Как влюбить дракона - Полина Вечерница

class="p1">Перед глазами так и пронеслись глашатаи в чёрном, спущенные флаги, церемониальные пушечные выстрелы в порту и, собственно, подготовка к той самой церемонии в Храме — чёрные ленты, искусственные лиловые цветы повсюду, множество чёрных свечей, и… Захотелось всё прекратить.

— Льюэллин, возвращаемся. Надо успокоить Адайна и народ! — едва не вскочила она из-за с места.

— Куда?! — осадил её Лью, выпучив глаза. — Вернуться и всё испортить? Чтобы уже никогда не узнать, кто за этим стоит?

— Ты прав. Просто я переживаю за Адайна.

— Я ему передам. Потом.

— Может лучше связаться сейчас? — Лика полезла за ворот своего белого платья, чтобы достать бирюзовую бусину.

— Пока нельзя. Его громкая радость выдаст нас с потрохами. Напомню: сейчас твой благоверный вряд ли один, ибо находится в руках королевского церемониального аппарата.

— Звучит устрашающе.

— Так и есть, ваш этикет — сущее наказание, — отшутился Лью.

А вот Лике было не до шуток:

— Лью… — она наконец нащупала и вытянула из-под высокого ворота разорванную золотую цепочку. — Я потеряла бусину.

— Это даже хорошо. Главное, чтобы не в лесу. Хотя, мало ли кто мог её подобрать после взрыва и после потерять?

— Надеюсь, твоя при тебе?

— Конечно же нет, — удивился дракон. — Я ведь не хочу, чтобы нас отследили.

— Как это возможно?

— С помощью магических технологий.

— Адайн ушёл из Грайгцура, и теперь у него нет доступа к вашим технологиям.

— Адайн-то ушёл. Но, насколько я знаю, Грайгцур его не отпустил. И вообще, мало ли на что способен монарх в состоянии стресса? Может ещё вернётся в Каменное кольцо, всем наваляет и оставит трон при себе? Собственно, как и магические технологии.

— Вернётся в Кольцо?! Это самоубийство! Льюэллин, ты не видел, на что способны маги!

— Значит не вернётся, — успокаивающе поднял ладошку Лью. — Уж кто-кто, а наш драконий король всегда отличался ледяным спокойствием и рассудительностью. И он точно не самоубийца.

— Творец всемогущий, — осенила себя Лика святым кругом, — хоть бы ты оказался прав, и ему хватило выдержки.

— Да не трясись ты, — рыжий ободряюще хлопнул Лику по плечу. — Подумай лучше о том, как он будет счастлив, когда мы всех поймаем, и вы воссоединитесь вновь.

Лика выдохнула, стараясь отбросить тревожные мысли, и встала из-за стола:

— Поторопимся?

— Да. Если повезёт, будем в Угоре дотемна.

Из-за множества мыслей и переживаний долгая конная дорога показалась лёгкой прогулкой и закончилась неожиданно. А может дело было в том, что Льюэллин всё рассчитал? Или в том, что внутренне Лика стремилась оттянуть грядущие неприятные события?

Положа руку на сердце, их план был неидеален. Первая его часть зависела от них. Вторая — от случая. Но даже тот факт, что первая часть пока работала, как часы, не слишком успокаивал.

Тем не менее, они без приключений достигли Угора. Приехали к дому кузнеца. Там Льюэллин покрасил волосы в бане, щедро расплатился за молчание и сундук со старыми платьями и нарядами графов. После ужина оба мистификатора переоделись в старомодные графские дорожные платья, уселись в карету со свежими лошадьми и нанятым заранее кучером и отправились в Прайнарру.

Спать пришлось в дороге. Ночью ударил мороз, и если Льюэллин не чувствовал холода, то Лика без греющего камня (ну нет в Ардаре греющих камней) куталась в десяток одеял. Хорошо, хоть с пуховыми одеялами в родном королевстве полный порядок.

В Прайнарру они прибыли под утро. Благодаря карете с известным гербом в замок их впустили без особых проблем. Невыспавшейся и мрачной Лике с лёгкостью удалась роль сварливой графини, которой выделили маленькую комнатку в замке и совсем не выделили служанку.

— И вот мы здесь, — произнесла она, запершись изнутри на засов. — Что дальше?

— Дальше я иду в кухню требовать горячую воду для умывания и завтрак, — произнёс теперь уже темноволосый дракон, доставая из туалетного столика свечи и обновляя канделябры.

— Зачем? Не лучше ли пойти сразу к Адайну в драконью башню?

— И выдать себя? Нет. До самого конца мы будет играть роль супружеской четы провинциальных графов. И вести себя будем соотвествующе. Как графы, которые в кои-то веки приехали погостить в королевский замок.

— Это похоже на бездействие.

— Да. А ещё на сбор информации. Расспрашивать слуг и подслушивать разговоры нам ведь никто не запрещает?

— Мои слуги не сплетничают. Я их приучила к порядочности.

— Ага, — издевательски улыбнулся Лью.

— Ну тебя, — надулась Лика.

— В любом случае, у тебя есть возможность проверить результаты своего воспитания. Кстати, рекомендую пока всё же запереться в комнате. Когда вернусь, постучусь два раза, — подхватив один из канделябров, дракон вышел из комнаты.

Сначала Лика последовала его совету и заперлась. Однако, когда пришла служанка, «графиня Шэдвуд» сочла за лучшее действовать, как обычная гостья замка, и впустить её.

Пришла одна из младших горничных. Кажется, Бэтти. Лика узнала её, но вида не подала. Всё время, пока заплаканная молодая женщина перестилала кровать и развешивала в шкаф мятые потрёпанные графские платья, Лика стояла у окна спиной к служанке и не снимала вуаль, делая вид, что молится на крепостную стену, скрывающую город и золотое солнце столичного Храма.

— Леди тоже молится за нашу королеву? — вздохнула вдруг Бэтти.

Лика напряглась. Она очень боялась, что её могут узнать, хотя бы по голосу. К тому же горничная проявила бестактность — первая начала разговор, да ещё и прервала молитву. Однако Льюэллин прав, надо побольше узнать о происходящем в замке, раз уж возможность сама плывёт в руки.

— Умгу, — кивнула она.

— Мы все за неё молимся. Славная была королева. До сих пор не верится, — покачала головой служанка, натягивая наволочку на подушку.

Повисла тишина.

— Много в замке гостей? — решилась спросить Лика нарочито грудным голосом.

— Да вы, почитай, одни из первых. Нуу, из тех графьёв, кто подальше живёт. Прочие-то только с завтрашнего дня подъезжать начнут. Голубей вчера только под вечер отправили. А ночью они, известное дело, спят. К вам, наверное, одного из первых отправили?

Лика замерла. Действительно, откуда графы из провинции могли так быстро узнать столичные новости? Однако, вспомнив, что чета Шэдвуд — щедрые жертвователи Храму, она ответила:

— К нам голубь вечером прилетел. Из Храма. Жрец — близкий друг нашей семьи.

— А-а, — Бэтти взбила подушки, и теперь разглаживала покрывало.

Лика очень хотела спросить у неё об Адайне и тщательно подбирала слова. Вряд ли набожные люди из глубинки собирают сплетни о придворной жизни. В таком случае, что может интересовать провинциальную графиню, касаемо короля драконов?

Долго подирать не пришлось. Бэтти вдруг огорошила:

— Я думаю, это убийство, — зловеще прошипела она.

— Правда? — выпалила Лика, забыв изменить голос.

Но Бэтти