Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

Закончив приготовление закусок, Марина, не теряя времени, занялась сервировкой стола. Этот процесс был похож на маленькую восточную церемонию. Спокойно, без суеты, на невысокий журнальный столик, покрытый тонкой белоснежной скатертью, девушка выставила красивые, аппетитные блюда, тарелки и приборы. В центре стола водрузила маленький букетик белых орхидей.

Облегченно вздохнув, девушка устало опустилась на диван.

Солнце клонилось к закату. День близился к концу. Тихо, почти бесшумно, работали кондиционеры. Играла нежная, завораживающая музыка. На камине мерцали огоньки свечей, стоявших в высоких золотистых подсвечниках. Откинувшись на подушки, Марина задумчиво сидела на диване. Время тянулось томительно медленно.

Неожиданно зазвонил телефон. Девушка быстро взяла трубку. На дисплее высветилось «Кобрин».

– Да, Юра!

– Мариш, привет! Как там Серега? – сдержанно поинтересовался он.

– Юр, он еще в ванной. Пока ничего не могу сказать. Но вид у него… – пытаясь подобрать слова, Марина немного помолчала, затем тихо добавила: – Вид у него ужасный.

– Все, девчонка! Прекрати! Скоро все будет позади, – задумчиво протянул Юрка.

Марина насторожилась.

– Юр, разве уже что-то известно? – радостно воскликнула она.

– Пока я ничего не могу сообщить. Но я очень близок к ответу на наши вопросы.

– Пожалуйста, не говори загадками, – взволнованно попросила Марина.

– Могу и без загадок, – ответил Кобрин и ухмыльнулся. – Скажи, ты знаешь старушку по имени Татьяна Федоровна?

– Татьяна Федоровна? – задумчиво переспросила девушка. Ни в окружении Эдика, ни у нее на работе старушек не было. Да и со слов Волошина такого имени она не припоминала. – Да нет, вроде не знаю.

– Ну ты даешь! – взвился Кобрин и резко добавил: – Это же соседка твоя!

– Татьяна Федоровна?! Баба Таня? – почти нараспев протянула Марина и удивленно округлила глаза. Причем здесь эта бабулька, соседка по двору? Конечно, характер у нее не подарок, но какое она имеет отношение к убийству Ермакова? – Ну, знаю! Но причем тут она?! Старушка, божий одуванчик!

– Да я еще и сам не знаю причем, Маринка! Мне надо поработать. Но твоя старушка мне очень помогла!

Девушка задумчиво пожала плечами.

– Как скажешь, – протянула Марина и замолчала.

– Ну ладно, пока! Когда Серега сможет, пусть перезвонит, – сурово сказал Кобрин и быстро отсоединился.

Наконец послышался скрип дверей, и на пороге комнаты появился Сергей. Не отрывая глаз, он смотрел на Марину.

– С легким паром, Сережа! – радостно воскликнула она и встала с дивана.

– Спасибо! – протянул он и нежно улыбнулся.

После двух часов, посвященных своему, как выразился Ростик, тюнингу, Волошин заметно изменился. Свежий, идеально выбритый, благоухающий, в тонких голубых джинсах и белой футболке, он снова стал похож на себя. Только потемневшие синяки под маленькими, ввалившимися глазами и припухшая щека напоминали о прошедших днях.

– Ты как? Все хорошо? Садись поскорее за стол! А я пока солянку подогрею! – засуетилась девушка и выбежала на кухню.

Кивнув головой, Волошин посмотрел на стол. Все было настолько красиво, торжественно и непривычно, что он невольно зажмурился.

– Звонил Кобрин. Сказал, чтобы ты с ним связался! – заскочив в комнату, бросила Марина и снова скрылась за дверью.

Поставив на плиту кастрюлю, она поспешила назад. Подошла к двери и замерла на месте.

Сидя за столом, Сергей сосредоточенно смотрел на блюдо, стоящее возле него. Затем быстро рукой подхватил самый большой кусок семги, лежащий в центре тарелки, и отправил его в рот. Тем же путем ушли несколько кусков свинины и помидор. Торопливо жуя, он не мог оторваться от еды. Слегка насытившись, он попытался придать блюдам первозданный вид и только потом облегченно вздохнул.

Тихо, на цыпочках, девушка вернулась на кухню. Смахнув слезу, выключила плиту.

– Приготовься, я несу солянку! – наигранно весело выкрикнула она и загремела тарелками.

– Я готоф! – глухо, с набитым ртом, пробубнил Волошин.

Торжественно держа на подносе тарелки с благоухающей солянкой, Марина вошла в комнату.

Расставив тарелки, Марина села напротив Сергея, пристально вглядываясь в его глаза.

– Принести коньяк или водку? – суетливо спросила она.

– А ты что хочешь? Может, вино или шампанское? – взяв инициативу в свои руки, предложил Волошин.

– Шампанское пить рано. Давай немного коньяку.

– Как скажешь, Маринка! Принеси, пожалуйста, французский коньяк, – вежливо попросил Волошин. – А я пока Кобрину перезвоню. Только дай мне свой телефон. А то мои как вещдоки забрали!

– Конечно! – воскликнула девушка, протягивая изящный телефон.

Улыбнувшись, Волошин взял трубку и вышел в кабинет.

Через несколько минут он вернулся назад. Счастливая беззаботная улыбка снова сошла с его лица.

– Ну, что там нового? – пытливо вглядываясь в его глаза, спросила Марина.

– Да ничего. Пока ничего, – задумчиво прищурившись, протянул он и тихо добавил: – Но, по-моему, он что-то уже знает. Знает и не говорит.

Подперев голову рукой, Марина сосредоточенно молчала.

– Сказал, что Димку готовят к операции. Сказал, что плохи его дела, – продолжил он и задумчиво посмотрел в окно. – Завтра я первым делом поеду к нему в больницу.

– Хорошо, Сереженька! – кивнув головой, согласилась девушка. – А пока садись к столу!

Сергей послушно уселся за стол и, налив в бокалы коньяк, сказал:

– Давай, Маришка, выпьем за справедливость. За торжество справедливости.

Быстро и совсем не интеллигентно Волошин выпил коньяк, немного ухнул и взялся за еду. Казалось, он был готов съесть все это в один присест. Немного стесняясь, старался сдерживать себя, но это получалось плохо. Безудержный аппетит, с которым он поглощал еду, предательски выдавал в нем очень голодного человека. И только когда Марина подала гуся, запеченного с яблоками, Сергей удовлетворенно откинулся на спинку кресла.

– Мариш, спасибо, я больше не могу, – протянул он, – кажется, я сейчас лопну!

Быстро и без суеты девушка убрала со стола.

Когда Марина вернулась в комнату, за окном было уже совсем темно. Облокотившись на подушки, Волошин смотрел телевизор. Увидев Марину, быстро выключил его и внимательно взглянул на девушку. На его лице снова засветилась нежная, счастливая улыбка.

– Спасибо, девочка моя! – чуть слышно прошептал он и взял ее за руку. Притянув, посадил на диван.

– Это тебе спасибо, Сереженька! – ответила девушка и виновато опустила глаза.

Поправив непослушную длинную челку, Марина по-детски сладко потянулась и потерла глаза. Белая футболка поднялась вверх, оголив маленький выпуклый пупок, чем-то напоминающий розовую пуговку. Волошин захлопал глазами, нервно сглотнул и нежно прижал ее к себе.