Избранница мести - Барбара Элсборг

Кейт бросилась бежать.

Глава 39

— Ты за рулем, — указал Джек, провожая Натана к его машине.

— Куда мы направляемся? — Натан почувствовал облегчение, когда они вышли из дома.

Хотелось надеяться, что Элиза прямо сейчас звонит в полицию. Еще лучше, если бы Люк Фостер оказался за углом.

— Спасать жизнь Кейт, если ты поторопишься, или найдешь только ее тело.

— Что?

— Кейт с моим отцом, и к этому времени он уже знает, кто она такая. Направляйся в Берне.

Даже без пистолета Джека, направленного ему в живот, Натан не собирался ничего предпринимать. Нет, пока он не нашел Кейт. Тогда до него дошло, что сказал Джек.

— Что ты имеешь в виду, он узнает, кто она?

— У нашей матери был роман с отцом Кейт.

Натан крепко сжал руль.

— Господи! Еще одна ложь? — Его сердцебиение участилось. Он больше не знал, чему верить. — У нее был роман, и ты убил ее?

— Я не убивал ее. — Пистолет уперся Натану в живот. — Жми на газ.

Натан завел двигатель.

— Она сказала, что возьмет меня с собой. Ты хоть представляешь, как я был счастлив, что сбегу от своего отца? Мама собиралась оставить Стивена и забрать меня. Я был тем, в ком она нуждалась. Зачем мне убивать ее? — Джек сильнее надавил пистолетом.

— Ладно, ладно, — произнёс Натан. — Полегче с этой штукой.

— Я нашел ее на полу. — Джек тяжело выдохнул. — Она была убита. Повсюду кровь. Кусочки ее повсюду. Я думал, на нее напал медведь. — Он сделал паузу. — Я пытался собрать ее воедино. Потом что-то ударило меня, и в следующее мгновение я оказался подо льдом.

Разум Натана трансформировал образы его умершей матери в образы Кейт.

Боже, он надеялся, что с ней все в порядке. Ему нужно заставить Джека говорить.

— Как думаешь, кто ударил тебя ножом?

— Стивен. Видимо, он увидел меня, покрытого кровью, и подумал, что я убил маму.

«Потому что этот придурок, вероятно, так и сделал», — подумал Натан.

— Почему он подумал, что ты убил ее?

Джек коротко рассмеялся.

— Кроме того факта, что я сидел там, засунув руки в ее тело? Я сказал ему ранее, что мама позволила мне трахнуть ее. Я хотел разозлить его, но не думал, что это сведет его с ума. — Джек прижал пистолет к яйцам Натана, и он напрягся. — Потом, когда остались только мы с папой, я подумал, что ж, теперь у него только один сын, и он будет любить меня так же, как любил Стивена. Я ошибся. Он отослал меня прочь. Никогда не навещал. Когда я выписался из больницы, все, что его заботило, — это найти школу, готовую принять меня. Если я вел себя прилично, он игнорировал меня. Так что я был настолько плох, насколько мог. Тогда он заметил меня. — Джек издал очередной короткий смешок. — Второй съезд.

Натан понимал, что должен быть наготове. У него только один шанс.

— Мне потребовалось много времени, чтобы понять, что я никогда не сделаю его счастливым. Он был слишком одержим Дэвидом Эвансом, у которого все еще оставались семья, жена и ребенок… Оливия Кэтрин Эванс. Моя Кейт.

Натан крепче вцепился в руль.

— Прямо и второй поворот налево. Папа подождал, пока она подрастет, а затем выпустил на волю своего психованного сына. Я сделал то, что он велел, потому что был слишком глуп, чтобы понять, что никогда не смогу заставить его полюбить меня. Однажды, когда милая маленькая Кейт возвращалась домой с репетиции оркестра, я затащил ее в кусты и трахнул.

Натан вцепился в руль, желая, чтобы это была шея Джека.

— Господи, Джек. Ты знал, что это неправильно. Ты мог бы сказать «нет».

— Если бы я отказался, он отправил бы меня обратно в «Хуперс». Этого не должно было случиться. — Голос Джека был холоден, как сталь.

Натан задавался вопросом, что они с ним сделали.

— Папа обещал, что меня не поймают. Он наблюдал, чтобы убедиться. Я прикрыл глаза Кейт. Она понятия не имела, что там был кто-то еще. — Он хмыкнул. — И знаешь что? Папа был доволен мной. Впервые в моей гребаной жизни я сделал его счастливым, изнасиловав ребенка. Он ждал, что их семья распадется, только Кейт никому не рассказала. Не думаю, что такой сценарий приходил ему в голову. Он выместил это на мне. Сказал, что я, видимо, напугал ее так, что она замолчала. Следующий поворот налево.

Натан сделал поворот. Пока они не добрались до дома, ничего нельзя было сделать.

— Однажды папа открыл шампанское, хлопнул меня по спине и сказал, что я все-таки хорошо поработал той ночью. Он сказал, что у Кейт был нервный срыв. Только он солгал. Позже я узнал от матери Кейт, что у Кейт родился мальчик, и он умер. Мой сын умер, и он открыл гребаное шампанское.

— Почему ты снова напал на Кейт?

— Ты трахнул ее? — Джек прижал пистолет к паху Натана.

— Нет.

— Лжец. Что ж, я думаю, мама была бы мной довольна. Она часто говорила мне быть хорошим братом и делиться своими игрушками.

Челюсть Натана сжалась.

— В чем твоя проблема, Джек? Почему ты так сильно меня ненавидишь?

— Мама на самом деле говорила о тебе. Раньше нам было интересно, что ты делаешь, как ты выглядишь. Наш секрет. Папа ясно дал понять, что она никогда не должна связываться с тобой. После того, как она умерла, я часто мечтал, что ты придешь и спасешь меня. Когда ты все-таки появился, то опоздал на несколько лет. Но ты мог бы попытаться все исправить. Ты мог бы выбрать меня своим шафером. Я недостаточно хорош даже для того, чтобы быть шафером.

У Натана пересохло во рту.

— Я только встретил тебя и начинал узнавать тебя лучше.

— Ты бросил Элисон в мои объятия.

— Я хотел, чтобы вы стали друзьями, а не любовниками.

— Не потребовалось много усилий, чтобы затащить шлюшку в постель. Одно прикосновение к ее бедру, и я уже имел её.

Натан хотел поддержать его разговор.

— Я все еще не понимаю, почему ты снова пошел за Кейт.

— Когда встретил ее мать в «Эшленде» и узнал о ребенке, то понял, как сильно папа использовал меня. Он никогда не заботился обо мне, но все твердил и твердил о том, чтобы я остепенился, женился, завёл детей. Я был ему бесполезен, но внук — другое дело. Единственный человек в мире, которого он не хотел бы видеть моей невестой, — это Оливия Эванс. Так вот на ней я