Загадка Белой Леди - Дмитрий Вересов

– Полноте, Билл, – поспешил вмешаться хозяин. – Мы собрались не для того, чтобы вспоминать старые обиды. К тому же словосочетание «бывший президент» – это абсурд, все равно, что «бывший дог». Президент Соединенных Штатов – это не должность, это, с вашего позволения, порода. Только люди особые, отмеченные свыше…

– Благодарю, Клайв, мне содовой со льдом, – прервал тираду хозяина экс-президент.

– Последовали благотворному примеру сына, сэр?

– Воздержание от алкоголя еще никому не вредило.

– Слыхали, Макмиллан? – подхватил Петти. – Спиртное, особенно в нашем возрасте…

Макмиллан на это лишь усмехнулся, щедро плеснул «Сен-Папена» в хрустальный бокал, поставил его на серебряный поднос рядом с двумя стаканами, наполненными безалкогольными напитками, и, чуть приволакивая левую, не до конца восстановившуюся после инсульта ногу, двинулся по толстому ковру кабинета к курительному столику, за которым расположились гости. Разговор предстоял конфиденциальный, поэтому он услал верного дворецкого и теперь сам исполнял его обязанности.

Экс-президент откинулся в кресле и, лукаво щурясь в очки, наблюдал за происходящим. Макмиллан расставил напитки и уселся напротив.

– Ваше здоровье, господин президент! – Макмиллан поднес бокал к губам, но отхлебнуть не спешил, с наслаждением вдыхая аромат отменного коньяка столетней выдержки. – Поверьте, мы польщены тем, что вы откликнулись на наше приглашение…

– Просто мне было любопытно. Что могут предложить две крупнейшие акулы нефтяных морей старому, отошедшему от дел политикану?

– О сэр, вам ли говорить о старости…

И верно, рядом с раздувшимся, словно жаба, Петти и морщинистым, как черепаха, Макмилланом экс-президент выглядел отменно, хотя и был несколько старше обоих и даже успел повоевать на Второй мировой.

Он поднял стакан с газировкой, сделал глоток, поставил, звякнув льдинками.

– Итак, джентльмены…

– Вы ознакомились с доставленным вам текстом, мистер президент?

– С текстом? – Экс-президент посмотрел на Петти, перевел взгляд на Макмиллана, издал дребезжащий смешок. – Ах да, с текстом… Ну разумеется. Он меня позабавил. Жизнь после смерти, все такое. Рано или поздно эта тема становится близка всем… Знаете, я на днях посмотрел любопытный фильм сходного содержания. Название запамятовал, но в главной роли Робин Уильямс. Так вот, основная идея этого фильма – что наше посмертное существование зависит не от наших поступков здесь, на Земле, но от нашего отношения к этим поступкам. То есть в ад ведут не грехи, а угрызения совести за эти грехи. Мысль совсем не христианская, но, согласитесь, весьма утешительная, советую взять на вооружение… – Он вновь пытливо оглядел собеседников. – Ну-с, признавайтесь, господа, кто из вас решился ознаменовать наступающую старость литературным дебютом? Не вы ли, Петти – вам, как юристу, стихия слова ближе…

– Авторство принадлежит не мне, – сказал Петти.

– И не мне, – добавил Макмиллан. – Но этот фрагмент имеет касательство к одной персоне, полагаю, неплохо вам известной.

– К кому же?

– К Хэмфри Ли Берчу.

Экс-президент даже вздрогнул от удивления.

– К покойному директору ФБР?! Вы не оговорились, Клайв? Уж не его ли загробный путь описан в этом сочинении? Уверяю вас, мистер Берч ничем не напоминал этого архитектора, как его?.. Глеб? Кстати, очень странное имя…

– Русское… Дело в том, сэр, что содержание текста никакого отношения к мистеру Берчу не имеет. А вот его происхождение…

– Хотите сказать, что дух Берча надиктовал это некоему медиуму… – Экс-президент откровенно забавлялся.

– Все совсем не так, мистер президент… Хотя в какой-то мере это можно считать посланием с того света… – начал Макмиллан.

– Дело в том, сэр, что это написано одной дамой, которая считается… до недавнего времени считалась погибшей, – подхватил Петти, предваряя недоуменный вопрос, готовый сорваться с губ экс-президента.

