Сирена и Виктория - Александр Галин

Сирена. Ангел был, а я его не узнала?

Виктория. Может быть.

Сирена. Что между вами было?

Виктория. Ничего. Я довезла его до института, накормила его собаку стерлядью… и Тимофея накормила, его ассистента. Как этот голодный мальчик ел уху, если бы ты видела! Сколько было благодарности в его глазах! А Костя сразу заснул… И этот Тимофей сказал, что Константин Николаевич открыл звезду и вот, за то что я их накормила, они назовут эту звезду Виктория.

Сирена. Звезда Виктория…

Виктория. Виктория.

Сирена. Я звала на помощь Козерога, а ко мне кто пришёл?

Виктория. Ты сама перепутала телефон.

Звонок входной двери.

Он пришёл! Это он…

Сирена. Опять тебя затрясло? Нет, Вика, я не думала, что ты окажешься такой легко возбудимой. Если тебя от дверного звонка трясти начинает, ты мне скажи, ты что замужем столько лет делала? Иди открывай!

Виктория. Константин Николаевич пришёл к тебе…

Сирена. Да ладно! Ко мне!.. Примешь сама кастрюлю.

Виктория. Он не знает, что я здесь.

Сирена. Узнает. Ну что ты дрожишь, как хризантема?!

Виктория. Ты встреть его, пожалуйста… как хозяйка дома…

Сирена. Да зачем он мне нужен? У меня собак нет.

Виктория. Я прошу! Куда ты?

Сирена. Если он спросит, где хозяйка, скажи – пошла изучать глагол «дринк» в настоящем времени и просит ей не мешать.

Уходит в соседнюю комнату. Виктория идёт открывать, но вскоре возвращается. Говорит громко.

Виктория. Прошу тебя, открой свою дверь!

Сирена (из-за двери). Сама открыть не можешь? Опять руки дрожат?

Виктория. Там у тебя такое количество замков, я с ними не могу справиться!

Сирена вышла, переодетая в новый, броский костюм.

Сирена. Что дрожишь? Теперь-то что он тебе плохого сделает? На возьми бутылку в руки.

Виктория. Я что, пойду встречать человека с бутылкой? Он и без того, наверно, думает, что здесь вертеп.

Сирена. А что плохого, встретить человека с бутылкой? Не с колотушкой же! Меня бы так кто встретил! Ну возьми из вазы букет – встреть его с букетом.

Виктория. О господи! Ну открой дверь, я прошу! Иначе он сейчас уйдёт!

Сирена. Вика, ты что, так запала на него?

Виктория. Открывай!

Сирена выходит. Виктория в волнении прислушивается. Проходит довольно долгое время, в течение которого из прихожей доносятся смех и взвизгивание Сирены.

Сирена и Константин наконец появляются.

Сирена. Слушай, ну ты меня прямо убил, с кастрюлей! Ты меня поставил в такое двусмысленное положение. Что обо мне теперь соседи скажут! Мужчины, скажут, к Сирене со своей закуской ходят… Я в глазок смотрю: вроде человек стоит незнакомый, а кастрюля моя…

Константин. Мне тоже потребовалось время, чтобы вас вспомнить.

Сирена. Знаешь, Вениамин, у Пушкина, в опере «Евгений Онегин», сказано: Онегин, я вчера моложе, я лучше, кажется, была… Может быть, ты меня не узнал, потому что от меня вчера мадерой пахло, а сегодня хересом.

Константин. Я запамятовал ваше отчество…

Сирена. А ты меня вчера по имени звал.

Константин. Правда? Ну тогда, извините, напомните имя…

Сирена. Для очень близких друзей мужского пола я – Сирена.

Константин. Сирена, меня зовут Константин.

Сирена. Ой, Вика, а я про тебя и забыла! Хочу представить тебе, Константин: это гувернантка моя, Виктория.

Константин. Здравствуйте, Виктория.

Виктория. Здравствуйте, Константин Николаевич.

Константин. У вас занятие?

Виктория. Да, мы занимаемся.

Константин. А я вот кастрюлю принёс.

Виктория. Кастрюлю? Очень хорошо.

Константин. Я вам помешал?

Виктория. Нет. Вы пришли как раз к нашему перерыву.

Сирена. Перемена только началась, звонок не скоро. Не скоро. Нам вот в школьный буфет на рассвете подвезли украинские товарищи херес… А до этого мы ученикам торговали водочку и всякие закуски солёные… Значит, тебя зовут Константин… А меня Сирена. Интересное имя, правда?

Константин. Имя не затёртое, прямо скажем.

Сирена. Имя – это мне мама дала, потому что её любимый человек утонул в фонтане. Не помню, я тебе эту историю вчера рассказывала?

