Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

Но самым загадочным в этой истории были события, произошедшие вчера.

С самого утра, вручив судьбу Волошина в надежные руки адвоката, Кобрин сидел над Валеркиным ноутбуком. Так и не справившись самостоятельно, он был вынужден попросить помощи у Пилипонюка. Опытнейший компьютерщик, за помощью к которому обращались самые большие чины управления, Андрюша в течение десяти минут открыл доступ к файлам Ермакова.

Несколько часов Юра копался в информации, спрятанной от посторонних глаз. На мониторе мелькали проектные сметы, прайсы строительных материалов и переписка с инвесторами. Наконец среди огромного количества документов появились и договора о поставке рапса. Потерев ладони, Кобрин уставился в светящийся экран. Внимательно сверил реквизиты поставщиков и объемы предполагаемых поставок с платежками, лежащими на столе.

Кобрин задумчиво насупил брови. Выйти на след этих деятелей самостоятельно он не мог. Информация о них у СБУ, конечно же, была, но не в его ведомстве. Помочь в этом могла только Безрукая. Еще утром она обещала предоставить данные об учредителях этих фирм, но до сих пор молчала. Юра нервно посмотрел на часы. Время тянулось томительно долго.

Скопировав документы на флэш-карту, снова повел курсором.

На экране появились различные образцы продукции, топографические планы застроек и кадастровые акты оценки земельных участков.

Неожиданно среди огромного количества документов появилось короткое письмо, полученное десятого июля.

«Уважаемый Валерий Андреевич!

Смею заметить, что проработав на Вашем предприятии более десяти лет, я делала все для его процветания. Однако с тех пор, как меня отстранили от руководства, эти показатели значительно упали. А почему упали, я хорошо знаю. Именно поэтому новоявленная шефиня подала мою кандидатуру на сокращение.

Но, будучи искренне преданной Вам, я не имею права молчать. Прежде всего, хочу сообщить, что львиная доля Вашей выручки уходит «в тень». Кредитные средства, выделенные для модернизации, списали на оборудование, которое давно лежит на свалке. Но самое страшное то, что под эгидой Вашей компании началась торговля людьми. Процветает секс-индустрия, «крышуемая» на самом верху. Бесследно исчезают девушки. Я знаю ответы на вопросы: куда, зачем и почему.

Если Вас все же заинтересует то, о чем я написала, буду искренне рада Вам помочь.

С уважением, Гриневич Галина Михайловна»

Прочитав письмо, Кобрин удивленно пожал плечами. Что это было? Крик души верного сотрудника или простая кляуза? Перечитав письмо, он скопировал и его на флэш-карту.

Время стремительно неслось вперед.

Полдень. Калюжный уехал в суд. Адвокат обещал сделать все, чтобы Волошина выпустили под подписку о невыезде. Усенко особо не возражал.

Кобрин выключил монитор и устало потер глаза.

Встав из-за стола, он нервно зашагал по кабинету. Сегодня четверг. С момента убийства прошло четыре дня. Ждать больше нельзя. Он должен немедленно проверить имеющуюся информацию.

Вытащив из кармана телефон, нашел нужный номер: Безрукая Анна Семеновна. Из трубки послышались протяжные гудки.

– Что, мой хороший, не терпится? – весело выкрикнула подруга.

– Аннушка, милая, горю! – простонал Юрка.

– Поверь, Юрик, я стараюсь! – ответила Анна Семеновна. – Если бы не эта сумасшедшая работа, я бы тебе давно всю информацию дала. Времени в обрез. Обещаю: через час все перешлю по электронной почте. Пока!

Не успел он положить трубку, как ожил внутренний телефон.

– Слушаю! – гаркнул Кобрин, совершенно не желая тратить время на лишние разговоры.

– Юрий Антонович! – выкрикнул строгий мужской голос и коротко представился: – Ткачук. Общественная приемная.

– Ну, – раздраженно протянул Кобрин.

– К нам тут сегодня письмо пришло, сигнал, так сказать. Старушка бдительная прислала. Вроде ненормальная, а может, и нет! Сигналит о международном терроризме. Я бы выкинул, но не полагается. Все по протоколу: изложение, подпись, адрес. Расписывать на вас?

– У меня дел и без старушек полно! – взвился Юрка и тяжело вздохнул. – Ладно, давай мне эту старушку-веселушку. Почитаем, что она там насочиняла.

Положив трубку, Кобрин нервно зашагал по кабинету. Цепким взглядом посмотрел на часы. Если Аннушка сказала, что пришлет ответ через час, значит, пришлет. Пунктуальности Безрукой было не занимать. Вытащив сигарету, он нервно закурил и сел за стол.

В дверь постучали. На пороге появился Олег Коваленко, его помощник.

– Юрий Антонович, ваша почта! – отрапортовал он.

– Спасибо, Олег! Можешь идти.

Уставившись в экран монитора, Кобрин даже не поднял глаза. Почта его сейчас не интересовала. Из головы не выходили поддельные платежки и письмо, присланное Ермакову. Взгляд рассеянно пробежал по столу и остановился. Сосредоточенно вглядываясь в красивый, немного заостренный почерк, глаза задержались на старом, слегка потертом почтовом конверте. Обратный адрес, указанный на письме, был Маринин. Улица, дом. Только номер квартиры не совпадал. Тяжелое предчувствие сжало его сердце.

Кобрин взволнованно схватил письмо.

«Как истинный патриот своей Родины, а также дочь и жена бывших контрразведчиков, смею доложить, что одна из моих соседок, Самойленко Марина Леонидовна, причастна к организации террористического движения, работающего в Украине. Знаю факты, говорящие о том, что данная персона является изменником Родины. К тому же более четырех лет она провела в мусульманской стране.

Диденко Татьяна Федоровна, 1933 г. р.»

Взволнованно вглядываясь в каждую строчку, Юра несколько раз перечитал письмо. По спине побежал липкий, холодный пот. Такого поворота событий он не ожидал. Путаться в догадках здесь было бесполезно. Не теряя драгоценного времени, Кобрин взял со стола телефон.

– Алле! – раздался низкий, слегка хрипловатый голос пожилой женщины.

– Диденко Татьяна Федоровна? – несколько раз кашлянув, спросил он.

– Она самая! – сердито ответила старушка. – С кем говорю?

– Сотрудник службы безопасности Кобрин Юрий Антонович! – представился он. – К нам поступило ваше письмо. Буду краток: оно нас заинтересовало. Я бы хотел с вами встретиться. Как вам удобно – прийти к нам или чтобы мы к вам подошли?

– Тяжело мне, пожилой женщине, к вам бегать. Лучше вы ко мне приходите!

Без проблем добравшись до дома, в котором жила Марина, Кобрин уже через полчаса был возле квартиры старушки.

Юра чувствовал: это не пустое письмо. То, что Марина действительно замешана в терроризме, он даже не допускал – тут у бабульки явно разыгралась фантазия. Но в том, что старушка знала какую-то интересную информацию, он ни минуты не сомневался. Из своей многолетней практики он хорошо знал, что пожилые люди, в силу присущей им любознательности, иногда замечают то, на что другие чаще всего не обращают внимания. Порой именно эти мелочи в корне меняют ход раскрытия дела.