Космическая ферма - Дмитрий Фокин

Поляков слушал эти пояснения и внутри его все переворачивалось. Как, зачем, это все надо было делать? Иван хорошо помнил предвоенные годы с их энтузиазмом по искоренению безграмотности и алкоголизма. Уже в его детстве, появление беспризорников представлялось чем-то неординарным и постыдным, и реакция на это оказывалась самой бурной. Конечно, имелось много детских домов, но, Первая Мировая и гражданская войны, этому очень и очень поспособствовали. В его семье часто обсуждали то, как после гражданской войны страну просто заполонили беспризорники, промышлявшие воровством, разбоем и даже убийствами. Вместе с тем, в течение около 10 лет с этой бедой удалось справиться. На фронте Поляков познакомился со многими воспитанниками детских домов и может с полной уверенностью сказать, что они являлись полноценными гражданами своей страны. Каких-то особых проблем с алкоголизмом Иван так же не помнил. Конечно, мужики иногда в выходные или праздники перебирали, могли подраться и похулиганить, но на работу выходили в нормальном состоянии. Пьянство в рабочие дни не практиковалось. Любители такого быстро попадали в поле зрения партийной и комсомольской организаций, даже если не состояли в их рядах, и довольно часто отправлялись в места не столь далекие. Конечно, имелись слои общества, не охваченные этими организациями, но там действовали иные законы и на жизнь страны эти граждане особого влияния оказать не могли.

Особо его заинтересовал вопрос относительно «Сталинских репрессий» в предвоенное, военное и послевоенное время.

Николай Фомич объяснил, что согласно исторических материалов, Сталин обвиняется в том, что в годы своего правления развязал террор против населения собственной страны, в результате чего большую часть населения осудили по «политическим» статьям, а еще не меньшую часть расстреляли. Это вызвало падение роста промышленности и на первых этапах войны к серьезным поражениям из-за уничтожения командного состава.

— Подождите, Николай Фомич! Так почему Красная армия терпела поражение в начале войны? Вы же говорили, что это явилось результатом Вашего воздействия.

— Дорогой мой зять! — Николай Фомич постарался как можно больше отразить в своей интонации поучительные мотивы, вызванные глупостью неразумного существа.

— О том, что я Вам рассказал, знают очень и очень не многие на ЭТОЙ планете и никто на ТОЙ. И не надо об этом распространяться. Согласно последних веяний на Земле, общество придерживается, в крайнем случае- это официальная установка, иного мнения- единственного и непогрешимого. ВО ВСЕМ!!! Абсолютно во всем виноват Сталин. На земле этому вопросу посвящено такое количество трудов, что оспаривать это просто бессмысленно, для Землян. Сталин, как и любой человек, идущий по непроторенному пути, совершил много ошибок. Мало того, ошибок грубых и кровавых. Так почему бы это не использовать. Ведь всегда тот, кто потом изучает новое творение, без труда найдет допущенные погрешности. Повторяю- потом, их найти может любой! Даже имеющий ничтожный уровень умственного развития и образования. Создать же, что-то абсолютно новое и жизнеспособное могут только единицы из миллиардов. К сожалению, здесь вынужден признать, что созданное Сталиным государство оказалось очень жизнеспособным, иначе бы Гитлер, для которого мы создали все необходимые условия, смог выполнить возложенную на него миссию. Поэтому, Земляне должны отвечать на тот вопрос, используя только имеющуюся у них в мозгу информацию и никак иначе. А мы уже тут попробуем проанализировать насколько прочно вся эта официальная ересь засела в их мозгах.

