Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

— пожала плечами Рене, облегчённо выдохнув. Они вдвоём спокойно поели и отправились на боковую.

Оставался всего день до возвращения Лиссы — она обещала их забрать и непременно найдёт способ это сделать. При мысли о сестре рука Лилу потянулась к подолу рубахи, пальцы нащупали гладкую серебряную монетку-амулет. От неё, как всегда, исходило приятное тепло — поначалу мальчик думал, что ему кажется, но со временем он убедился: монетка действительно грела.

Орчонок устало вздохнул, прижался к маме и закрыл глаза. Убаюканный её ровным глубоким дыханием, он начал проваливаться в сон, когда тишину вдруг разрезал скрип половиц.

Скр-скри-скр.

Сон как рукой сняло. Лилу замер, вслушиваясь в ночную тишину. Кто-то медленно крался к их двери.

— Ма-ам! — мальчонка отчаянно тряс за плечо крепко спящую женщину. — Мамочка! — голос срывался от страха, а грохот собственного сердца заглушал все остальные звуки.

— М-м? — Рене с трудом разлепила веки, сонно вглядываясь в испуганное лицо сына.

— Там кто-то есть! — дрожащим пальцем указал малыш на дверь.

Орка мгновенно стряхнула остатки сна. Резко села, вслушиваясь в тишину. Приложив палец к губам, чтобы Лилу молчал, бесшумно поднялась с кровати, но не успела сделать и пары шагов.

БАХ! Оглушительный удар сотряс комнату.

Створка с грохотом распахнулась, вырывая засов из креплений. Металл разлетелся в стороны. Рене едва успела увернуться от куска железа и бросилась к сыну, закрывая его своим телом.

В дверном проёме замерла тёмная фигура.

— Б-борг⁈ — ахнула женщина, глядя на вломившегося и с трудом узнавая в нём пасынка — кровь застыла в жилах от того, во что он превратился: его глаза светились зловещим алым светом, кожа приобрела болезненно-серый оттенок; движения дёрганные, словно кто-то управлял его телом как марионеткой. Лицо парня исказила жуткая гримаса: смесь оскала и улыбки — орк предвкушал.

От увиденного в её душу змеёй скользнул дикий ужас, волосы на затылке зашевелились, руки-ноги вдруг отказали, не желая слушаться.

— Иди за мной, — Рене едва поняла, что он сказал, настолько глухо звучал его голос. — Или твой сын умрёт немедленно. И не вздумай чудить.

Таясь в тенях ночного города, они шагали в сторону крепостной стены, каждый шаг давался Рене и Лилу с трудом, ноги налились свинцом от ужаса, а в горле пересохло до такой степени, что даже сглотнуть было больно. Орка потеряла счёт времени — настолько ей было страшно, когда, наконец, пасынок вывел их к полуразрушенной постройке. Внутри царила чернильная тьма. Борг вскинул руку и над его ладонью расцвёл светляк, осветивший убогое пространство давно покинутого дома.

Спёртый воздух с отчётливым шлейфом безнадёжности угнетал и без того встревоженную Рене.

— Ч-чего ты хочешь? У нас есть немного денег. Я всё отдам.

— Конеш-шно, ты всё отдашь, — его улыбка стала шире. — Но ты не отвлекайся и закрой рот. Лезь в дыру. Помни, от твоей покладистости зависит жизнь Лилу.

Мальчик оглянулся на старшего брата, стараясь не показать, как ему страшно. Зубы то и дело норовили отбить дробь, но он сдерживался, прежде всего, чтобы не расплакаться.

Выбора у орки не было: она первая полезла в яму, оказавшуюся неглубокой, затем поймала сына.

— Идите по тоннелю, — донеслось до них.

Одной рукой Рене крепко держала притихшего сына, другой опиралась о влажные стены, следуя вперёд. Позади них пристроился Борг.

Ход вывел их в заброшенную шахту, она была ниже Варга, когда-то штрек разрабатывали первые жители подземного поселения.

Тусклый свет светляка отбрасывал на стены причудливые тени. Через четверть часа они достигли просторной пещеры, где на каменном полу виднелись странные символы, составлявшие замкнутую систему; в её (системы) центре, паря над землёй, клубилась, будто живая, насыщенная антрацитовая тьма. Сгусток пульсировал, то сжимаясь в плотный шар, то растекаясь щупальцами, словно прощупывая пространство вокруг себя.

— Я привёл их, хозяин, — Борг низко поклонился.

— Малец мне не нужен, — от прозвучавшего голоса холодного, как зимняя стужа, Рене вся сжалась, боясь лишний раз шевельнуться. — Он неполноценен, его звёзды не стабильны. Она же вполне сгодится. Убей пацана. Отдай мне только её и своего отца!

Слова существа прозвучали приговором. Сердце бедной женщины чуть не лопнуло от страха.

— Не-ет! — отчаянно вскрикнула мать, закрывая собой в голос рыдающего мальчика.

— А ну, пшла прочь, тварь! — Борг, не шибко напрягаясь, оторвал Рене от ребёнка и с силой толкнул её прямо на символы, первый ряд которых тут же занялся светло-голубым пламенем. Одновременно с этим парень крепко приложил кулаком по тощей груди сводного брата, отправив малыша в полёт. — Подохни-и! — отвратительно осклабившись, прорычал свихнувшийся орк.

Крик матери и сына слились в один!

Лилу, больно ударившись о каменную стену, упал на пол и замер изломанной куклой. Сознание его плыло, в глазах двоилось, дышать удавалось с большим трудом.

— Лилу-у!!! — надрывалась бедная мать, почти не ощущая боль физическую от синего огня — сейчас её душу на лоскуты рвали чувства беспомощности и безысходности. Преодолеть стену, возникшую вокруг, она, сколько ни билась, опаляя руки и тело, так и не смогла. А сзади к ней подползал монстр, стремясь коснуться вожделенного тела.

— Ма-ма… — окровавленным ртом выдохнул ребёнок. — Лис-са… спас-си… — и, собрав остатки воли в кулак, закусив губу, сжал в руках монетку. — Аших-Мэйлу! — слово-активатор вылетело практически беззвучно, и Лилу потерял сознание.

Борг, тяжело шагая, подошёл к брату, небрежно ткнул носком сапога худенькое тельце.

— Думаю, пусть тебя сожрут роттеры, их тут много, они вечно голодные, — безумный огонь в глазах орка горел торжеством. Он добился своего. Он отомстил. Взгляд сам собой метнулся в угол — там связанным лежал Инг с кляпом во рту и пучил глаза на старшего сына. — Отец, вот зря ты клятву дал. Теперь и ты станешь кормом для моего Хозяина. С помощью мачехи и твоей я стану самым могущественным магом на этих землях, и смогу бросить вызов главе клана Дрэйхов. Меня ждёт богатство, власть… Бессмертие! — от представшей перед внутренним взором картины Борг сладострастно-предвкушающе облизнулся.

Его не трогал крик обезумевшей от горя матери, его не волновал полный мольбы взгляд Инга, он не обращал внимания на лежащего ничком Лилу…

Борг просто смотрел, нетерпеливо переставляя ногами, как к Рене, миллиметр за миллиметром подкрадывается антрацитовая клякса. Субстанция шипела и урчала, предвкушая сытный ужин. Монстр почти коснулся ног орки, как произошло что-то странное.

Борг ощутил неясную тревогу,