Венчание - Галина Дмитриевна Гончарова

Кур Устинье было искренне жалко. Хорошо еще, Борис про жену не вспомнил, как уселась она в уголке, с ним рядышком, чуть позади, так и сидела, слушала…

Только вот…

Третье поколение чернокнижников неудачным получилось. Мало того, что родился Федька ни в мать, ни в отца, внешностью да умом не выдался, так еще и припадки были у него с малолетства. Сильные, страшные…

Внешность-то что! Там и Иоанн Иоаннович красавцем, поди, не был, а вот припадки, когда с младенчества малыша корчить начинает, ломает, воет он диким голосом, пена у него изо рта идет, глаза закатываются…

И выглядит это жутко, и слухи идут нехорошие.

То ли порчу кто навел, то ли просто ребенок не жилец — выход Инес подсказала, тогда она еще жива была. Чтобы Федор в припадках что ни день не бился, его надо было кровью отца подкармливать. Мать не годилась, она сама от ритуала чернокнижного рождена, а вот Руди — в самый раз. Пришлось Руди понемногу своей кровью делиться.

Да то не сильно в тягость было. Жизнь себе шла потихоньку… только вот Любава с любовником своим расставаться не хотела. И Руди уходить не хотел никуда, ему боярин Данила приглянулся… да не просто так! Руди не Любаву, а его одного считай, всю жизнь любил. Куда тут от счастья своего уйдешь? Нет-нет, боярин Данила и не знал ни о чем таком. О ритуалах знал, о Книге, а вот о чувствах Руди и не догадывался.

А Любава к Рудольфусу прикипела серьезно, и в постели им неплохо было. Тело-то молодое, своего требует…. Ничего удивительного, что заподозрил муж неладное. А как заподозрил, так и помер, на такие штучки ведьмы мастерицы.

А на Рудольфуса магистр Родаль вышел. И предложил!

Многое предложил!

Ежели Федор на трон садится, ему помощь потребуется, а магистр таковую оказать может. Понятно же, сам по себе Федька власть не удержит, куда ему, припадочному? И бояре взбунтоваться могут, и другой кто на трон сядет…

Опять же, Бориса устранить надо будет….

Любава на него хоть аркан и накинула, не сама, конечно, Ева уж постаралась, ну так… сколько-то аркан продержится, а потом человек помрет попросту.

Тут Борис женился еще на своей кошке блудливой, а детей не было у них.

А вот когда у Федьки ребенок родился бы… ему уж и невесту приглядели. Анфису Утятьеву.

Любава не просто так ее выбрала, у Анфисы родни хватало, было кого в жертву принести ради ребеночка, опять же, и жизненных сил у нее много, и на власть она падкая, и на богатство — нашли бы чем ее соблазнить, а не ее, так боярина Утятьева. Уже и переговоры пошли, и тут Устинья подвернулась не ко времени! Чем уж она Федора приворожила, неясно, а только никого другого он и не хотел более! И Анфису оттолкнул, и…

Про убийства Руди тоже рассказал.

Вот чего не знал он, так это про Черную Книгу. Выверт такой интересный

С ведьмой спать — нормально, людей убивать, подличать, предавать — тут все хорошо, все правильно, а вот Черную Книгу Истерман даже и видеть не хотел. И слышать о ней тоже. Кто о ней знал? Ведьмы только и знают, а ему ни к чему такое!

Устя сидела, думала, что все закономерно. Федор не просто так баб в постель таскал, он от них силой жизненной подпитывался, как вампиры — кровью. Как ламия. Та ведь тоже не просто так по мужикам скакала, она жизненные силы пила!

Покамест Федор не столкнулся с ней, ему и крох достаточно было, а вот когда ранили его, да получил он от Устиньи силу полной мерой…

Вот тогда ему крох хватать и перестало.

А когда можно много получить?

Во время акта любви, но это когда именно, что любовь. Или — от смерти.

Вот и убивал Федька, сам не понимая, чего ему надобно. Силу жизненную пил…

Но о том молчала Устинья, ни к чему людям лишнее знать. Начал Федор убивать — и того им довольно.

Потом Федор жениться на Устинье собрался, Любава посмотрела на нее… нет, не почуяла она волхву. А вот силу в девушке увидела, подумала, что Федора на нее тянет. Опять же, и такое бывает, были в роду волхвы али богатыри, али еще кто, и силу наследуют, а знание — нет. Случается… Любава в Устинье такого потомка и признала. Сара на нее поглядела пару раз, согласилась, что можно брать. Эта, мол, и ритуал выдержит, и ребенка выносит. Может, даже и ребенок нормальный получится… сам детей иметь сможет.

Порча?

Было, все правильно, Сара постаралась. Все же хотели они Федора на Анфисе женить, а проще это делать было, когда б умерла Устинья. Только не получилось ничего, тут и Федька скандал устроил, да и другие дела нашлись. События то медленно ползли, а то вперед помчались, ровно стрела, из лука выпущенная…

Мощи?

Так оно с самого начала планировалось. Мощи, эпидемия, потом бы Орден помог… магистр Родаль долго такие вещи искал. Умерших от черной оспы…. Подумаешь, половина Россы вымерла бы! Варвары, чего их жалеть? Плевать на них три раза!

Не вышло почему-то!

— Устя неладное почуяла, — разъяснил Борис. — Все верно, были у моей жены в родне волхвы, патриарх о том ведал, и исповедь ее принял, и грех ей тот отпустил. Да и не грех это, не отвечает Устя за отца-мать своих. Мало ли, кто там, в глубине веков притаился, чай, и государь Сокол не простым человеком был! Устя почуяла, что смерть там таится, умолила нас испытать…

— Патриарх знал⁈

— Знал. Но Любаве не сказал ничего, верно?

Руди аж изогнуло на дыбе.

— Сволочь старая!!! Правильно его Любава убила!!!

— Убила?

— И тело в воду, — злобно расхохотался Руди. — Федька и скинул! Сам!

Борис только вздохнул тяжко.

— Вот ведь гадина! А я и не знал ничего!

— Еще немного — и не узнал бы никогда!

— У меня вопрос один, — Устинья вмешалась. — Заколка у боярыни Пронской…

И заколку она описала, и боярыню, но Руди только головой покачал. Не ведал он о таком. А и то, ведьма — тварь недоверчивая, во все его посвящать не собирался никто.

У всех свои планы были, и у ведьм, и у Истермана, и у магистра…

Вот, вчера и планы магистра прахом, считай, пошли… или нет?

Руди усмехнулся,