Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

но отреагировать не успел — на них налетел шквальный ветер, сметая всё на своём пути, сбивая с ног, впечатывая юношу в стену. А между чёрной тварью и его жертвой вдруг возникла едва заметная простому глазу золотистая преграда.

— Пш-ш! Кто посмел мне помешшать⁈ — мерзкий визг разлетелся по просторной пещере. Монстр завибрировал, заколыхался. Рванул вперёд, пытаясь прорваться сквозь чужеродную мембрану к вожделённой орке — да только жар опалил его тонкую кожу и, заверещав хуже свиньи, он дёрнулся назад.

— Я посмела, — раздался насмешливый голос со стороны входа.

Глава 40

Интерлюдия

Сердце разрывалось на части: Рене отчаянно пыталась прорваться через синюю полупрозрачную стену — туда, к своему сыну, изломанной куклой неподвижно застывшему на полу. Горячие слёзы текли по её щекам, руки покрылись волдырями, из ран, полученных при соприкосновении с магической пеленой, обильно сочилась кровь, падая на мерцающие на земле символы. Существо за спиной не волновало орку, всей своей душой, мыслями она была там, рядом с Лилу.

— Помоги, Великий Мейли! — кричала она, раз за разом ударяя по преграде. Наконец, обессилев, упала на колени, плечи тряслись от рыданий, в мыслях царил полный сумбур.

— Рене, — донеслось до неё, как сквозь вату. Голос знакомый, но такой далёкий, едва различимый. Орка с трудом подняла голову и тут же встретилась со взором ясных изумрудных глаз.

— Ли… Лисса? — выдохнула женщина, нутро сжалось в острой надежде.

— Погоди немного, — кивнула девушка, и, отойдя на шаг, вскинула руки. То, что последовало дальше, никак не вязалось со всем тем, что Рене знала об этой странной, порывистой дочери Хогга. Лисса всегда казалась ей чуточку сумасшедшей. И жутко везучей. Орка также полагала, что большая часть её успеха принадлежит Хоггу, благодаря ему Лисса так далеко продвинулась. Но…

С каждым мгновением глаза Рене становились всё больше, а челюсть всё ниже, боль в израненных руках отошла на задний план — всё внимание женщины было приковано к юной волшебнице.

Магия рун даётся далеко не всем, проще пересчитать тех, кто ей владеет. И вот вчерашний ребёнок — Лисса Мунк безо всяких усилий, лишь поведя руками, создала целую связку символов: первое кольцо, второе, а в центр поместила одну-единственную, и всю эту, пульсирующую в такт сердцебиению, конструкцию толкнула в сторону стены, мешающей Рене прорваться к сыну.

Мир замер, шум исчез.

Рунная двуслойная печать коснулась голубой преграды и с тихим шипением медленно начала впитывать её в себя.

Действительность сузилась до размеров игольного ушка, а потом… БАХ! И рассыпалась разноцветными искрами…

Звуки вернулись, на секунду оглушив.

— Иди к Лилу, проверь, как он там! — услышала Рене и не сразу поняла, чего от неё хотят. — Рене! — Лисса встряхнула её за плечи, приводя ошеломлённую орку в чувство.

Женщина, отрывисто кивнув, бросилась к сыну.

* * *

Хэйвард зло оттянул ошейник, натуральным образом его душивший. Эту пакость ему нацепили сегодня утром. Стоило артефакту начать работу, как капитан практически сразу ощутил колоссальную разницу между тем, когда тело кипит от переполняющей энергии, и тем, когда его резервуары с маной буквально ополовинили. Магический калека — вот кто он теперь.

В этот вечер совещание группы заговорщиков против новой власти отменили — слишком много в городе появилось людей градоправителя: они патрулировали улицы с вечера до сигнала побудки; ходили в шахты, проверяя рабочих, держа в руках металлическую палку, бившую током всех, кто, по их мнению, халтурил.

И Хоггу, и Хэйварду сегодня пару раз перепало — и ничего приятного в том не было, отныне они не воины с тремя-четырьмя звёздами, а слабосилки.

Вместо встречи с повстанцами капитан снова схоронился с Лиссой в шахтах, дабы девушка могла закончить работу над первой аркой. Пока Ньюгорд не успел переписать всё население и их отсутствие в Варге никто не заметит.

— Тебе нужна эта и следующая ночь? — уточнил он, когда они добрались до места.

— С аркой я закончу до сигнала побудки. И вот это, — тонкий палец указал на его ошейник, — сниму тоже сегодня, — огорошила его Лиса.

— Ого! — обрадовался Хэйв. — Всё, не мешаю. Работай!

— Ага, — кивнула юная магиня и хотела было устроиться на земле, но капитан успел её остановить:

— Погоди! — воскликнул мужчина и вынул из своей сумки туго свёрнутый плед, развернул и положил на землю.

Лисса удивлённо округлила глаза и ехидно спросила:

— С чего вдруг? Ты решил за мной поухаживать? — и изогнула брови, в ожидании ответа.

— А если да?

— Неожиданно, как говорится, ничего не предвещало.

— Лучше поздно, чем никогда.

— Тоже верно. Спасибо.

— Всегда пожалуйста, от чистого сердца.

— Такая забота всегда приятна. Было бы грустно, ежели бы всё это, — девушка повела рукой над пледом, — делалось в корыстных целях.

— Что с тебя взять? Разве только свободу от ошейника, — наигранно серьёзно кивнул мужчина. — А ведь у меня с собой не только покрывало, — и вынул из того же мешка свёртки. — Тут вяленое мясо, купил в лавке, продавец сильно хвалил. Здесь сыр, настолько твёрдый, что зубы сломать можно, но вкусный, насыщенный, в равной степени и пахучий. Здесь лепёшка с луком.

— Это ты круто заходишь, должна я заметить! — не выдержала Алиса и широко улыбнулась.

— И вино есть! Надеюсь, не совсем паршивое.

— Контрольный в голову? — откровенно веселясь, фыркнула девушка.

— А как же? — подмигнул Хэйв.

Их глаза встретились. Что-то общее вдруг расцвело между ними, оно и раньше ощущалось, но сейчас оно стало почти осязаемо.

— Веришь, меня всё преследует странное чувство… Будто я тебя знаю.

— Словно я тебя знаю, — почти в унисон, зачем-то перейдя на полушёпот, они высказали вслух те мысли, которые долгое время бередили их души.

Хэйвард протянул руку и осторожно убрал упавшую на лицо Лиссы прядь волос.

— И тогда твои глаза были светло-карего цвета, янтарные. Но такие же решительные и бездонные. Сияющие, будто звёзды.

— А ты… Мне кажется, ты был выше и куда опаснее, — выдохнула Алиса, заворожённо всматриваясь в глаза мужчины напротив.

И время остановилось.

Во всей Вселенной остались лишь он и она. И этого было достаточно, чтобы вспомнить ещё кое-что…

Юная магиня закрыла глаза, вскинула руки и, зашептав слова на незнакомом языке, несколькими резкими движениями кистей нарисовала рунную