Константин. Не помню тоже.

Сирена. Ну, а помнишь, что мадерку ты тут без меня всю оприходовал?

Константин. Это была одна из моих основных ошибок, которые я вчера совершил.

Сирена. Есть такая народная мудрость: никогда не жалей сегодня о том, что ты выпил вчера, не гневи Бога – настанет день, когда тебе не поднесут.

Костя. До сих пор болит голова.

Сирена. А при чём же здесь мадера? Ты претензии предъявляй к своей голове. Моя-то не болит.

Костя. Кроме мадеры, была ещё и водка в больших количествах, что для меня не совсем обычно.

Сирена. Ты знаешь, у меня вчера тоже сложился нестандартный день. В первой половине дня, с утра, преобладали ликёры, в обед я с Ашотом попала в салон на презентацию нового средства для ухода за кожей – там, кроме этого средства и шампанского, ничего не было. А голову мы сейчас освободим от боли. Чтоб такая голова боль терпела, мы не можем допустить! Пожалуйста, садись.

Константин. Мне бы не хотелось вам мешать.

Сирена. Константин, ну зачем ты так? Мне помешать-то нельзя. Чему мешать-то? Знаешь, как раньше говорили у нас в торговле? Не завезли. Глаголы-то мы ещё не завезли пока… Садись, садись к столу. У меня сегодня не только херес. Этот херес пусть пьют гайдамаки. А вот если я, к примеру, Виктория Станиславовна… я бутылочку настоящего шотландского виски открою для дорогого гостя, остальные напитки не обидятся?

Виктория. Этот вопрос вы можете задать своему… – я не знаю, кто вас консультирует по поводу напитков – гастроному, дизайнеру стола!..

Сирена. Вика, ты чего, обиделась на меня, что ли?

Молчание.

Вика, ты обиделась, что я тебя гувернанткой назвала? Я хотела наоборот, как можно красивее…

Виктория. Называйте меня, как хотите.

Сирена. Вика! Зачем так сразу обижаться?

Виктория. Тема закрыта!

Сирена. Костя, ну вот ты нас рассуди: имею я право её гувернанткой назвать? Я наняла себе репетиторшу, она у меня… служит по найму, на дому.

Виктория. Я не служу у вас!

Сирена. Вика, ну ведь не я к тебе прихожу, а ты ко мне приходишь. Я тоже книги читала и, как вас называли раньше, я знаю. Ты глянь, Костя, глянь, как она на меня смотрит! А я её всё равно люблю.

Константин. Я тоже прихожу служить на дому. Правда, я больше внимания уделяю собакам, чем хозяевам.

Сирена. Знаем, чему вы внимание уделяете, знаем. (Хохочет.) Вика, не обижайся. Ты лучше помоги мне справиться с вопросом, как нам его называть.

Виктория. Как нам вас называть, Константин Николаевич? Псарь?

Сирена. Ну зачем ты так, Вика?

Константин. Коллеги называют меня стилист-кинолог.

Сирена. Вообще-то, Костя, ты всех запутал. Я до сегодняшнего дня думала, что ты по женской части, а она вот утверждает, что ты – по собачьей.

Собирается наполнить рюмки.

Виктория. Пожалуйста, мне не наливайте!

Сирена. Вчера ты у нас проходил как Козерог. (Снова хохочет.) Вика, да не сиди ты с таким лицом, а то мы тебя сейчас отвезём на завод «Монумент-скульптура» – тебя там в бронзе отольют. (Опять хочет налить.)

Виктория. Пожалуйста, мне не наливайте!

Константин. К сожалению, я тоже откажусь: впереди работа. Если вам не составит труда вернуть мне намордник…

Сирена. Какой намордник?.. У меня татарка, которая у меня тоже тут в услужении, уборку делает по утрам, она меня про намордник-то, помню, спросила… А вот что я ей ответила – я не помню.

Константин. Меня ещё волнуют инструменты…

Сирена. Не волнуйся. Мне они не нужны, я стригусь в салонах… Но ты знаешь… очень возможно, что я дала ей приказ ликвидировать твои следы, Константин… Я очень была на тебя сердита.

Константин. То есть, если я вас правильно понял, вы хотите сказать, что, возможно, мои инструменты пропали?

Сирена. Завтра я куплю тебе инструменты.

Константин. Второй день я из-за вас терплю колоссальные убытки!

Сирена. Оплачу я тебе твои убытки, не волнуйся. Какие это деньги, Костенька! Да что деньги – разве в них счастье?! Кто мне оплатит мои убытки! Знаешь, какая у меня сегодня с самого утра депрессия! Я вставать с постели сегодня не хотела. Из-за тебя.