'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

– Бабур… Когда одну луну назад я оказался при его дворе в Роншаре, он был поглощен планами войны на море с саргосцами. Я использовал множество привычных уловок, чтобы убедить его прийти сюда с войском, но они не сдвинули его с места. Этот человек упрям как скала. Что бы ни привело его сюда, уж точно не мои уговоры. – Айкард вздохнул. – Ну, теперь твоя очередь.

Похоже на Бабура. У него были свои планы, и мне следовало остерегаться, чтобы они не шли врозь с моими.

– Ашери вернулась.

– Что?!

– Как Марот вернул Зедру, так и Сира вернула Ашери. И для этого она использовала тело Сади.

Айкард побледнел.

– Мне так жаль это слышать.

Его взгляд стал мрачным.

Я подумал о том, какое лицо у меня. Я не знал даже, что чувствую под этим опием. Разозлен я или опечален? Или в моей душе, как всегда, ядовитая смесь того и другого?

Айкард сжал рукоять своего шамшира.

– Как по-твоему, что задумала Сира?

Мне пришлось опять взвалить на себя эту тяжелую ношу. И без всякого облегчения. Без надежды, что богиня поможет, потому что богиня мертва.

– Зачинатель.

– Зачинатель?

– Ашери искала Зачинателя. Того, кто помог бы ей открыть Врата. Это может быть также и целью Сиры. Все погибнет, когда откроют Врата. Мы вольемся в море душ нового существа. Станем частью новых ангелов, рожденных из яйца, на котором мы живем.

Только Айкарду я мог открыть эту истину. Но судя по тому, как крепко он стиснул рукоять шамшира, даже его она, кажется, испугала.

– Как ты это узнал?

– От Ибласа, султана ифритов. Вы с Сади были правы во всем.

– Значит, ты завоевал преданность ифритов. Это хорошая весть. – Он пригладил желтую бороду. – Не хочу менять тему, но, чтобы должным образом обсудить все это, мы с тобой должны быть на равных. Для начала я должен рассказать о слухах, которые дошли до меня в Кашане.

– Слухи?

– Знаешь, что происходит на островах на юге?

– Мне известно, что их оспаривают Кашан и Саргоса.

Айкард кивнул.

– Некоторые острова контролирует Саргоса, которая фактически подчинялась Крестесу. Но, похоже, роли у них поменялись. Саргоса разбогатела на торговле и грабежах и теперь, после разгрома крестейцев у Сир-Дарьи, получила сильное влияние на Крестес.

– Что из этого следует?

– Флот Саргосы так многочислен, а галеоны так велики, что кашанцам трудно с ними справиться. Даже с помощью двух магов. Потому Бабур продал один из своих островов Шелковой империи и тем самым приобрел могущественного союзника в войне против Саргосы. В ответ Саргоса тоже продала один из своих островов государству под названием Талитос.

– Никогда о таком не слышал.

– Ты никогда не слышал о нем, потому что оно лежит за туманным морем.

Еще одно странное осложнение.

– Может, покурим кальян?

– Тебе не стоит смешивать опиум и гашиш.

– Почему бы и нет? Никогда не было с этим проблем.

Айкард усмехнулся и покачал головой.

– Я видел, как после этого переставали дышать и люди посильнее.

– Кто сильнее меня?

– Просто слушай. С незамутненным разумом. Я когда-то сказал тебе, что родом из-за туманного моря. На Саргосе я оказался только после того, как со мной произошло нечто странное. Я был ребенком, поэтому мало что помню об острове, где родился… Остались только мимолетные образы.

Мне хотелось перевернуться на спину. Лежать так долго на животе, вдавив лицо в подушку, было неудобно.

– Я помню, ты что-то говорил о столпах света.

– На островах нас окружали… разные создания. Одни в воде, другие на небе. А иногда они появлялись даже из-под земли.

– Что за создания?

– Не помню, чтобы я когда-нибудь видел хоть одно, но мы всегда чувствовали, что они там.

Я тоже всегда чувствовал присутствие джиннов, еще до того, как стал видеть невидимое. Возможно, Айкард описывал нечто подобное.

– Понятно. А что еще ты помнишь об этом месте?

– На острове ни у одного из нас не было матерей или отцов. Сестер и братьев. Мужей и жен.

– Тогда как вы относились друг к другу?

– Мы все были равны. И все жили в страхе. Иногда… иногда люди уходили и не возвращались. Только позже я узнал, что их… приносили в жертву.

– Приносили в жертву?

Айкард кивнул.

– Повсюду из океана поднимались столпы света. А потом с небес раздавались звуки.

Дверь опять со скрипом приотворилась. Заглянула служанка с остреньким подбородком, удивленно посмотрела на меня и поспешно ушла, вероятно, позвать целителей.

– Ты сказал, звуки?

– В тот день приходили старейшины и забирали много людей. Их вели на черные пирамиды, такие огромные, что вершины пронзали облака. И больше мы тех людей не видели.

Это напоминало одну из страшных сказок Тенгиса.

– Так вот что творится там, за туманами? А я надеялся найти там новые, невиданные вкусы кальяна.

– Возможно, они там и есть, – нервно усмехнулся Айкард. – Я говорю лишь об одном острове. Но, побывав там, я знаю, что те твари не любят нас, а только терпят по какой-то причине. Ну, я имею в виду, что город, который строили сотни лет, землетрясение может сровнять с землей за час. Здоровый человек может завтра скончаться от болезни, о которой даже не думал. Нас едва терпят. – Он вздохнул. – Но это еще не конец моей истории.

– Ты начал говорить о человеческих жертвоприношениях. И мне не терпится узнать, что же дальше.

– Однажды появились столпы света и раздались звуки. Я был среди тех, кого предназначили в жертву. Мы целый день взбирались на пирамиду, и несколько мальчиков и девочек умерли в пути. Я помню, как сделал последний шаг на плоскую поверхность вершины, лежащую над облаками.

– И что было дальше?

– А дальше я очнулся в Саргосе.

Моя скованность не позволила покачать головой.

– Какой странный финал.

Айкард подошел к стоявшему в углу столику с серебряным подносом, налил себе ледяной воды и залпом выпил.

– Еще не все, – сказал он, возвращаясь ко мне. – Я очнулся в приюте. А взглянув на свое отражение в воде, понял, что это не я. Я был не в том теле, в котором жил на острове.

Я поежился от внезапного холода.

– Тебя, наверное, заколдовали?

– Не знаю.

– Быть может, тебе все это приснилось?

– Я абсолютно уверен, что это не сон.

– Тогда, возможно, ты умер и родился заново.

Айкард смотрел на свои руки.

– Даже теперь… у меня такое чувство, что это не мои руки. Что я их у кого-то одолжил. И даже теперь я меняю разные роли, поскольку знаю, что никогда не буду собой.