Порочный треуогльник - Людмила Зенкина

— Да, народу много, — проронила Ева, подозрительно озираясь по сторонам, видимо, всё ещё ожидая неприятного сюрприза.

— А давай куда-нибудь присядем, — вдруг предложил голубоглазый. — А то здесь стоять как-то неуютно.

— Я не уверена, что хочу этого, — честно призналась девушка.

— Да брось, — он дружелюбно улыбнулся. — Мы в аэропорту, приставать я к тебе не буду. Да и когда мы ещё сможем так мирно поболтать?

— Сдаётся мне, что никогда, — серьёзно ответила она.

— Я просто хочу поговорить и всё, — тоже посерьёзнел Киран.

— У вас это семейное, — еле слышно буркнула Ева, чувствуя как настроение медленно, но уверенно катится вниз. Всё же, он хочет сказать что-то? Что ж, пусть скажет. — Ладно, пойдём. А куда? Народу тьма, сесть некуда.

— На втором этаже есть малообитаемые ресторанчики, сойдёт? — обрадовался собеседник.

— Нет. Я здесь жду одного человека и не могу далеко отходить.

— Оттуда видно это место, — он указал рукой на высокие эскалаторы, ведущие на второй этаж, вдоль оградительных перил которого горели вывески кафе и ресторанов, а под ними располагались столики с видом на кишащую толпу.

— Нет, слишком далеко.

— Ну, позвонишь ему. Где он?

— В кассе, покупает билеты.

— И давно он там?

— Не знаю, — девушка пожала плечами, — минут сорок.

Юноша наиграно рассмеялся.

— Да у тебя вечность впереди! Ты видела, какие там очереди? Сегодня по всему аэропорт проблемы с электроникой и, соответственно, с кассами. Часа три точно не жди.

Она неуверенно помялась, затем испытующе взглянула в голубые глаза.

— Хорошо, только, если что, я с твоего мобильного позвоню. Можно?

— Не вопрос, — Киран довольно усмехнулся. — Идём.

Ева выбрала столик на самом краю «смотровой площадки», откуда лучше всего было видно то место, где она должна была ждать Сашу. Оттуда также хорошо просматривались кассы, и очередь в них уходила куда-то очень далеко, поэтому поверить в минимальное трёхчасовое ожидание было не сложно.

— Давай закажем что-нибудь перекусить, — предложил юноша, усаживаясь напротив неё. — Я голодный.

— Спасибо, — она отрицательно помотала головой, не сводя взгляда с толпы, в попытке найти там знакомое лицо, — я ничего не хочу.

— Ну, хотя бы от чая ты не откажешься? — он воспользовался отрешенностью девушки, снова мотнувшей головой, сделал вид, что счёл это за положительный ответ, тихо сказал что-то подошедшему официанту.

— Так ты собираешься домой? — спросил Киран спокойно, как будто болтал с хорошей старой знакомой, когда заказ был сделан, и они остались вдвоём.

— Да, завтра улетаем, — она отвела взгляд от очередей, не найдя в них Сашу, бесстрастно посмотрела на собеседника.

— А с кем?

— С другом, — ответила Ева, чуть помедлив.

— Это с тем, что меня по голове огрел? — так же спокойно задал вопрос юноша.

Девушка гневно прищурилась, понимая, что разговор не был запланирован, как непринуждённая беседа.

— Ты позвал меня, чтобы в чём-то обвинить? — тихо произнесла она, не скрывая своего негодования.

— Нет-нет! — тут же встрепенулся голубоглазый. Лицо его, из безмятежно-наглого, снова сделалась инфантильно-участливым, каким было почти всегда. — Прости, я чуть перебрал с равнодушием. Но на самом деле, я очень волнуюсь.

Блондинка одарила его подозрительным взглядом, но перебивать не стала.

