Плач феникса - Дмитрий Шебалин

— «В твоих словах я чувствую чуть ли не одобрение. Ты не забыл, что он пытался сделать с нами?»

— «Он шёл по своему пути. Мы просто оказались на нём.»

— «И я рад, что он об нас споткнулся.»

— «У тебя по-прежнему есть выбор. Боли терзают тебя, заставляя бежать всё быстрее. Но мы можем разорвать ведущую тебя в ловушку нить.»

— «Я уже принял решение, Бес.»

— «Я знаю.»

— «И всё же ты не ответил. Пускай я слишком слаб для того, чтобы сотрясать основы мироздания. Но тот же Кромвель способен на такие вещи, которые я просто боюсь даже делать. Я уж не говорю про Императора, который, если мне не изменяет память, просто стёр из реальности куски плоти из тела того же Люциуса. Это ли не высшая форма преобразования?»

— «Всё так, но их симбионты вполне обычны, и со временем такие манипуляции несут в себе всё меньше риска. Когда одарённые неосознанно обращаются к своим осколкам сущностей, то не сталкиваются с их волей и разумом. Лишь с их слабыми отголосками. И если маг соблюдает осторожность и обучается этому под контролем опытных наставников, то постепенно привыкает к этому, сводя вероятность потери контроля к минимуму. В твоём случае всё иначе. Применяя аспект преобразования, ты вынужден погружаться в мои чувства и смотреть на мир моими глазами. Это сводит обычных людей с ума, погружает их в поток чуждого им разума, в котором они попросту тонут и теряют собственное 'я». Рано или поздно они отдают управление своим телом и эмоциями сохранившему свою основу симбионту. Самый верный и быстрый способ стать одержимым.

— «Но я не стал.»

— «И ты знаешь причину. Тот, кого зовут Ма́леком, силён. И даже его покрытая защитным кристаллом суть оберегает тебя от многих бед. Но и она не спасёт тебя, если ты с головой ринешься постигать запретную науку. Процесс привыкания должен быть плавным. Кромвель шёл к этому почти 50 лет, Император 100. А ты решил проделать этот путь за 5?»

— «Но ведь я могу использовать некоторые заклинания…»

— «Готовые схемы и блоки с хорошо прописанным алгоритмом доступны многим магам. Кромвель же может импровизировать, обращаясь к материи напрямую. Этому он постарался обучить и тебя.»

— «Ага. И мне, пожалуй, пока хватит.»

«Домашнего задания» мастер мне выдал в дорогу достаточно. И будь на то моя воля, я бы уединился с ним где-нибудь в спокойном месте до самой весны. Да и Полема ещё не все свои секреты успела мне поведать. Правда, её желание ими делиться что-то начало угасать. Дошло до того, что за очередную интересующую меня технику мне пришлось предлагать ей что-то равноценное.

— Мазай, а ты дерзкий парень, — заявила она мне, когда взамен «клинка правды» я озвучил ей на выбор несколько имеющихся у меня заклинаний 4-й ступени. — Разве не знаешь, что бывает с теми магами, которые делятся чужими знаниями без разрешения тех, кто их им передал?

— А ты что, собираешься об этом кому-то рассказать? — удивлённо спросил я.

— Разве что под пытками.

— Если дойдёт до такого, думаю, наша маленькая сделка окажется наименьшим из тех секретов, которые эти злодеи из тебя достанут.

— Что-то разговор пошёл не в том направлении, — пробурчала Полема. — Тогда, пожалуй, я остановлюсь на «молоте».

— Хороший выбор, — улыбаясь, сообщил я.

— Осталось понять, насколько ты хороший учитель.

— О, я могу быть очень строгим.

— Хм, я может даже и не против быть наказанной. Но лучше с этим повременить. Погода и обстановка пока не располагают к этому. Да и эти молчаливые зрители не добавляют нужных эмоций.

Я невольно скосил глаза на занятых своим делом фельсцев. Они сейчас спускали наши сани с горы, не позволяя им слишком быстро скользить по склону.

Ну вот как с ней разговаривать? Лучше вообще не вступать в эту пикировку. Один чёрт, каждый раз я терплю в ней поражение.

Спуск и дальнейшая дорога по замёрзшей реке заняли весь оставшийся день и половину следующего. После полудня мы, наконец-то, добрались до той деревни, которую видели ранее с высоты перевала. Лес, растущий неподалёку не изобиловал большими деревьями. Поэтому местные срубы выглядели несколько необычно. Тонкие брёвна клали в два ряда, и их концы шашечным строем торчали наружу. В остальном же поселение выглядело весьма солидно и ничем не уступало тем, что были по другую сторону Северных гор. Это не вязалось с той информацией о нужде и суровом выживании, которая имелась в общем доступе, или той, которую можно было раздобыть у коренных фельсцев. Что-то тут явно было не так, но что именно скрывают Сыны Фельса, оставалось загадкой.

Мы миновали деревню, аккуратно лавируя меж сидящих у лунок мужиков и подростков. Судя по подмороженным рыбёшкам, лежащим прямо на льду, проводили они тут своё время с пользой. Захотелось даже остановиться и попробовать заговорить с кем-то их местных, но идею эту я откинул. Всё-таки я обещал Хоугу, что не буду лезть в местные дела. Лучше будет сдержать обещание и продолжить путь. Вон и провожатые наши отчего-то стали даже хмурнее, чем раньше. Не к добру это.

Но как бы я не старался отстраниться от чужой тайны, привыкший всё подмечать взгляд зацепился за брошенное на берегу и припорошенное снегом оборудование, очень уж похожее на то, что использовали золотодобытчики во времена золотой лихорадки. Да и сейчас без этих лотков и шлюзов не обходятся частные искатели удачи.

Вот тебе и тайна за семью печатями. Выходит, на реке есть рассыпное золото в достаточном объеме, чтобы вести добычу. Вполне возможно, что где-то поблизости могут оказаться и ко́пи для более масштабной выработки. А если так, то ценность этого неприветливого края резко возрастает, и Греш с Империей с куда большим энтузиазмом начнут двигать общую границу в нужную каждому из них сторону. Но чего именно добивается новый глава Старого Колодца? Хочет добыть достаточно, чтобы купить автономию? Или же есть другие мотивы?

Стоп. На этот раз это меня не касалось, и я лишь поплотнее прижал к голове капюшон, пытаясь всем своим видом показать, что я ничего не видел и совсем ни о чём не догадался. Слева, где сидела Полема, послышалась насмешливое фырканье, говорящее о том, что её-то мне точно обмануть не удалось.

Через пять дней с того момента, как мы