И грянет весна! - Серослав Амадайн

за солнце. Но присмотревшись рассмотрел, что звезда похожа скорее на компас со стрелками промежуточного направления. Верхний луч оканчивался чёрной короной. Анай Фарнар Лодвиг Дэрориан из Партхолда, в центральных землях. Он тоже являлся вассалом дэйвина Торвинда.

«Ещё один со знаком турима, и тоже ходит под Торвиндом. Осмелюсь предположить, что сам дэйвин явно держит сторону турима, раз уж под его рукой два рода с почестями от турима. Мммда, вот и первые косвенные опровержения наших раздумий по поводу заговора против короны.»

Следующим представился совсем молодой, не более двадцати пяти лет на вид, мужчина. Едва он поднялся с места, как в его осанке и манере держаться сразу угадывалась некая армейская выправка. Статен, черноволос, не носил ни бороды ни усов. На его красном кафтане с чёрной оторочкой красовался яркий герб, который я узнаю теперь даже за версту.

«Истинианин! Вот уж не ждал не гадал…»

— Анай А́нхейм Волд Карна́рос, из Я́рнагора. Имею честь служить дэйвину Блайку Ригу Гладмору, властителю Красного Оплота, в котором находится престол Истинной Веры! И я бы хотел узнать, — пылко тут же продолжил мо́лодец. — По какому праву вы присвоили себе брычей Ордена?!

Меня аж подбросило на месте:

— Ваших!? — я прекрасно понимал о ком идёт речь, и тут уже своё возмущение скрывать не стал. — Вы ведь имеете ввиду людей из той деревни… Лесовой кажется, так?

— Они самые!

— Может вы не в курсе событий, но это я, и другие анаи спасли их от неминуемой, и поверьте уж мне на слово — очень мучительной смерти! А где были вы?

— Что вы хотите этим сказать, анай? — сквозь зубы процедил Анхейм положив руку на меч.

«Горяч парень, ой горяч!»

— Да они месяц томились в клетях рахов! — подался я вперёд, едва не брызжа слюной. — А скольких убили! — я хмуро окинул взором лица. — Сотни! Я повторяю — сотни трупов которые наверно до сих пор лежат там у озера!

Под тяжёлыми взглядами я поумерил свой пыл, поудобнее умащиваясь в кресле.

— И ваших людей ждала та же участь, кабы не наша вылазка! — все молчали, поглядывая то на меня с туримом, то на истинианина. — Я их спас! И теперь их жизни, принадлежат мне, уважаемый анай. Теперь они мои! Но если вы хотите оспорить…

— Орден не станет оспаривать право рода Фортхай на владение брычами из Лесовой! — голос турима прервал все споры. — Дело решёное с самим Епископом, и точка на этом.

А́нхейм Карна́рос сжал губы в тонкую полоску и покраснел от едва сдерживаемых возражений.

«Ну, давай парень! Сделай это! Скажи ещё хоть слово, и надеюсь бравые мамонты турима вытащат тебя отсюда за шкирку!»

— Прошу прощения за свою несдержанность, ваше величество. И вы, анай Янко, сердечно простите меня за вспыльчивость. — после секундной заминки сдержанно поклонился он с извинениями, и сел на место.

«Хорошо играешь в покорность юноша. Да только глаза тебя выдают с потрохами.»

Дальше всё прошло без эксцессов и нелепых споров. Я познакомился с анаями Рунаром Сорн Валгором и Сарнагом Хротгут Зандахеймом. Оба смуглые, крепкие, серьёзные бородатые мужики с земель на крайнем юге. Их дэйвином являлся этот лысый усач, Монгро Борто Брэйвид. Герб Рунара Валгора отображён был на простой солдатской накидке — жёлтый круг, а на нём перекрещенные серпы, остриями вверх. Меж двух полумесяцев, посередине, отображался ещё один клинок, но уже стандартно прямой. Рунар правил родом из города Мореграда, что стоял на южном побережье и являлся по сути большим морским портом.

Второй, Сарнаг Зандахейм, управлял туримасом на восточном побережье юга, где стоял город-вотчина его рода, Митран. Герб у него имел форму треугольного щита, вытянутого к низу, и раскрашенного синими вертикальными полосками, поверх которых была нарисована белая чайка. Ну или может какая другая птица, я не знаю. Хотя по виду, чайка как есть!

