Грядущая буря - Дэвид Вебер

Кардинальное изменение ситуации в результате неожиданного формирования Большого Альянса существенно сократило даже самые оптимистические сроки того, сколько времени потребуется Мантикоре, чтобы восстановить индустриальную мощь Старого Звездного Королевства. Хотя даже теперь нельзя было сказать, что это произойдёт в одночасье. Все понимали — для этого потребуется не один стандартный год.

Именно поэтому на Беовульфе уже готовились запустить собственные линии по производству МДР, пусть у него и не было ни одного собственного подвесочного супердредноута. Но зато, в отличие от Хэвена, были базовые технологии, требующие вложения гораздо меньших затрат времени и средств, чтобы начать производить молекулярную электронику и миниатюризированные гравитационные компоненты, необходимые для сборки такой ракеты как Марк–23Е. Так что на ближайшее будущее Беовульф становился основным поставщиком ракет для Большого Альянса. Собственно говоря, если всё пойдёт так как запланировано, то в течение нескольких ближайших стандартных месяцев Беовульф сможет начать производство платформ «Замочной скважины–2» для собираемого в Болтхоле хэвенитского СД (п) специальной серии, который, к тому времени, будет перебазирован на Мантикору для завершающего монтажа, произведённых на Беовульфе компонентов.

Одна мысль об этом вызывала у Элизабет головокружение, но Хонор и Хэмиш обещали ей, что это так и будет. Пока, по крайней мере, Беовульф оставался нетронутым и двести подвесочных супердредноутов, размещенных там для защиты системы, наводили на мысль, что так оно и будет.

— Ну, во всяком случае, — сказала Притчарт, — похоже на то, что процесс пошёл. Я должна признаться, что были моменты, когда я не была ни в чём уверена.

— Элоиза, мы с тобой две самых упрямых из самых неуступчивых женщин в галактике, — напомнила Элизабет. — И если мы всё же смогли договориться между собой — то куда он денется.

— Не буду спорить с тобой, — улыбнулась Притчарт. — И на этом я позволяю тебе вернуться к семье и предстоящей свадьбе. Не сомневаюсь — это гораздо приятнее.

— Именно, и по многим причинам, — согласилась Элизабет. — И присутствие на королевской свадьбе президента Республики Хэвен в качестве почётного гостя не совсем то, чего я ожидала ещё месяц назад.

— И с этим я согласна. — Усмехнулась Причарт и её рука потянулась было к кнопке завершения соединения, но затем остановилась. — Да! Пока я не забыла. Лесли в своем послании затронула ещё один момент — сможем ли мы получить древесных котов для критически важного персонала на Новом Париже. Она знает, что это затея котов, и она не пытается протолкнуть идею о назначении чиновников, опираясь на их выбор, но мне кажется, что службы безопасности дома воспринимают возможность нанотехнологических убийств очень серьезно.

— Я буду обсуждать это с доктором Арифом и Певицей-Скорби завтра рано утром, — заверила ее Элизабет. — По итогам моей последней беседы с ними, я сказала бы, что после свадьбы мы сможем послать вместе с тобой несколько дюжин, по крайней мере. Совсем не исключено, что их будет больше.

— Спасибо, — тепло улыбнувшись, сказала Причарт. — И на этом, Элизабет, возвращайся к семье. Поговорим потом. Конец связи.

Июль 1922, после Расселения

«Ты что, хочешь чтобы мы все сдохли?!»

— подполковник Нацуко Окику,

Жандармерия Солнечной Лиги.

Глава 29

Сэр Лиман Кармайкл, который никогда не ожидал заменить убитого Джеймса Вебстера в качестве посла Мантикоры в Соларианской Лиге, стоял у окна пятого этажа и смотрел вниз, на сцену плохой исторической голодрамы. Его высокое положение в одном из кабинетов делегации от Беовульфа в Ассамблее давало ему поразительно хороший обзор.

Чёртовы идиоты, подумал он с отвращением. Только Солли. Никто во всей галактике не проглотил бы той порции дерьма, что раздавал Амбруццо! Но Солли? Вместе с крючком, леской и грузилом.

Он покачал головой. В разумной вселенной, можно было подумать, постоянное воздействие лжи привьёт хотя бы частичный иммунитет. Взгляд на море сердитого, кричащего человечества, забившего площадь перед резиденцией Беовульфа, казалось, демонстрировал, что это не так. По сути, он начал думать, что постоянное воздействие на самом деле ослабляет способность распознавать истину в тех редких случаях, когда она, наконец, приходит.

Ты снова циничен. И несправедлив. Но не слишком несправедлив. Не похоже, что эти идиоты не слышали истории обоих сторон — или подвергались им, во всяком случае — прежде чем они решили выйти и продемонстрировать свою глупость.

