Война Невменяемого - Юрий Иванович

Каламин Зейк метался по всему поселку со старшим Кзыром рода и все чаще и чаще от простых угроз переходил к физическому наказанию. При этом он всегда старался доставить провинившихся пред светлы очи его непосредственного командира. Те в ответ на обвинения хмуро кивали, ехидно усмехались и отделывались сцеженным сквозь зубы обещанием:

– Разберемся!

Но, как правило, уже через час провинившегося воина опять видели на улицах поселка, и тот, пользуясь явной безнаказанностью и молчаливым поощрением, замышлял очередную мстительную акцию против местных жителей.

Отряд вольных охотников, под видом которых действовали энормиане, вернулся как раз вовремя и немного пригасил страсти. Все-таки тридцать Кзыров – а Каламин заявил, что они специально им приглашены для наведения порядка, – могли достаточно веско припугнуть и тысячу простых ордынцев. Но вся беда была в том, что в соседних поселках все с тем же усердием продолжали продавать зачастившим к ним воякам как гремучку, так и крепкое пиво грубой очистки. И в ту ночь, когда Спин улетел на помощь Кремону Невменяемому, на землях, принадлежащих клану Зейк, произошли первые кровавые столкновения.

Началось все с жуткого недовольства распоясавшихся вояк тем фактом, что для размещения вольных охотников Лавка старейшин выделила единственное оставшееся свободным строение. Поселковую таверну. Тем самым ликвидируя место для легального пьянства. Но если с утра никаких особых возражений не последовало, то ближе к вечеру страдающие похмельем армейские постояльцы стали роптать. Куда и страх делся перед «змеиными». Вначале поодиночке, а потом все больше увеличивающимися группами бездельничающие ордынцы начали стекаться на площадь перед таверной и выкрикивать провокационные оскорбления, перемежая их требованиями открыть питейное заведение для всеобщего доступа. Причем ни увещевания вышедшего к ним молодого главы рода, ни весомые угрозы наказания древним, убеленным Кзыром на бунтарей не действовали.

Тогда в дело вступили сами охотники. Причем не все, а единственное трио. Потому что худенького мальчугана, который их сопровождал, можно было не считать. Его наверняка взяли лишь для подноски воды да мелких поручений. Хотя вышагивал он позади взрослых невероятно гордый собой.

Два гиганта, более всех выделяющиеся в отряде охотников своими внешними габаритами, и один сухощавый, с виду самый что ни на есть преклонного возраста, спустились с высокого крыльца и с независимым видом протолкались к центру площади. Как раз туда, где совсем недавно владелец таверны зажег три больших газовых фонаря. И между ними один из здоровяков со всей силы воткнул в утрамбованную землю копье. Затем под косыми, но заинтересованными взглядами окружающих достал из кармана запечатанный в защитную оболочку белый платок, вынул из упаковки и завязал на комле копья. И только потом, уперев кулаки в бока, обвел вокруг себя насмешливым взглядом:

– Ну что, соколики? Дурь в голове играет? А в молодых телах силушка на волю рвется? А ваши командиры совсем про учения забыли? Служба – отставкой на пенсию показалась? Так это дело поправимое! Надеюсь, все знают, что этот платок розовеет, когда рядом с ним используют магию? Так вот, предлагаю организовать поединок по борьбе. Одной только физической силой и выносливостью. Выходи ко мне любой желающий!

Некоторое время над площадью царил недовольный гул, видимо, грозный вид вызывающего на поединок мужчины ни у кого не проявлял желания выйти на поединок. Тогда гигант пожал плечами и указал на стоящего рядом с ним сухощавого коллегу:

– Если нет желающих поколотить меня, пусть попробуют с моим младшим братом. Зовут его Тронко, и он тоже любит размочалить до крови чью-нибудь наглую харю.

На неприкрытое оскорбление ропот усилился. Хотя один осторожный воин, с хрупкой структурой тела и крысиной мордочкой, все-таки нашелся:

– Почему это твой младший брат выглядит втрое старше тебя?

– Молод еще и зелен. Вот и хочет выглядеть солиднее. Или ты позабыл, что мы, Кзыры, можем себя омолаживать, когда захотим? Мне восемьдесят три года, но такую тлю, как ты, уложу с одного удара. – Здоровяк хохотнул, но, так и не дождавшись вызова на поединок для себя лично, хлопнул товарища по плечу: – Ладно, братишка, вызывай любого!

От такого братского жеста Тронко рухнул на колени и не сдержал возмущенного причитания:

– Ты чего! Инвалидом меня сделать хочешь?

– Извини, погорячился…

Эта сценка вызвала волну смеха, расслабившую всех собравшихся на площади. Но в их глазах моментально вспыхнул тот огонь, который бывает только у людей, настроившихся поразвлечься. С гигантом сражаться пока никто не решался, а вот с этим молодым задохликом сразу нашлось много желающих показать свою удаль. И они быстро стали скидывать с себя пояса с оружием, создавая заодно некое подобие очереди.

Правда, никто и предположить не мог, что во всем сборном легионе Тронко считался наилучшим и самым опасным мастером, гением рукопашного боя. Даже сам Невменяемый собирался, да все никак не находил времени, чтобы провести хоть одну тренировку со знаменитым в кругу диверсантов учителем.

Зрители и возможные участники быстро раздались в стороны и образовали большой круг вокруг копья, окружая по периметру все три фонаря. Благодаря горящему газу видимость была преотличная. Первые ряды легли, вторые присели, третьи остались стоять, ну а дальше, для лучшего обзора, уже каждый изобретал что мог. Подобные мероприятия всегда отличались азартностью, поэтому «старший» брат, крикнул своему «младшенькому»:

– Я на тебя ставлю пол золотой монеты. Если проиграешь – вычту из твоего жалованья.

Тот в долгу не остался:

– Скорей тебя шейтар сожрет, чем ты увидишь мои денежки! Но вот если выиграю – половина идет мне. Понял?

– Ладно, ладно… Ты выиграй вначале. Ну! Кто принимает мою ставку?

Тем временем в круг вышел первый поединщик и кивнул в сторону. Видимо, своему товарищу. Тот сразу выкрикнул:

– Принимаю!

После этого и для мальчугана нашлась работа. Он быстро обежал спорщиков, у всех на виду вложил деньги в кошель и, проскочив в центр круга, повесил на комель копья поверх платка. Затем уселся под боком у гиганта, и тот как организатор представления крикнул:

– Бой!

В Кремневой Орде в таких поединках разрешалось многое: удары в лицо и по всему телу – как кулаками, так и пятками, коленками и локтями: захваты и удержания с удушающими приемами: толчки, подножки и борцовские приемы. Запрещались удары по мужскому достоинству, применение когтей и зубов. Да еще запрещалось в момент удержания ломать пальцы. В противном случае сразу засчитывалось поражение.