Подле него сидел крепкий на вид старикан, с бегающими от одного лица на другое бусинками глаз. Он то и дело зыркал на меня своим крысиным взглядом, словно я ему три рубля копейками задолжал. Его жиденькая бородёнка, заплетённая в тоненькую косичку с кисточкой на конце, забавно мотылялась в так движениям его головы. А когда он начал представляться, так я воздал хвалу Роду, что поблизости не было ни одного кота, а иначе конфуза было бы не избежать. Дорик Лан Флатгорн, анай с южного побережья Пяты Гиганта. Его одежда чем-то напоминала памятный наряд Турамоха — те же янтарные пуговки, тисёмочки, пара цепочек на груди, и уже виданные мной волнообразные рукава рубахи, выбившиеся из-под кафтана. На лазурном поле его прямоугольного герба отображалось восходящее солнце из-за моря, по которому плыл, на всех парусах рассекая волны, трёхмачтовый корабль. Дед заправлял делами в портовом городе Ко́рнабэл и, как и я с Турамохом, подчинялся дэйвину Химмерману.

Последний же анай, который хоть и представился, но сделал это с таким пренебрежением, что захотелось дать ему в морду, был тот самый пафосный тип в голубом расписном наряде. Харкон Дэрик Блодкорн — единственный здесь анай, который был прямым вассалом турима. У него не было родового города, зато он являлся личным магом турима и одновременно его советником. Таким приближённым к туриму людям свой личный туримас был просто ни к чему, ибо они жили во дворце, а власти им явно хватало с головой. Хотя, история моего мира знает не мало примеров алчности и жажды власти даже у тех, кто вроде бы имеет её уже и так в достатке.

Обзнакомившись, далее, под хорошее вино и лёгкие закуски, я дал отчёт по делам в моём туримасе.

В общем и целом, турим остался доволен отчётом о положении дел в моих землях. Многое конечно ещё нужно было сделать, и я не скрывал этого. О многом я суеверно умолчал, дабы не сглазить планы.

— Вижу что род, и вверенные ему земли, находятся в надёжных руках. — наконец после долгой беседы подвёл черту Андэвэйн, и я расслабил булки. — Но у этих добрых мужей есть к тебе несколько вопросов. — не мигая взглянул он мне в глаза, и моё сердечко ёкнуло, а сам я за малым не икнул.

«Вот б@я…»

— Буду рад честно ответить на них, мой повелитель. — кивнул я с покорностью.

— Это безусловно хорошо, — одобрительно кивнул турим. — Но боюсь вопросы есть не только к тебе, но и к айнайлэ Саране.

Я метнул взгляд на сестру.

Сарана, которая вообще сидела настолько необычайно тихо, что казалось её здесь и вовсе нет, потемнела лицом и подобралась:

— Ко мне, ваше величество? — удивилась сестра.

— Да. — жёстко пронзил её взглядом турим. — И главный вопрос, задам я лично — почему вы бросили туримас своего покойного мужа и с наследниками уехали в Хайтэнфорт? — появившиеся стальные нотки в его голосе и тяжёлый взор, заставили Сарану опустить глаза.

— Ваше величество, я…

Сарана запнулась.

— Оставив Беледар, и отказавшись исполнять свои обязанности как жена аная после его смерти, вы ввергли туримас в хаос и раздор! — вклинился в разговор маг. — И это в то время, когда рахи вылезли наружу по всему северу!

Сестра сжав челюсти до желваков на скулах, бросила гневный взгляд на Блодкорна.

«Оооо, тот взгляд мне известен! Как бы беды не вышло!»

— Позвольте мне прояснить ситуацию…

Блодкорн зыркнул на меня так, что я думал в меня сейчас шарахнет молния из его глаз:

— Вопрос был задан ей, а не тебе, юнец!

— При всём моём уважении, задал его турим, а не вы! — стойко выдержав его взор спокойно парировал я, хотя внутри всё бурлило от негодования.

— Да как ты смеешь!

— Спокойно Харкон, — небрежно шевельнул рукой Андэвэйн едва взглянув на своего советника. — Мне важно разобраться в ситуации. Кто будет пояснять, мне без разницы!

Блодкорн отвесил поклон:

— Разумеется, повелитель. Как будет угодно. — покорно произнёс маг и замер в ожидании.

Я прочистил горло и маякнул Эль подлить вина в кубки. Она была самая расторопная и опрятная среди прислуги,