Мир-фильтр. Как алгоритмы уплощают культуру - Кайл Чейка

– очередной плюс бурно развивающейся экономики; все больше японских служащих среднего класса использовали их для воскресных поездок на пляжи, чтобы заняться серфингом. Сити-поп был музыкой для прогулок и странствий, походов по магазинам и путешествий в поезде. Некоторые создатели сити-попа продавали или писали коммерческие саундтреки, участвуя во взрыве капиталистического потребительства, придавая ему солнечную романтическую атмосферу с помощью звенящих гитар и духовых инструментов.

Первоначальное увлечение сити-попом восьмидесятых годов через несколько лет угасло, однако жанр продолжил свое существование в физической форме – в виде пыльных виниловых пластинок. В 2000-х годах японские диджеи, копавшиеся в ящиках со старыми альбомами в музыкальных магазинах, заново открыли жанр и начали возвращать его в ротацию. (В будущем аналогичное возрождение может оказаться гораздо более трудным делом, если учесть относительную эфемерность цифровых файлов и платформ, на которых они размещаются.) Через нишевые форумы и блоги это возрождение распространилось и за пределы страны, вдохновляя западных диджеев приезжать в Токио и покупать записи для себя. Затем сити-поп попал на Ютьюб и стал мировым мейнстримом.

По какой-то причине музыка, подобная творениям Сато, идеально подходила для рекомендательных алгоритмов. Один трек пользовался особым успехом: задорная песня 1984 года Plastic Love Марии Такэути – приставучая мелодия с ритмом R&B и мягким звучанием синтезатора. Это чистая поп-сласть. Прозрачный голос Такэути поднимается над ритм-секцией, рассказывая о лечении разбитого сердца: “Любовь – это всего лишь игра. / Все, что мне нужно, это получать удовольствие” – с вкраплением текста на английском языке: “Я знаю, что это пластиковая любовь”. Версия, которую в 2017 году загрузили на Ютьюб с аккаунта под ником Plastic Lover, набрала более шестидесяти трех миллионов просмотров, а такое количество для малоизвестного трека возможно только благодаря алгоритмическому продвижению. На самом деле аноним, загрузивший песню, тоже впервые познакомился с ней благодаря ленте. В 2021 году он рассказывал в интервью критику Кэт Чжан из электронного музыкального журнала Pitchfork: “Люди говорят мне, что получают эту песню в своих рекомендациях. Со мной произошло то же самое: я загрузил эту песню не первым. Сначала она меня не особо заинтересовала, но продолжала преследовать меня в рекомендациях”. Ответственность за ее популярность нес алгоритм.

Существуют разные версии для объяснения бешеного успеха сити-попа в Сети. Некоторые авторы связывают его с популярностью на Ютьюбе стримов ламповой спокойной музыки, расслабляющих электронных произведений, эмбиентной музыки для учебы или работы. Подобные стримы привлекают миллионы слушателей, которых затем можно переключить на другой источник ненавязчивой синтетической музыки в среднем темпе. “Алгоритм просто ведет слушателей от роликов с ламповым ритмом к Plastic Love”, – обнаружила Чжан в другом расследовании Pitchfork 2021 года. За последние несколько лет сити-поп стал синонимом самой платформы. На сайте Rate Your Music один из пользователей даже назвал его “ядром рекомендаций японского Ютьюба”, собрав видеоролики сити-попа, имеющие более ста тысяч просмотров. В случае с Plastic Love треку, возможно, помогла божественная черно-белая фотография его исполнительницы – вызывающий образ полной свободы и беззаботного счастья, где Такэути, слегка размытая в движении, улыбается, широко распахнув глаза. “Эта песня и фотография идеально подходят друг для друга”, – заметил фотограф Алан Левенсон в разговоре с Чжан. Изображение на миниатюре Ютьюба оптимально представляло песню – подобно тому, как белый фон подходит для ярко раскрашенной керамической вазы на снимке в Инстаграме.

