Моя любимая ошибка - Нора Робертс

Прямо под помостом, на котором усердствовал диджей, извивалось несколько девиц, призывно покачивая бедрами, словно приглашая к совокуплению.

Окончательно успокоившись, Элизабет прислушалась к музыке, и та ей понравилась. Тяжелый мерный ритм ударных сочетался с резким воплем гитар, в котором слышались металлические ноты. А еще доставляло удовольствие наблюдать, как танцующие движутся под эти звуки. Руки, поднятые вверх или стиснутые в кулаки и прижатые к бокам, как в боксерской стойке, перемещающиеся взад-вперед локти, ноги, энергично утаптывающие пол.

— Ух ты! Ну, просто кошмар! — Джули поставила на столик два бокала для мартини, наполненные розовой жидкостью, и уселась рядом с Элизабет. — Чуть не расплескала, пока добиралась сюда. Хорошо, что донесла, а то можно было бы умереть от расстройства. Каждый стоит восемь долларов. Прикинь?

— Алкогольные напитки обеспечивают самый высокий уровень прибыли в клубах и барах.

— Наверное. Но они и правда обалденные. Я немного отпила из своего бокала. Отпад! — Джули со смехом наклонилась к подруге. — Нужно растянуть их подольше, пока не подцепим парней, которые купят нам выпивку.

— С какой стати им за нас платить?

— А как же? Мы такие клевые. Попробуй, Лиз, а потом пойдем и покажем, на что мы способны.

Элизабет послушно отхлебнула из бокала.

— Вкусно. — Она сделала еще глоток. — И правда замечательно.

— Ну а я сегодня собираюсь оторваться по полной! Эй, мне нравится эта мелодия. Пора протрястись.

Джули снова ухватила Элизабет за руку.

Толпа танцующих сомкнулась вокруг девушек, и Элизабет закрыла глаза, отдаваясь музыке. Музыка, ничего, кроме музыки…

— А ты красиво двигаешься.

Элизабет с опаской открыла глаза и посмотрела на Джули.

— Что ты сказала?

— Знаешь, я боялась, что ты начнешь чудить, но ты такая грациозная и здорово танцуешь, — изрекла Джули.

— Ну, чувство ритма вообще-то свойственно многим людям, музыка у нас в крови, это племенное явление, и ее предназначение — служить стимулом. Все зависит от координации ног и бедер. А еще важно умение подражать. Я долго наблюдала за другими танцующими.

— Какая разница, Лиз…

Элизабет с удовольствием двигала бедрами, радовалась высоким каблукам, благодаря которым чувствовала себя могущественной и сильной. Ткань платья, трущаяся о кожу, приятно холодила и добавляла элемент сексуальности, мерцающее освещение создавало сюрреалистическую картину, и все вокруг поглощала музыка.

Дискомфорт от контакта с толпой исчез, и когда Джули игриво толкнула ее бедром, Элизабет не возражала и лишь весело рассмеялась в ответ на выходку подруги.

Девушки танцевали, возвращались к своему крошечному столику, пили «Космос», а когда подошла официантка, Элизабет с небрежным видом попросила принести еще два бокала.

— От танцев разыгралась жажда, — сообщила она Джули.

— Я уже слегка захмелела. А вон тот парень не сводит с нас глаз. Нет, не смотри в его сторону!

— Тогда как же мне его разглядеть?

— Уж поверь мне, мальчик клевый. Я начну строить глазки и встряхивать волосами, а потом ты, так небрежно, повернешься на стуле к нему лицом. Блондин с вьющимися волосами. Одет в облегающую белую футболку, черный пиджак и брюки.

— Ах да, я его уже видела у стойки бара. Он разговаривал с блондинкой в ярко-розовом платье с глубоким декольте. У парня золотая серьга в форме кольца в левом ухе и золотой перстень на среднем пальце правой руки.

— Господи, у тебя что, радар на спине? Прямо как у моей мамочки. По крайней мере, так она утверждает. Откуда ты знаешь, если даже не смотрела в его сторону?

— Говорю же, видела его у стойки бара, — терпеливо повторила Элизабет. — Обратила внимание, потому что, по-моему, блондинка на него сильно рассердилась. И вообще я все запоминаю, потому что обладаю эйдетической памятью.

— Это не лечится?

— Это вовсе не болезнь. — Вспыхнув, Элизабет вобрала голову в плечи. — Я поняла: ты просто пошутила. Обычно такое явление называют эйдетической или фотографической памятью, но определение не точное. Скорее, визуальная память.

— Ладно, плевать. Лучше приготовься.

Однако Элизабет гораздо больше интересовала Джули. Изящный наклон головы, загадочная томная улыбка и глаза, стреляющие в разные стороны из-под длинных ресниц. Вот Джули встряхнула головой, и ее шевелюра поднялась в воздух, а потом снова мягко опустилась на плечи.

Что это? Врожденное или тщательно отработанное поведение? А может, сочетание того и другого? Как бы там ни было, Элизабет не сомневалась, что сможет копировать манеры подруги, хотя и лишилась пышной шевелюры и встряхивать на данный момент нечем.

— Так, сигнал понят. Ах, какая у него чудесная улыбка! Господи, кажется, идет сюда! Нет, правда направляется в нашу сторону.

— Но ты же этого сама хотела, потому и посылала сигналы.

— Конечно. Но ему точно не меньше двадцати четырех. Делай, что и я.

— Как ты сказала?

Подражая Джули, Элизабет посмотрела на незнакомца, но улыбнуться не рискнула: сначала надо потренироваться.

— Не поможете разобраться с одной проблемой? — прозвучал рядом мужской голос.

— Возможно. — Джули снова встряхнула головой.

— Похоже, память стала меня подводить, обычно я помню всех красивых девушек, а вот вас я здесь вроде раньше не видел. Признайтесь, вы здесь впервые?

— Точно.

— А, тогда понятно.

— А вы, полагаю, частый гость в этом клубе.

— Бываю тут каждый вечер. Ведь я владелец клуба, — сообщил молодой человек, одаривая девушек ослепительной улыбкой. — Так что у меня свой интерес.

— Значит, вы один из Волковых? — машинально спросила Элизабет и тут же почувствовала, как под пылким взглядом незнакомца лицо заливает краска.

— Позвольте представиться — Алекс Гуревич, двоюродный брат Волковых.

— Джули Мастерс. — Джули протянула руку, которую Алекс галантно поцеловал. — А это моя подруга Лиз.

— Добро пожаловать на «Склад 12». Надуюсь, вы приятно проводите время?

— Музыка потрясающая.

К столику подошла официантка, но Алекс снял с подноса бирку с ценой.

— Красивым девушкам, впервые посетившим мой клуб, не разрешается платить за напитки.

Джули незаметно толкнула Элизабет ногой под столом.

— Тогда присоединяйтесь к нам, — предложила она, одаривая Алекса лучезарной улыбкой.

— С удовольствием. — Он что-то шепнул на ухо официантке. — Гостите в Чикаго?

— Нет, обе здесь родились и выросли, — сообщила Джули, отпивая из бокала. — Приехали домой на летние каникулы. Мы учимся в Гарварде.