На данный момент, Кармайкл был относительно в безопасности в личном смысле, здесь с делегацией Беовульфа. Этого не должно было быть значительным рассуждением, но так было в данном случае. В межзвездном праве, принятом большинством звездных наций, его лицо было юридически священно, независимо от того, что произошло в отношениях между его звёздной нацией и другой. Даже во время войны, он должен быть благополучно возвращен под юрисдикцию своего правительства, как и любые послы Звездной Империи, репатриированные при аналогичных обстоятельствах.

Соларианская Лига, тем не менее, никогда не находила время для ратификации данного межзвездного соглашения. Это не имело значения в прошлом, так как никто не был сумасшедшим, чтобы бросить вызов Лиге, а это означало, что Старому Чикаго никогда не приходилось иметь дело с этой проблемой. Однако, это оставило Кармайкла в своего рода серой зоне в нынешних условиях, и он вовсе не был уверен, как Колокольцов и его приспешники могут истолковать закон в его случае. Именно поэтому он переехал в резиденцию Беовульфа, который пользовался экстерриториальным статусом в соответствии с Конституцией. Предполагая, что никто не обращает внимания на Конституцию. С другой стороны, если события продолжат развиваться, как сейчас, Беовульф будет пользоваться каком-либо правовым статусом в рамках Соларианской Лиги не очень долго.

Он не мог слышать отдельные скандирования или крики сквозь фон прибоя от шумящей толпы, не с пятого этажа через герметичные окна. Но он знал, что они кричали. И даже если он не знал, он мог читать плакаты и голо баннеры.

МАНТИКОРСКИЕ УБИЙЦЫ!

МЯСНИКИ!

ХАРРИНГТОН + ПРЕДАТЕЛЬСТВО = УБИЙСТВО!

ПОМНИТЕ АДМИРАЛА ФЛОТА ФИЛАРЕТУ!

УБИЙЦЫ, НЕ АДМИРАЛЫ!

ВОРЫ, ЛГУНЫ, И УБИЙЦЫ!

И в то же время были для Беовульфа, конечно.

ПРЕДАТЕЛИ!

МАНТИКОРСКИЕ СУТЕНЕРЫ!

ЧЕЙ НОЖ В СПИНЕ АДМИРАЛА ФИЛАРЕТЫ?

ГДЕ ВАШИ ТРИДЦАТЬ СЕРЕБРЕННИКОВ?

БЕОВУЛЬФ ПОМОГ УБИВАТЬ ОДИННАДЦАТЫЙ ФЛОТ!

ГДЕ БЫЛА АДМИРАЛ ЦАНГ, КОГДА ОДИННАДЦАТЫЙ ФЛОТ НУЖДАЛСЯ В НЕЙ?

Кармайкл вздохнул и отвернулся от окна, только чтобы обнаружить, что кто-то стоял за его спиной.

— Госпожа Делегат, — сказал он с небольшим поклоном.

— Господин Посол. — Фелиция Хедли, старший представитель Беовульфа в Ассамблее Солнечной Лиги, вернула ему поклон. Она была стройной женщиной, с черными волосами, карими глазами и золотым цветом лица. Она была по крайней мере на несколько стандартных лет старше Кармайкла, но веснушки, рассыпанные по переносице делали внешность ее намного моложе, так или иначе.

— Я только наблюдал шоу, — сказал он.

— Я знаю. Я наблюдала, как вы наблюдали. — Она слегка улыбнулась. — Впечатляет, не так ли?

— Не так впечатляет, как то, что высокоэффективная полиция Старого Чикаго, кажется, как-то совершенно не в состоянии разогнать эту совершенно не-санкционированную и стихийную демонстрацию. — С ядовитой иронией ответил Кармайкл, и на этот раз Хэдли фактически усмехнулась.

— Та же мысль пришла мне в голову», призналась она. — Фактически, я задалась вопросом, не добавить ли мне это к ежедневному обвинению в зале Ассамблеи.Это ничего не изменило бы, конечно, но это могло бы заставить меня чувствовать себя немного лучше.

Выражение ее лица было почти капризным, и Кармайкл покачал головой.

— Простите, мадам делегат, но я не пердставляю, как вы устояли так долго. В лучшем случае, Ассамблея превратилась в какой-то зоопарк, куда туристы приезжают, чтобы увидеть экзотических животных. Или, может быть выражение, которое я действительно хочу применить, это вымирающие виды!

— Не самое тактичное из описаний, может быть, но в точку, — сказала она рассудительно. Потом она пожала плечами, и выражение у нее оказалось более серьезным. — На самом деле, это не плохое описание вообще, но, вы знаете, я искренне верила, когда-то, по крайней мере,что я могла бы достичь чего-то стоящего.Даже если это было бы только отголоском прошлого, напоминанием того, чем Лига однажды должна была быть. Теперь, — она ступила мимо Кармайкла, чтобы посмотреть в окно, — все это кажется столь же глупым, как и бессмысленным.