Нужно помнить, что дело не только в алгоритмическом продвижении: это просто хорошие песни, написанные талантливыми музыкантами на пике творчества, хотя в момент выхода они не обязательно были хитами. (Вопреки хипстерскому кредо 2000-х, популярность какой-то вещи не означает, что она плоха, а безвестность не делает что-то де-факто хорошим.) Эти песни не случайно добились успеха; их писали, чтобы привлечь аудиторию, хотя итоговые масштабы их популярности невозможно было предугадать.

Возможно, как в случае с треком Strange Дэймона Круковски, который стал вирусным на Spotify в отличие от остальных работ группы Galaxie 500, сити-поп предлагал самый обычный, приятный, средний поп, от которого никто не мог отмахнуться. Несмотря на малую известность, этот жанр в то же время представлял усреднение музыкальных стилей, доступных пользователям по всему миру. Эстетика сити-попа являлась отчасти восточной (японские авторы), отчасти западной (источники вдохновения), отчасти ностальгической (восприимчивость восьмидесятых, как это виделось из 2010-х); отчасти футуристической (использование новых для того времени музыкальных технологий, например синтезаторов и электронных драм-машин). Сити-поп обладает фастфудной плотностью привлекательных ингредиентов. Сочетание парящего вокала, тяжелых синтезаторных звуков, R&B-инструментов и инерции ударных просто неотразимо, а недостаточно изученная история японского происхождения обеспечивала достаточную экзотику стиля и новизну для западной аудитории в интернете.

Вероятно, помогло и само название: “сити-поп” – это расплывчатое понятие, которое можно отождествить с любым городом в любом месте, как эстетика AirSpace, которую я заметил на Airbnb, но только в музыке. В журнале Spin Энди Куш писал о похожих японских эмбиентных записях, ставших популярными на Ютьюбе: “Если бы музыка не была так хороша, это могло бы показаться ловушкой”. Конечно, это и есть ловушка Мира-фильтра. Алгоритмические ленты порождают формы культуры, которые достаточно убедительны, но лишены контекста в такой степени и распространены настолько широко, что становятся пустыми и бессмысленными, предлагая чересчур много эстетики без содержания.

В некотором смысле этот процесс выхолащивания уже произошел с сити-попом. В статье 2015 года в Japan Times отмечалось, что этот жанр – “упрощенное модное словечко, используемое для того, чтобы вызвать ощущение изощренности, фешенебельности и ностальгии”. По мере того, как сити-поп насыщает свою потенциальную аудиторию, постепенно наскучивая ей, алгоритмическим рекомендациям приходится искать новое зерно для мельницы цифрового потребления. Недавно я наткнулся на упоминания об “индонезийском сити-попе”, который представляет собой музыку той же эпохи, но из другой азиатской страны. Загруженный на Ютьюб в декабре 2020 года видеоролик с несколькими десятками треков сладко-мелодичного мягкого электронного рока набрал почти два миллиона просмотров. Его название – Jakarta Night Drive – 80s Indonesian Pop Kreatif/City Pop/Jazz Megamix – набор слов, оптимизированный под поисковый алгоритм. Видеоряд для музыки – бесконечно повторяющиеся ночные городские аниме-ландшафты, которые имеют больше общего с Японией, нежели с Индонезией.

В ролике Jakarta Night Drive конкретная культура сведена к туманному настроению, которое нужно принять, повторить и распространить в Сети как можно быстрее и как можно шире, обеспечивая неглубокую вовлеченность, которая, в свою очередь, приносит доход от рекламы создателю и платформе. Один из комментариев к этому видео гласил: “Алгоритм привел меня сюда из Кореи”. Руководствуясь рекомендациями ленты, пользователи планеты приходят к определенному набору культурных тем – подобно тому, как множество бабочек-монархов инстинктивно устремляются к определенной пихтовой роще