— С того дня, — Киран смущенно опустил глаза, — я много думал. И понял, что это я виноват… Я не давал тебе покоя, даже когда узнал, что ты… Ну, что вы с Троем хотите быть вместе, — он нервно перебирал пальцами край своего свитера. — Я должен был понять раньше и оставить вас вдвоём. Но ты сбежала и бросила не только меня, но и его…

Девушка чувствовала, как в груди разгорается пламя невысказанной злости, она уже хотела ответить что-то, но юноша жестом попросил её дать ему договорить.

— Когда я в тот день вернулся домой… Я никогда не видел брата таким, он как с цепи сорвался, чуть не убил меня, хотя за всю жизнь я и не вспомню, чтобы он хоть голос на кого-то повышал. Он всегда был добрым, хоть и немного замкнутым. Видимо, Трой очень страдал, от того что ты ушла. Поэтому я хотел спросить, раз уж судьбе была угодна эта наша встреча. Может у тебя получится простить меня и вернуться, если я пообещаю, что больше не буду тебя добиваться…

Он посмотрел на собеседницу и испуганно замолчал — лицо её медленно багровело от подступающего гнева, в глазах плясали яростные огоньки.

— Ты хоть понимаешь, что говоришь? — прошипела она, из последних сил держа себя в руках. — «Он всегда был добрым»?! Мы хотя бы об одном человеке ведём речь? Мы с Сашей улетаем завтра и, я надеюсь, что больше никогда не увижу ни тебя, ни твоего сумасшедшего брата!

— Что?! — настала очередь Кирана заводиться. Он вдруг осмелел, приподнялся на стуле, наклоняясь к ней, заговорил громко и с обвинением в голосе. — С кем?! С этим уродом?! Да ты в своём уме?! Ты сбежала от Троя к этому зверю?!

— Зверю?! — Ева уже почти кричала. — Да кто здесь зверь?! Если бы не Саша, я бы давно покончила с собой после того кошмара, что пережила в вашем доме!

— Ты называешь это кошмаром? То, что он тебя использовал, а мы приютили и обогрели и после этого ты убегаешь обратно к нему, это, по-твоему, не кошмар? Это нормально?! Захотелось ещё пострадать?! Пожалуйста! Только теперь Трой не сможет прийти к тебе на помощь! Потому что решил не искать тебя, чтобы ты сама выбирала свою судьбу! А ты значит вот что выбрала! Думаешь, что всё будет как в сказке, чудовище вдруг обернётся принцем?! В жизни такого не бывает!

В голове Евы отрывками метались гневные фразы возмущенного собеседника, и злая память с большим опозданием подкинула ей разговор с Троем, в тот день, когда она покинула дом и в слепом отчаянии отправилась в ад с двумя странными братьями. Конечно, наивный Киран так ничего и не знает! Накопившаяся бушующая ярость толкала высказать всё ему в лицо прямо сейчас — пусть узнает, каков на самом деле его брат! Пусть посмотрит на всё её глазами! Но вдруг в сердце вспыхнул неожиданный огонёк — огонёк невыносимого сожаления. Девушка зажмурилась, прикрыла глаза ладонью, будто этот слабый свет ослепил их, но он горел внутри, и ничто не могло защитить от блеска душевной искорки.

— Я не хочу ничего объяснять, — тихо произнесла она, открывая глаза, но не глядя на собеседника. Ради тех добрых воспоминаний о месяцах проведённых здесь, которые всё же остались у неё, Ева решила оставить разговоры о чести и доброте для своих мучителей, не раскрывая истинной причины побега. Что изменится, если она выплеснет все переживания на Кирана сейчас? Они с братом поссорятся? Только больше ненависти вызовет это между ними и по отношению к ней. А раз уж двуликий демон действительно решил не преследовать беглянку, то и не стоит провоцировать его месть. «Пусть у него всё будет хорошо» — шепнул внутренний голос, и девушка прикусила губу, стараясь не задумываться о том, какие чувства могли сохраниться у неё к этому человеку. — Просто знай, — спокойно продолжила она, — что Саша самый добрый и заботливый человек, которого я встречала в своей жизни. Трой ошибся. Он мой лучший друг и никогда не делал мне больно.