Тут Поляков серьезно задумался. Да, он знал много людей, возвратившихся после «отсидки». Довольно большая их часть осудили за участие в гражданской войне на стороне белых, но тут Поляков ничего против не имел. Белые, например, не удосуживались направлять своих противников в тюрьму, они их просто расстреливали. Так, что новая власть проявила в этом вопросе довольно гуманное отношение к побежденным, как это не покажется странным. Очень многие попали в тюрьму за совершенное во времена разгула преступности после окончания гражданской войны. Это Иван хорошо помнил, так как часто слышал разговоры родителей на эту тему. Он помнил, как его дед возмущался высказыванием соседа — Пантелея, вернувшегося с войны с двумя орденами Красного знамени и неоднократно оравшего «по пьянке», что ему герою войны «взападло» пахать на заводе. Кстати, Пантелей прожил в их доме после возвращения всего три месяца и его трезвым никто не видел. Пантелея арестовали и посадили за разбой — он, с дружками, напали на крестьянский двор, украли там трех свиней и при этом убили хозяина. Среди рабочих завода Поляков знал несколько случаев, когда людей отправляли в тюрьму. Пару случаев за пьянство. Один случай за совершение убийства «по пьянке» в ходе ссоры из-за девушки. Один, когда работник, пришедший на работу «с будуна», угробил новый немецкий токарный станок. Комсомольская организация ходатайствовала перед руководством завода о том, что бы не наказывать провинившегося строго, однако, партийная организация и руководство настояли на том, что бы виновника посадили. Наверное, старшие товарищи лучше понимали всю тяжесть совершенного преступления, и поэтому каких либо дальнейших действий комсомольцы завода не предпринимали. Прямо перед войной посадили директора завода — очень хорошего и требовательного человека. Позже мать ему писала, что его посадили за то, что «торговал налево» продукцией завода. Дело в том, что помимо основной продукции военного назначения у них на заводе выпускали в одном из цехов обыкновенные иголки, и данный товар пользовался настолько большим спросом, что рабочих этого цеха на проходной проверяли даже лучше, чем в оборонных цехах. Тем не менее, случаи выявления «несунов» не прекращались. Так вот, директор завода по подложным документам организовал хищение продукции и перепродажу ее спекулянтам. Кстати, очень многие, кто попал в тюрьму, в то время промышляли спекуляцией. Возраст и круг общения не позволяли ему судить о том какая ситуация с «репрессиями» сложилась в других кругах общества.

Вспоминая войну, Поляков мог согласиться с тем, что в ее начале ими командовали не совсем опытные командиры. Иван лично не всегда понимал их замысел на ведение боя, так как командиры больше походили на комиссаров времен Гражданской войны, придерживавшихся правила — лихо с шашкой наголо на врага. Полякову приходилось участвовать в таких лихих атаках, заканчивавшихся почти поголовным уничтожением подразделений. Вместе с тем, уже прослужив на момент начала войны больше года, он хорошо изучил части Боевого устава Красной армии, касающихся ведения боя взводом и ротой, и мог с полной уверенностью сказать о том, что его командиры руководствовались исключительно имевшимися там положениями. Кстати, в боевом уставе, действительно, напрочь отсутствовали вопросы ведения оборонительного боя. Поэтому, в любой, даже самой убийственной для подразделения ситуации, поступала команда атаковать. Потом появились наспех распечатанные, даже не наставления, а листовки. В них излагалась тактика подразделений в обороне. Эти листовки раздавали солдатам и младшим командирам и, к чести их составлявших, уже имея некоторый опыт, лично он почерпнул в них много нового и полезного. Значит, перед войной в этой области действительно допустили ошибку. Последующие боевые действия Ивана в этом только убедили. За все время его службы в полку, ему не известен ни один случай, когда военнослужащих полка судили по «политическим» статьям. Солдаты ходили в самоволки и выясняли между собой отношения. Были случаи, когда торговали имуществом. Офицеры так же периодически «гремели» в таких делах. На политзанятиях замполит полка рассказывал о том, какая сложилась ситуация в армии после Гражданской войны. Оказывается, таких «Пантелеев» тоже хватало и в действующей армии. Замполит назвал это «Героическим головокружением». От этих офицеров армия и избавлялась. В конце 30-х годов ситуацию удалось исправить, и он, замполит, этим очень гордился. Сам Поляков только слышал об этих временах. Во время его службы ничего подобного не происходило, дисциплина среди военнослужащих поддерживалась железная.