Просто умереть - Питер Джеймс

– Молодец, – кивнул Рой, уже заметив, что «ауди-ТТ» Эшли стоит на обычном месте перед подъездом. Он велел Нику взять под наблюдение улицу за домом, после чего группа двинулась к цели.

Свободных парковочных мест поблизости не оказалось, так что им пришлось приткнуться возле «ауди». К тому времени уже практически полностью рассвело. Дав Николлу пару минут на то, чтобы занять позицию, Грейс вместе с сотрудниками проследовал ко входной двери и нажал на кнопку звонка.

Ответа не последовало.

Он позвонил снова и, чуть выждав, еще раз. Наконец кивнул Бену Фарру, который достал из «транзита» мощный таран размером с крупный огнетушитель. Сержант поднес орудие к двери, с размаху ударил по ней, и та распахнулась.

Грейс вошел первым.

– Полиция! – закричал он. – Эй, есть тут кто? Полиция!

Однако служителей закона приветствовали лишь безмолвно мигающие индикаторы стереосистемы. В сопровождении подчиненных Рой поднялся по лестнице и остановился на площадке второго этажа, чтобы вновь прокричать:

– Эй! Мисс Харпер?

Тишина.

Он открыл одну дверь, ведущую в крохотный санузел. За другой оказалась безликая гостевая спаленка, которой, судя по всему, никогда и не пользовались. Чуть поколебавшись, суперинтендант толкнул последнюю дверь. Это была главная спальня, однако на широкой кровати сегодня ночью определенно не спали. Окна были плотно зашторены, так что Грейс отыскал выключатель и щелкнул им. Вспыхнули потолочные светильники.

Комната выглядела нежилой, прямо как гостиничный номер, ожидающий следующего постояльца. Рой окинул взглядом безукоризненно заправленную кровать, телевизор с плоским экраном, радиоприемник с будильником и пару репродукций картин Дэвида Хокни.

Никаких признаков Эшли Харпер.

Где же она, черт побери?

Грейса охватила тихая паника. Он переглянулся с Брэнсоном. Оба уже поняли, что их перехитрили, – но в чем именно и каким образом? Рой представил, какую выволочку устроит ему Элисон Воспер, если окажется, что он без всяких на то оснований разбудил посреди ночи мирового судью.

А уж о причинах, по которым они не застали Харпер у себя дома, можно было гадать до бесконечности. На какое-то мгновение Грейс здорово разозлился на друга. Это все из-за Гленна. Именно он втянул его в это чертово дело, которое изначально не имело к нему никакого отношения, было совершенно не его проблемой. А теперь у него проблем выше крыши, и это еще не конец: да уж, как говорится, чем дальше в лес, тем больше дров.

Обдумывая тактику прикрытия собственной задницы на случай, если Номер 27 на него наедет, Рой вновь принялся мысленно перебирать все известные ему факты. Гибель Марка Уоррена. Записка. Палец в холодильнике. Сведения, обнаруженные Эммой-Джейн. И целая куча всяческих несоответствий. Агрессивное поведение Уоррена на свадебном банкете. Приехавший на свадьбу канадский дядюшка Брэдли Каннингем, весь такой изысканный и шикарный. Как он там говорил? «Вообще-то, эти штаны жутко тесные! Взял напрокат у ваших хваленых „Мосс бразерс“, да вот только, похоже, штаны мне подсунули на размер меньше!»

Грейсу не раз доводилось бывать в Соединенных Штатах и в Канаде, и он неплохо разбирался в особенностях английского языка этих стран. В частности, ему было известно, что североамериканские модники могут именовать обычные брюки «штанами», но парадные назовут только «брюками», и никак иначе. Незначительная, но все же зацепка: Брэдли Каннингем вполне мог оказаться вовсе не тем, за кого себя выдавал.

Однако весьма сомнительно, чтобы Элисон Воспер приняла в расчет столь шаткий аргумент.

– Разберите дом по кирпичику, – устало приказал Рой своей команде. – Переверните, черт побери, каждый камень. Выясните, кто владеет этим жильем. Кому принадлежат телевизор, стереосистема, «ауди» на улице, ковры, розетки в стенах. Меня, черт побери, интересует каждая мелочь, имеющая отношение к Эшли Харпер. Я хочу знать о ней больше, чем она о себе самой. Это понятно?

Обыск продолжался вот уже два часа, но пока что ничего обнаружить не удалось. Эшли Харпер словно бы прошлась по дому со сверхмощным пылесосом. Только мебель да немного продуктов в холодильнике: стаканчик биойогурта, остатки соевого молока, пучок редиски и полупустая бутылка шотландской минералки «Сейнсбери».

К Рою, занятому переворачиванием матраса в гостевой спальне, подошел Гленн:

– А согласись, старик, все-таки это странно: она как будто знала, что мы нагрянем.

– А вот почему мы не знали, что она решила свалить?

– Опять ты за свое: отвечаешь вопросом на вопрос.

– Ага, – отозвался Грейс, который из-за усталости раздражался все сильнее и сильнее. – Наверное, это потому, что некоторые только и умеют задавать вопросы, а ни одного гребаного ответа от них сроду не дождешься.

– Эй, хорош злиться! – примирительно вскинул руку Брэнсон.

– Ладно, проехали! Все в порядке.

– Так где же Эшли Харпер, мать ее?

– Уж точно не здесь.

– Это я понял.

– Рой! Взгляните на это… Может, пригодится? – В комнату влетел детектив-констебль Николл с клочком бумаги, который он протянул шефу.

Это оказался чек из магазина известной лондонской компании «Сенчури рэйдио», из их филиала, расположенного на Тоттенхэм-Корт-роуд. На нем было напечатано: «AR-5000 Киберскан, £ 2 437,25».

– Где ты это нашел? – спросил Грейс.

– В мусорном баке на заднем дворе, – гордо ответил Ник.

– Две тысячи четыреста тридцать семь фунтов за сканер? – удивился Рой. – Что же это за сканер такой дорогущий? Какой-то навороченный компьютерный прибамбас? – Немного подумав, он добавил: – Да и зачем выбрасывать чек? Его ведь принято хранить вместе с гарантийными талонами, верно ведь?

– Чертовски верно, – живо согласился Гленн.

Грейс отыскал на чеке дату: прошлая среда. Время покупки – 14:25. Любопытно… Во вторник вечером у Эшли Харпер пропадает жених. А на следующий день она вдруг идет в магазин и покупает сканер за две с половиной тысячи фунтов стерлингов. Что-то здесь явно не вязалось – пока, во всяком случае. Суперинтендант взглянул на часы: начало девятого, они вот уже два часа как переворачивают дом вверх дном.

– Не знаю, во сколько открывается «Сенчури рэйдио», но нам необходимо разузнать, что это за сканер такой, – объявил он.

– Есть какие-нибудь предположения? – поинтересовался Брэнсон.

– Да просто уйма. Слишком много. Даже чересчур, – ответил Грейс, а затем добавил: – Без четверти десять мне нужно быть в Королевском суде Льюиса.

– По делу своего старого друга Суреша Хуссейна?

– Прямо сердце кровью обливается, когда представляю, насколько он без меня скучает. Как насчет завтрака? Большая порция яичницы с беконом, как и полагается?

– Холестерин, дружище, вреден для сердца.

– Ха, нашел чем пугать! Прямо сейчас для моего сердца вредно абсолютно все.

82

В Королевский суд Льюиса, располагавшийся в старинном особняке Георгианской эпохи, Грейс прибыл заблаговременно. Войдя в просторную и оживленно бурлящую комнату ожидания – единую для трех