MITI и японское чудо: рост промышленной политики, 1925-1975 гг. - MITI

от ряда ключевых дочерних предприятий, сохранение которых обеспечит новой компании ценовой контроль над сталелитейной отраслью. Инаяма и Нагано воспротивились этому решению, хотя Накаяма из Sanken уже предупредил их о неизбежности продажи некоторых предприятий, и попытались мобилизовать политическое влияние против FTC. В результате 7 мая 1969 г. FTC впервые за время своего существования обратилась в Высший суд Токио и добилась запрета на слияние.

В июне 1969 года в Высшем суде Токио состоялись публичные слушания по вопросу слияния; свою позицию представила ФТК, профессора, компании, группы потребителей и представители смежных отраслей промышленности, а также МИТИ.

 

Разумеется, МФТИ был полностью отождествлен со сталелитейным слиянием, хотя бы потому, что руководители новой компании, включая Одзиму Аракадзу, Инаяму Йосихиро, Хираи Томисабуро и Токунагу Хисацугу, были бывшими сотрудниками MCI или МФТИ. Из-за этого и ряда других вопросов, возникших как раз в то время, когда дело о стали оказалось в суде, МИТИ подвергся самой ожесточенной критике за всю свою долгую историю.

 

Ссылки на "пресловутый МИТИ" никогда не пугали чиновников МИТИ, но критика внутри страны воспринималась серьезно. Основными вопросами, поднимаемыми отечественными критиками, помимо слияния сталелитейных компаний, были ущерб окружающей среде, перенаселенность, предполагаемый сговор с крупным бизнесом и множество других побочных эффектов высокоскоростного роста, которые общественность требовала устранить. И как будто этого было недостаточно, в самый разгар этих проблем министерство пережило самый серьезный бунт против своих административных указаний, который означал настоящий перелом в его отношениях с крупным бизнесом.

Проблема промышленного загрязнения и экологического ущерба имеет множество аспектов.

 

Более значимыми с политической точки зрения, так как они затрагивали большое количество людей, были загрязнение воздуха во всех крупных городах (прогнозировалось, что шикарный, хорошо продуманный противогаз скоро станет таким же незаменимым предметом повседневного пользования, как зонтик), а также аварии с участием легковых и грузовых автомобилей (из-за недостаточных расходов на строительство автомагистралей и якобы небрежного отношения к безопасности при проектировании автомобилей). Шум, теснота, нехватка земли под жилье в крупных городах также заставили многих усомниться в целесообразности скоростного роста. Были созданы организации местных жителей и потребителей, защищающие такие вопросы, как "право на солнечный свет", т.е. право жителя не загораживать солнечный свет высотными домами.

В 1967 г. Сейм принял Основной закон о мерах по борьбе с загрязнением окружающей среды (Kogai* Taisaku Kihon Ho, № 132 от 3 августа), который устанавливал стандарты для семи видов загрязнения: воздуха, воды, почвы (добавлено в 1970 г.), шума, вибрации, оседания и неприятных запахов. Однако по настоянию МИТИ Сейм изменил статью 1 законопроекта Министерства благосостояния, добавив в нее, что меры по борьбе с загрязнением окружающей среды должны быть "в гармонии со здоровым развитием экономики".

 

Это фактически отменило закон. Но по мере обострения проблем с загрязнением окружающей среды политикам не оставалось ничего другого, как отменить решение министерства. В результате была принята знаменитая "диета по загрязнению окружающей среды".

 

МИТИ, наконец, понял, что к чему; 1 июля 1970 г. он переименовал свое Бюро по безопасности на шахтах в Бюро по защите и безопасности окружающей среды (Kogai Hoan Kyoku) и увеличил бюджет на решение проблем промышленного загрязнения с 274 млн. иен (1970 г.) до 638 млн. иен (1971 г.). Спустя десятилетие MITI было приписано проведение одной из самых эффективных кампаний по очистке промышленных предприятий в истории, а также развитие новой процветающей отрасли по производству устройств для борьбы с загрязнением окружающей среды.

 

Помимо того, что на MITI возлагалась ответственность за проблему загрязнения окружающей среды, его также обвиняли в подрыве отношений с США.

Администрация Никсона, избранная в 1968 г., публично добивалась ограничения японского экспорта синтетического текстиля в Америку, подобно тому как ранее администрация Кеннеди вела переговоры о заключении "упорядоченного маркетингового соглашения" в отношении хлопчатобумажного текстиля. Обе администрации отвечали на политические требования Американского института производителей текстиля, который использовал мощный аргумент, что из-за импорта многие чернокожие из числа их сотрудников остаются без работы.

 

Как оказалось, Сато не смог выполнить свое обещание из-за препятствий, чинимых как текстильной промышленностью, так и MITI. С 15 по 19 сентября 1969 г. в США находилась инспекционная группа МТИ для определения степени ущерба, нанесенного отечественным прядильщикам и ткачам японским импортом, если таковой имеется. Возглавляемая Такахаси Сюкуро*, начальником Текстильного бюро МТИ, и состоящая из руководителей Первой рыночной секции, Секции волокон и прядения, Секции экспорта текстиля и других официальных лиц, эта миссия пришла к выводу, что американская текстильная промышленность процветает, а ущерб от импорта незначителен. В практическом плане эта позиция Японии оставалась неизменной в течение последующих двух лет, на протяжении которых происходило одно из самых непродуктивных взаимодействий между двумя союзниками в послевоенном мире, которое Маэда Ясуюки позже охарактеризует как "переговоры в трясине".

Текстильный спор между Японией и США был лишь самым публичным и шумным из нескольких экономических столкновений. Во многих других спорах, как и в текстильном, виновником также называли МИТИ. Например, после либерализации системы управления капиталом в МИТИ поступило предложение от компании Texas Instruments, которая хотела открыть в Японии дочернее предприятие для управления производства интегральных микросхем. МИТИ рассматривал это предложение около 30 месяцев, заявляя, что "тщательно изучает" его. Затем было принято решение о том, что американской компании будет разрешено владеть не более 50% акций совместно с японскими, что она должна будет лицензировать свои технологии японским конкурентам и что ей придется ограничить выпуск продукции до тех пор, пока японские компании не смогут лучше конкурировать.

 

Аналогичным образом, во время возвращения Окинавы компания Gulf Oil Company предложила построить на Окинаве нефтеперерабатывающий завод, чтобы получить доступ к японскому розничному рынку. МИТИ заявило, что Gulf не сможет этого сделать, если у нее не будет японского партнера, и когда появилась вероятность того, что Gulf может объединиться с Idemitsu Petroleum, МИТИ предупредило Idemitsu об отказе.

 

Среди других вопросов - экспорт телевизоров (9 июня 1970 г. компания Zenith обвинила японцев в демпинге телевизоров в США, и министр MITI Миядзава Киити практически уступил, признав, что японские телевизионные приемники стоят в Японии дороже, чем за ее пределами), импорт грейпфрутов (в декабре 1968 г. США потребовали либерализации импорта грейпфрутов, помидоров, ветчины, колбасы, говядины и других сельскохозяйственных продуктов, но Министерство сельского хозяйства взяло страницу из книги MITI и отказалось), и, прежде всего, совместные предприятия в автомобильной промышленности.

В ретроспективе десятилетия автомобильные споры конца 1960-х годов кажутся почти смехотворными (в 1979 году Япония отправила в