Последний рассвет - Виктор Власов

— Какие они тебе теперь «друзья»! Не горячись, братец, — устроив лежанку из охапки папоротника, Эги примирительно поднял руки. — Мы — не предатели, мы — другие.

— Шини-сан не прост, верно?! — коротышка устало покосился на Хаору, тот пожал плечами и отвернулся. — Я бы глядел в оба и не рассматривал листочки, или скоро захрипишь в предсмертной муке!..

— Так гляди, коль вызвался, — огрызнулся тот.

— Мы печёмся о своей шкуре и думаем, как прожить хотя бы до завтра, — грустно сказал Эги. — Надоело…

— Не хнычь, здоровяк, — обронил Шиничиро, вглядываясь в темноту леса. — И так тошно. Спите, мы с приятелем покараулим.

Храпел Эги, коротышка Кин спал, как мёртвый, не издавая ни звука, братья кузнецы Татсуро и Чинтаро забылись тревожным сном, откинувшись на ствол большого кипариса. Яркий свет месяца освещал их отрешённые усталые лица.

Спящий ночной лес поражал беззвучием. Ни скрипа, ни стука, ни шуршания, только тихий трепет листвы на слабом тёплом ветру. Усевшись под навес, сооружённый наскоро из перистых листьев огромного папоротника, Хаору пообещал, даже поклялся, смотреть в оба, не смыкать глаз, но Шиничиро, по шуршанию накидки друга, понял, что надеяться можно лишь на себя. Слыша громкое сопение утомлённого приятеля, различил шорох осторожных шагов среди шелеста листвы и травы. Невысокий человек, облачённый в тёмный костюм синоби, двигался со стороны оврага, заполненного водой до краёв. В его поднятой левой руке что-то блестело серебром. Шиничиро, оживившись, узнал дружественный жест, которому учили в додзё. Тоже вытащил медальон, подставил лунному свету. Приблизившись почти вплотную, гость немедленно представился:

— Я — Хигэми, Лао велел отыскать тебя. Ты меня помнишь, Шиничи?

— Долго выслеживал? — Шиничиро питал отвращение к гостям, крадущимся в ночи, но услышав, что старший Зотайдо приказал найти его, попридержал карающую руку.

— Предостережение от Лао-сана: возвращайся на север, в Итикава, в дом тётушки Фукуё. Твоя мать ждёт тебя там.

— В безопасности, — облегчённо вздохнул Шиничиро. — Где мой отец?

— Не следуй намеченного.

— Где мой отец? — парень поглядел на ночного гостя, как безумный, и, схватив за плечи, тряхнул.

— Если тебе станет легче, знай: миссия Зотайдо сорвалась, сёгун приказал…

— Что приказал? — сердито оборвал юноша.

— Найти живым или… мёртвым.

— Живым или мёртвым… — машинально повторил Шиничиро. Отойдя от Хигэми, помолчал. — Не-ет, за что? Мой отец верен господину Ёсисаде, он никак не мог нарушить обязательства, а если и нарушил, значит, следовало…

Мысли в голове Шиничиро громоздились одна на другую, словно камни при обвале.

— Куда сейчас направляется отец, отвечай?

— Если верить шаманке, — в Авадзи, в Каменную Старину.

— Большего бабка не сказала, а звездочёт?..

После предсказанных землетрясения и наводнения доверие к ним увеличилось. Но Хигэми, пряча глаза, продолжал лгать.

— Звездочёт, старуха Казуми-ёси, и другие, кто посмел не понравиться Ёсисаде, были расстреляны из луков. Вас ищут, чтобы убить именно тебя, иначе отряд Лао не задержался бы на враждебной территории. Мы заметили несколько горящих сигнальных стрел, пущенных с холма на север поочерёдно. Одну группу мастер Лао-сан отправил на холм, других повёл в обход озера.

— Дядя Лао ищет меня, чтобы убить? И присылает тебя ночью, чтобы… чтобы я в одиночку отправился куда-то на север? Мне же сам Лао велел идти искать отца… Ты подлый лгун, Хигэми!

Шиничиро пребывал в сильном возбуждении и сомнении. Этот человек, возможно, не осмелился напасть только потому, что был обнаружен. Но не нападает и теперь! Убить его — не узнаешь, откуда грозит неведомая опасность.

Шпион понял, что просчитался, но скрываться не стал.

— Да, Хадзиме послал твоего дядю, чтобы схватил тебя! — вскричал он. — Кендзо злодейски убит, и теперь Лао в ответе за тайные акции. Он вынужден тебя ловить, иначе умрут и твоя мать, и семья тётки. Их прикончит Ёсисада!.. Шини, тебе нельзя встречаться с отцом. Случится непоправимое! Так сказал звездочёт…

— Плевать я хотел и на твои предупреждения, и на твоего звездуна! Иди к свиньям, и не рыщи вокруг, иначе увижу — убью! Если Лао меня не поймал — и не поймает. Потому, что не намерен этого делать. И ты сгинь, доброхот.

Отпустив «почти покойника», Шиничиро обернулся на пост, увидел Эги. Здоровяк стоял около храпящего Хаору и недоверчиво глядел, готовясь выхватить катану и ринуться — то ли карать изменника, то ли на подмогу.

— Если дорога жизнь, не следует идти дальше вместе, — строго предупредил Шиничиро. — Дядя Лао вас не станет преследовать, если уйду. Прошу об одном: позаботьтесь о моём друге.

Он подхватил бронзовый меч и двинулся в ночь один.

— Стой, — поднял руку Эги, улыбнувшись. — В Осаке живёт мой брат Зиро, у него есть корабль. Небольшой и старый, но до Иё дойдёт. Спросишь там, подскажут. Покажешь медальон и передашь наилучшие пожелания от меня. Торопись!

До Осаки — не близко. Рванув со всех ног, Шиничиро ни разу не остановился, даже нужду справлял, как учил отец — на бегу. К утру, сильно измождённый, юноша, сопровождающий МЕЧ, приплёлся на пристань.

— Где… Зиро? — в горле пересохло настолько, что вместо голоса вырывался свист.

— Во-он там… скоро отойдёт, — пожал плечами моряк, пересчитывая короба с грузом. — Эй, крикните Нацумэ, чтобы задержался.

Нацумэ Зиро, суровый немногословный вако, увидев медальон, допытываться ни о чём не стал. Не сомневался, что не взять парня на борт — великий грех, а когда услышал о возвращении с добычей отряда Эги, повеселел. Расщедрился на кормёжку. Шиничиро налопался незатейливой рыбацкой снеди и свалился спать прямо на палубе, благо ночь — как молоко.

С восходом солнца поднялся ветер, барашки волн неслись по морю, как бешеные. Развеялась туманная дымка, нависшая над водой около берега, и проступили бамбуковая роща, и неровная, но чёткая линия гор. Воздух — влажный и солёный, зябкий точно около горного источника, холодил. Спрятав уши под повязку, одолженную Зиро, Шиничиро набрался терпения. Для обогрева и развлечения ради выполнял ката. На борту старого рыболовецкого судна, команда которого не брезговала пиратским промыслом, юноша исполнял танец воина, а Нацумэ Зиро и его маленькая команда с восторгом наблюдали невиданный в здешних краях стиль Зотай-до.

Глава 20

— Мерзкие животные, варвары! — процедила Суа, вытерев клинок об одежду мёртвого намбадзина. — Выкинуть!..