слову сказать, долго стучать в дверь не пришлось: Мари еще не спала — лишь приготовилась отойти ко сну. Увидев мое состояние и взволнованно ахнув, она моментально преобразилась, из заспанного хомяка превратившись в маму-наседку. Меня тут же насильно раздели и отправили в ванную, засунув в рот пирожок. Видимо, чтобы не умер с голоду до окончания омовения… А там, глядишь, и поужинать можно. Ощущения были необычными и интригующими: когда тебя насильно раздевает девушка, а потом, не слушая возражений (еще один пирожок в рот — хоп), лезет потереть спинку… Очень и очень неплохо, доложу вам.

Вынырнув из недр неги, я задумчиво приоткрыл один глаз. Мари, возмущенно поджав губки, смывала с рук мыльную пену. Ночнушка на груди девушки местами промокла и липла к телу, открывая простор для фантазии. Интересно, врала что девственница, или нет?

Вымывшись, вытеревшись и одевшись в чистое исподнее я почувствовал себя королем. Ух, хорошо. Мари, собрав на стол легонький ужин, уперлась подбородком в ладошки и, оперевшись локтями на стол, принялась сверлить меня заботливым взглядом. Деревенская матрона, ей богу! Пока насмерть не закормит — не успокоится. Или даже хуже — как собака, неделю скучавшая по хозяину.

Наскоро перекусив под бдительным взором (ну еще кусочек!), я, осоловело хлопая глазками, поплелся к кровати. Чувство тепла, чистоты и сытости накрыло меня с головой, склоняя ко сну. Мари, заботливо подхватившая меня на середине пути, была тут же обтискана, словно мягкая игрушка и мгновенно замлела. Кла-асно.

Едва я коснулся подушки, как практически сразу уснул. Оказывается, дроу тоже могут устать! Впрочем, ничего удивительного, учитывая все произошедшее: полное истощение с Джеком, фаербол в морду, пинки стражи… Слияния с дроу, пробуждение памяти, Абсолютный Анализ… Тролль этот, опять же…

Я улыбнулся сквозь дрему, проваливаясь все глубже в объятья Морфея.

Очень надеюсь, что Мари — не мужик. Если она и шпион, то…чертовски симпатичный!

Глава 4. Мой личный кинжал

Семеро магистров, стиснув зубы, изо всех сил держали защитный барьер. За ним, на учебной арене, бушевал архимаг. Старик рвал и метал, круша все вокруг и отводя душу. Вот взрывается от попадания молнии неведомый огненный зверь о трех головах, но лишь для того, чтобы тут же превратиться в ядовитое облако и осесть на землю… Вот небольшой смерч сносит облако, однако тут же натыкается на черную сеть, рассекающую его на куски… Вот из-под земли вырывается ледяной шип, насаживая на себя смерч, и тут же оказывается сломан прилетевшим куском камня… Буйство красок, море заклятий.

Все стандартные щиты давно пали, и барьер был единственным, что спасало Башню от разрушения — слишком много силы вкладывалось в заклятия. В таком гневе архимага не видели уже давно. Максимум, чем кончались периоды его негативного настроения — это разгромленный кабинет, да прочие мелочи. Тут же… Даже несмотря на то, что это арена была одним из самых защищенных от магии мест, она едва сдерживала ярость древнего мага. Обычное стихийное колдовство — и ничего более (иначе бы барьер точно не выдержал) — но все же какая мощь… Огнешар пяти метров в диаметре — это не шутки.