Война Невменяемого - Юрий Иванович

– И в чем же вы нас заподозрили? – ухмыльнулся шаман.

– Пока ни в чем.

– Так освободите дорогу!

Невменяемый развел руки в стороны, как бы изумляясь:

– Зачем нам усложнять друг другу службу? Неужели так трудно сказать: кто такие и что здесь делаете?

Шаман подъехал вплотную и с угрозой отчеканил:

– Мы по распоряжению Кзыра Дымного спешим в ставку правителя.

– А! Так вы с Детища Древних? – радостно оскалился Кремон. – Что же сразу не сказали? Проезжайте! – и только собрался убраться с дороги, как вдруг привстал в стременах и воскликнул: – А эти вам зачем? Или вы их тоже в ставку за собой тянете?

Все воины противника как один оглянулись назад, да так и замерли: сзади к ним приближались шесть боларов. Причем они так идеально выдерживали строй по двое в шеренге, что ни у кого и сомнения не возникло в их управляемости жезлом.

– Так это… не наши! – наконец воскликнул старший отряда.

– Как – не ваши? Ведь все они ваш Титан тянут, вот и эти наверняка к вам привыкли. Непроизвольно потянулись, как за собственными родителями.

Шаман резко повернулся к Невменяемому, нахмурил брови и раздраженно фыркнул:

– Да что ты несешь! Какие родители?

– Откуда я знаю? Вон как к вашим воинам тянутся… Ек!

Больше медлить было нельзя. Летающие растения приблизились на идеальное расстояние, и по последнему крику пошла атака на противника. Сам Кремон мощнейшей парализующей молнией сбил с похаса старшего в отряде. Его коллега точно такой же удар направил на ближайшего техника. Тогда как болары, выхватив мечи, молниеносно уничтожили расположившуюся в тылах отряда пятерку карателей. Но вот дальше все пошло наперекосяк. Вторая молния, пущенная Дарушем, не достигла цели. На ее пути вдруг встала полупрозрачная сфера, которая накрыла всех оставшихся техников, и те в едином движении развернули своих похасов и поскакали обратно в сторону Титана. Залп из трех арбалетов доказал полную бесполезность атаки на диковинную сферу, и всем показалось, что противник сейчас элементарно сбежит с поля боя.

И тогда Невменяемый решил использовать свои резервы. Так и не сходя с места, он крикнул боларам:

– В стороны!

И те слаженно открыли пространство для атаки. Набирающая скорость группа успела отдалиться всего метров на сорок, когда Жемчужные ордена отреагировали вместе с направляющей силой разума молодого героя. В следующий миг беглецов настигла малиновая молния нестерпимого жара, завершившаяся неяркой вспышкой. Но зато эффект превзошел все ожидания: ни сферы, ни всадников на дороге не осталось. Лишь по сторонам дымились обугленные куски мяса.

Опытнейший Эль-Митолан Даруш, прошедший не одно горнило диверсионных заданий, уставился на командира вылезающими из орбит глазами:

– Что это было?

– Просто удачное совпадение… Скачи туда и посмотри, нет ли кого в живых!

Легионер сорвался с места, а сам Кремон мельком заглянул себе за пазуху. Четыре жемчужины оказались опустошенными. Что не могло не радовать: «Хм! Однако, результат просто великолепен! Неизвестная нашей магии сфера и десять тел, если считать похасов, оказались разорванными в клочья. Да никакой синхронный удар четырех Эль-Митоланов не сравнится с только что увиденным. Как же так получилось?»

Болары тем временем подлетели к командиру с некоторой опаской. И Спин высказал общее мнение:

– Ну ты, командир, и резвишься! Зачем же так кровожадно?

– Нечаянно… – начал оправдываться Кремон.

И в этот момент он краем глаза заметил движение на земле и с содроганием рассмотрел, что Кзыр-техник частично оправился от удара и, хоть продолжает лежать неестественно выгнувшись, направляет правой рукой на него непонятную коробочку. Машинально Невменяемый стал возводить вокруг себя шиты и пригибаться в седле. Но чуть раньше раздался хлесткий щелчок, и отсеченная рука ордынца рухнула на камни, орошаемые струей крови. Техник взвыл от боли и уже в следующий момент оказался придавлен сразу двумя боларами. А Спин, сворачивая свое магическое жессо, укорил расслабившегося товарища:

– Изначально добей того врага, который ближе!

– Кто знал, что он такой живучий, – посетовал Кремон, уже стоя на коленях и накрывая голову воющего ордынца Сонным Покрывалом. – Он живучий, а ты такой кровожадный.

Лидер летающих растений оправдался тем же словом:

– Нечаянно…

Пленный расслабленно затих, в бессилии воли теряя болевые ощущения. Но командир легиона все-таки перетянул веревкой культю, останавливая кровотечение. Не хватало, чтобы единственный «язык» помер в самом начале допроса. Ведь старший отряда оказался, ко всеобщему удивлению, мертв. Видимо, совершил грубейшую ошибку при поддержании защитной структуры, которая привела к банальной ликвидации своего создателя.

– А теперь все живо на уборку дороги! Все остатки тел – в расщелину! – командовал Кремон, устраивая тело техника на своем похасе и направляя животное в глубь плато. – Чтобы через пять минут здесь оставалась только девственная чистота природы и – ни единого пятнышка крови. Спин, потом расставишь по периметру своих воинов для наблюдения и присоединишься вместе с Дарушем ко мне.

Лидер боларов вместе со всеми бросился выполнять грязную работу, но не смог удержаться от ворчания:

– Ни единого пятнышка? Как же! Да здесь нужен трехдневный ливень для тотальной зачистки такой бойни. И когда уже мир во всем мире наступит?

Глава 37

Бытовые конфронтации

Напряжение во взаимоотношениях между войском и местными жителями рода Зейк возрастало с каждым часом. Если еще в первые дни воины расквартированной в поселке части как-то себя сдерживали, да и местные власти оказались на высоте, наводя жесткую дисциплину, то начиная с третьего дня положение стало резко ухудшаться. Дошло до того, что все рядовые члены рода Зейк с наступлением темноты считали за лучшее надежно баррикадироваться в собственных домах, чем выходить на улицы и разбираться с распоясавшимися ордынцами. И начало кризису положили сами армейские командиры. С первого дня они стали предаваться пьянству и весьма обозлились, когда по требованию им не предоставили ни единой рабыни. Голова Лавки аргументировал подобный отказ тем, что рабынь в поселке не имеется. Даже наложниц никто не держал, только законных жен. Такое в древних родах практиковалось уже редко, поэтому на местных ополчились не только командиры, но и рядовые воины, за которыми словно специально отменили надлежащий надзор. Теперь вместо ежедневных занятий и тренировок рядовые маялись от безделья и мечтали только о добыче любыми средствами очередной дозы спиртного.