Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

Бравые солдаты так и прыснули: принцессе удавалось великолепно имитировать сладкоречиво-повелительные интонации знаменитого колдуна, всегда бывшего для жителей Севера только лишь страшной легендой. А оказалось, живой человек, глупый и ограниченный к тому же!…

Смеясь вместе со всеми, Конан размышлял, стоило ли, по большому счету, так уж негодовать по поводу присутствия Тхутмертари в его войске. Ведь ему и раньше приходилось путешествовать с волшебниками – взять хотя бы Витариуса или колдунью Илльяну. Тот же Пелиас, бывший чернокнижник, сумел-таки оказаться полезным во время их недавнего путешествия к руинам Птейона Проклятого. Кто знает, вдруг и Тхутмертари, эта окутанная незримой аурой Зла красавица, сподобится пособить ему в борьбе против гнусного карлика?

А тот уже который день ничем не заявлял о себе. Поход продолжался без приключений. Еще на аквилонской границе Конан расстался с Паллантидом; генерал отправился в Тарантию, чтобы объявить народу о новом походе короля. Были у Паллантида и секретные поручения, о них Конан не поставил в известность ни Тараска, ни Тхутмертари.

Тем временем немногочисленное, но надежное войско Конана быстрым маршем прошло через Немедию. Узнав о цели похода, к нему добровольно присоединялись разрозненные отряды баронов, бесстрашные, готовые на все ради денег и приключений наемники, даже простые крестьяне, чуть заслышав о благородной миссии войска, не раздумывая, становились в строй. Немедийский король Тараск оказался, между прочим, превосходным оратором. На несчетных сходках он, обнажив седую голову, рассказывал слушателям о тяжких днях былого владычества Великой Души. «Мы идем, чтобы раз и навсегда разделаться с гнусным карликом, чтобы никто более не осмеливался посягать на ваши тела и души, единственно принадлежащие высокому пресветлому Митре!» – неизменно заканчивал он свои героические речи под одобрительные крики собравшихся. Конан, не умевший говорить красиво, взял на себя функцию организатора добровольческой армии. И вот, когда войско подходило уже к границам Коринфии, в его рядах скакали на конях и шагали более сорока тысяч человек…

Приближался вечер – вечер следующего после Черной Грозы дня. Стремительный марш через всю Немедию утомил войско. Конан скомандовал остановку, и армия принялась готовиться к ночлегу. Но солнце еще не успело скрыться за горизонтом, когда Тхутмертари тронула киммерийца за руку.

– Конан, – озабоченно молвила красавица. – Чувства, доступные волшебникам, говорят мне об опасности. Нечто приближается с востока, и оно не имеет названия!

Всевозможные загадки уже порядком надоели варвару. Он тихо выругался.

– Ну и что ты предлагаешь? Зарыться в землю?

– Нет, у меня есть идея получше. Надень-ка вот

это!

И она дала Конану прозрачную девичью накидку. Тот сурово воззрился на прекрасную волшебницу.

– Ради Крома, какой мне прок от этого платка? Или девичье обличье спасет меня от козней карлика?

– Это волшебная накидка. Она сделает тебя незримым. Я надену такую же.

– Незримым – это как? Невидимкой, что ли?

– Ты будешь не только невидим, но и неосязаем. Мы, чародеи, часто используем такую накидку, чтобы защитить себя от взоров более могущественных магов и даже самих богов. Ну же, надевай скорее – я чувствую, они приближаются!

Только Конан и Тхутмертари облачились в чудесные костюмы, над лагерем послышалось хлопанье крыльев. Одного взгляда на горизонт было достаточно, чтобы заметить трех огромных синих птиц, – или летучих мышей? – ожесточенно машущих гигантскими перепончатыми крыльями. Птицы приближались, и первые крики ужаса уже сотрясали успокоившийся было лагерь.

– Демоны! В небе демоны! – завопил кто-то, и его

вопль подхватили многие.

– Стреляйте в этих тварей! – скомандовал Конан лучникам, но те не видели и не слышали короля, скрытого волшебной накидкой.

– Что стоите, стреляйте же в них! – мгновенно оценив ситуацию, воскликнул Просперо.

Десятки стрел и копий полетели в вечернее небо. В ответ раздался короткий издевательский смешок, еще более смутивший рассудок отважных стрелков. А птицы уже парили над самым лагерем, спускаясь все ниже и ниже. Стрелы и копья, точно заговоренные, пролетали мимо, не причиняя тварям ни малейшего вреда.

– Да у этих птиц человеческие лица! – вскричала Тхутмертари.

Конан невольно поежился, вспомнив, как такая же тварь, вперив в тело варвара ястребиные когти, вытаскивала его из кипящего океана Преисподних Миров…

– Мне знакомы эти бестии, – пробормотал киммериец. – Это люди Тезиаса.

– Что-то не больно похожи они на людей, – заметила волшебница. – Так или иначе, они кого-то высматривают!

Это было верно: люди-птицы не проявляли каких-либо признаков агрессивности. Они кружили над лагерем, их пронизывающие взгляды ощупывали каждую палатку. Но для суеверных хайборийцев и этого было достаточно. Наблюдая, как ловко увертываются твари от ударов земного оружия, многие бросились врассыпную.

– Проклятие! – проревел Конан. – Еще немного, и эти твари распугают всю мою армию! А я сижу тут под периной, точно застуканный любовник!

– Сиди и не смей даже думать открыться! Ведь они тебя разыскивают! – сурово объявила Тхутмертари.

Похоже, и здесь волшебница была права. Неуязвимые люди-птицы не стали нападать на лагерь. Покружив над ним не более трех минут, они резко взмыли в небо и, вращая огромными крыльями, унеслись обратно на восток.

– Пресветлый Митра, сегодня я не надеялся дожить до наступления ночи, – заявил Тараск, придя в себя. – Что это было?

Конан сбросил чудесную накидку. Перепуганный король Немедии в ужасе отшатнулся, узрев вдруг рядом с собой внезапно возникшего киммерийского великана.

– Держись, Тараск, это только цветочки, – волосатая лапа Конана опустилась на плечо немедийца. – Что-то еще ждет нас во владениях карлика!…

«Ободренный» таким заявлением, Тараск принялся возносить молитвы Митре, Богу Света и Солнечной Справедливости…

…А далеко-далеко на западе, презирая сгущающуюся мглу, мчал вздыбленного жеребца богато одетый всадник с безумными, запавшими глазами; вряд ли кто-либо из аквилонцев, встретив его на пути, узнал бы в этом человеке знаменитого купца, а затем барона Фланского Эритея…

Глава XIII

Тезиас не собирался отдыхать этой ночью. Точно так же, как и накануне, был жарко натоплен огромный зал-амфитеатр, и точно так же толпились вокруг своего властелина бесстрастные Синие Монахи. Привели и Джейка Митчелла: он, как Первый Гость, призван был встречать Гостя Второго – профессора Луиджи Фонтанелли. И вот Тезиас начал читать свое заклинание.