Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

– Человек, сделавший себя сам! Это мне знакомо, – заметил Митчелл.

– Да! Конан – великий и непобедимый герой! Он – самый грозный мой противник,

– Вот бы не подумал! А мне казалось, все подобные человечишки давно уже лижут пыль у твоих ног!

– Увы, мой друг, я напрасно пытался присмирить Конана! Он варваром родился, варваром и умрет. А пыль за него лизать будешь ты, – холодно отрезал карлик. – Да, Джейк, ты не ослышался: я намерен подменить Конана тобою. Ты станешь владыкой Аквилонии – державы, до которой далеко твоей Америке.

– А Конан? Что будет с ним?

– Судьбой Конана я сумею распорядиться. Как видно, мне не суждено погубить или сломить его, но уж вытрясти душу из великого героя я постараюсь!

– А я, значит, буду твоим сатрапом?

– Среди многих других. Заметь: я предлагаю тебе лучшую долю! А если вдруг тебе наскучит бремя власти, ты получишь богатство – столько золота, сколько можешь себе представить!

– Я могу много себе представить. Вряд ли в твоих закромах найдется столько звонких монет.

– Не скажи, – загадочно засмеялся Тезиас. – Вот, видишь этот столик? Как, по-твоему, он из какого материала?

– Дерево, что же еще!

– Верно. А теперь?

На глазах изумленного Джейка огромный письменный стол, за которым восседал карлик, заблестел, словно золотой слиток в сокровищнице Нью-Йоркского банка. Джейк сорвался с дивана, подскочил к столу, щупал его, стучал костяшками пальцев, жадным взором вглядывался в желтизну благородного металла…

– Господи, золото!… Невероятно, мать твою! Как ты сделал это?

– Сядь, – властно приказал Тезиас, и в ту же секунду золото вновь обратилось обычным деревом.

– Ты загипнотизировал меня, – садясь, неуверенно молвил Джейк. – Никакого золота не было.

– Думай что хочешь. Но если мне под силу ТАК загипнотизировать волевого и неустрашимого Джейка Митчелла, неужели, по-твоему, я не могу соорудить золото из куска древесины?!

– Такое я видал только в сказках про средневековых алхимиков…

– В мире Великой Души сказка оживает… Так что, согласен на мое предложение?

– А если я захочу вернуться со своим золотом домой, в мое время? Ты будешь удерживать меня? На лице карлика появилась грустная улыбка.

– Увы, мой Друг! Боюсь, тебя удержат иные, более могущественные, чем я, силы.

– Что ты хочешь этим сказать, говно собачье?! – в гневе воскликнул Джейк. – Неужто я больше никогда не увижу дома? Черт возьми, мне не улыбается умереть на золотом троне в каком-то сраном прошлом! Сумел втащить меня сюда, сумей и вернуть обратно! Слышишь, ты, коротышка?!

– Не кипятись, – невозмутимо молвил Тезиас. – Я и сам зажегся желанием простереть свою длань над твоим миром. Но пока мне это не под силу.

– Да какой же из тебя волшебник, если даже в будущее ты не можешь заглянуть? – издевательски-пренебрежительно прогнусавил Джейк. – Нострадамус был простым монахом, а на три тысячи лет вперед напророчил! А этот – этот коротышка вздумал править миром, а машиной времени не обзавелся! Срамота, одно слово!

– Не заводи меня, – негромко, но отчетливо проговорил карлик. – А то познаешь гнев Бога. Я хоть и временно отошел от дел, а все ж таки в жалкого клопа кого угодно превратить сумею.

Словно не слыша этого предостережения, американец продолжал;

– Да кто ты такой?! Дай мне сюда хороший револьвер, и я пришью тебя за одну секунду, Бог ты там или не Бог! Шел бы ты к черту со всеми этими путешествиями во времени! Бред какой-то! Я, помню, так и говорил этому чудаку Фонтанелли, а он знай себе твердит про разные временные кольца!

– Что? Что ты сказал? – вскочил со своего кресла Тезиас.

– Сказал что слышал. Брехня все это про путешествия во времени!

– Нет, не то! Кто твердил о них тебе?

– Да это док, мой напарник… Знаменитый ученый, между прочим! Физик. Изобретатель. Тоже что-то там с машиной времени возился…

– Это Перст Судьбы! – в волнении вскричал карлик. – Ты слышал, Брахо? Невозможно поверить, чтобы Судьба так улыбнулась мне! Вот оно, недостающее звено! Я и ученый, исследующий время тысячелетия спустя: вместе мы покорим его! Ты все понял, Джейк? Твой док поможет нам! Я призову его в мой мир, как призвал тебя!

– Не уверен, что это будет возможно, хозяин, – сказал хранивший до сих пор молчание Брахо. – Вспомни: Джейк попал к нам чисто случайно.

– Да, пожалуй… И все же неплохо было бы заполучить этого самого дока со всеми его исследованиями. А пока что, друг Джейк, придется тебе пожить у нас!

– Ладно, – пробурчал Митчелл. – Считай, что ты нанял меня.

– Вот и славно. Брахо введет тебя в курс дела; тебе еще многому предстоит научиться. А специальным призом для тебя станет путевка домой. Будешь паинькой -^ получишь конфетку! Не злись, не злись, я что-нибудь придумаю! Брахо, проводи нашего гостя в его новые апартаменты.

Оставшись один, Тезиас мечтательно потянулся. Огромные агатовые глаза светились, точно волшебные фонари в ночном блеске луны.

– Итак, игра продолжается и становится все более интересной. В нее вступило само Время. И мне придется снова двигать пешки… Как знать, что это – мой новый шанс или очередная ловушка коварной Судьбы?!

Путешествие с Тхутмертари оказалось вовсе не таким ужасным, как представлял себе сперва Конан. Золотоволосая стигийка как будто делала все, чтобы заслужить доверие своих нечаянных попутчиков. Она болтала без умолку, напрочь подрывая привычные представления о мрачных, замкнутых в себе волшебниках, беседовала с воинами, стараясь укрепить их дух. Она заразительно смеялась, рассказывала занятные истории из жизни знатных стигийцев, и никто не мог сдержать улыбку, слушая колкие анекдоты о трусливых, боящихся собственной тени аристократах и тупых, начисто лишенных чувства юмора жрецах.

– …И вот вхожу я как-то в храм Сета, что в Луксуре, а навстречу мне – верховный жрец Тот-Амон собственной персоной спешит. Сгорбленный такой, бледный, голову куском шелка прикрывает. Я ему: «Благородный Тот-Амон, как осмелился ты ходить в святом храме с покрытой головой?? А Величайший боязливо оглядывается по сторонам и шепотом отвечает: «Сет простит мне этот ничтожный грех, прекрасная Тхутмертари. Над моим троном повесили новую лампу, и у меня есть подозрение, что рабочие ее плохо прикрепили». – «А что, лампа уже падала тебе на голову?» – спрашиваю я. «Нет, но звезды говорят: в ночь полнолуния это непременно случится».

Бравые солдаты так и прыснули: принцессе удавалось великолепно имитировать сладкоречиво-повелительные интонации знаменитого колдуна, всегда бывшего для жителей Севера только лишь страшной легендой. А оказалось, живой человек, глупый и ограниченный к тому же!…