– И эта дама была как-то связана с мистером Берчем?

– Именно, сэр… Но позвольте все по порядку. Как нам доподлинно известно, мистер Берч еще в бытность свою сотрудником ЦРУ проявлял повышенный интерес к некоей организации…

– Весьма влиятельной организации…

– Организации, объединившей многих достойнейших, уважаемых людей, преследующих исключительно благие цели…

– Действующих во имя добра и справедливости…

– Да-да, я уже догадался, о какой организации идет речь. Я прав в своих догадках?

– Более чем. Так вот, еще в середине семидесятых мистер Берч внедрил своего агента в ближайшее окружение лорда Морвена… Полагаю, сэр, вам известно, какой пост занимал в упомянутой организации лорд Морвен?

– Известно. Продолжайте.

– Через своего агента Берч получал эксклюзивную информацию о деятельности Ордена… я хотел сказать – организации.

– Но поскольку никаких действий он до определенного момента не предпринимал, факт наличия в наших рядах его осведомителя долгое время оставался нам неизвестен.

– Вы сказали – до определенного момента. Из чего я должен заключить, что какие-то действия он все же предпринял. Какие?

– О, самые недружественные, сэр.

– Жестокие и коварные…

– Мы располагаем неопровержимыми доказательствами, что именно он организовал авиакатастрофу, в которой погибли лорд Морвен и сопровождавшие его лица.

– В их числе сэр Гордон Мэндри, светило британской науки.

– Но, позвольте, джентльмены… – лицо экс-президента приняло сосредоточенное выражение, как у шахматиста в цейтноте, когда за секунду надо принять единственно правильное решение. Секунда прошла. – В информированных кругах бытует несколько иная версия происшедшего. Известно, что в последнее время его светлость разрабатывал некие схемы, идущие вразрез с традиционными стратегиями организации, и далеко не всех это устраивало…

– Чушь! – вспыхнул Уильям Петти. – Да, нам не нравились его шашни с этим юным выскочкой, но все было под контролем!

– Под «юным выскочкой» вы подразумеваете мистера Гейла Блитса, богатейшего человека планеты? – с невинным видом осведомился экс-президент.

– Кого ж еще?! – буркнул Петти, а Макмиллан поспешно пояснил:

– Мы предусмотрели схему минимизации рисков при сохранении потенциальной прибыли. Какие-либо потрясения внутри организации были нам крайне невыгодны.

– А какую выгоду мог извлечь из смерти Морвена Берч? Да, директор ФБР был крепким служакой и незаурядной личностью. Но ваша организация – не его уровень, согласитесь.

– Очевидно, он так не считал. И ликвидация Морвена была лишь первым этапом его дьявольского плана. За несколько месяцев до своей трагической гибели его светлость изменил духовное завещание. Королевский титул и всю полноту власти сэр Эндрю завещал свой молодой супруге…

– Леди Морвен?! Но позвольте, разве в вашей организации престолонаследие осуществляется по династическому принципу?

– Отнюдь, сэр. Существует установленный еще отцами-основателями регламент передачи власти, согласно которому действующий Король сам назначает себе преемника из числа двенадцати Великих магов Капитула. Документ, содержащий волю монарха и скрепленный Большой печатью, вскрывается и оглашается на третий день…

– Полагаю, дружище, мистера президента не интересуют технические подробности. Суть в том, что упомянутая особа была полноправным Великим магом задолго до того, как стать леди Морвен.

– Занятно, – промолвил экс-президент. – Выходит, когда мы с Барбарой принимали мисс Теннисон в Белом доме, она уже была носителем тайной власти. Выходит, и возглавляемый ею Международный фонд гуманитарных инициатив…

– Гуманитарных технологий, сэр, – поправил Макмиллан. – Многопрофильная неправительственная организация, созданная по инициативе лорда Морвена для эффективного решения деликатных проблем глобального уровня.

– Даже так?! Должен сказать, мисс Теннисон произвела на меня сильное впечатление. Умна, прекрасно воспитана, компетентна. Очаровательна, наконец.

– Вот-вот, очаровательна… – проворчал Петти. – Сначала вскружила голову старому козлу Морвену, потом всем нам запудрила мозги…

– Так что же, она и была тайным агентом Берча?