Моя любимая ошибка - Нора Робертс

— Ой, у меня мурашки по телу. Поверить не могу, что иду веселиться в «Склад 12»! Полный улет!

— Какие дальнейшие действия? — поинтересовалась Элизабет, когда девушки вышли из машины.

— Станем в очередь. Сюда ведь даже с удостоверениями не всех пускают.

— Почему?

— Потому что это крутой клуб, и разное отребье гонят взашей. Но шикарным девочкам всегда рады. А мы с тобой девчонки что надо.

Вечер выдался теплый, а очередь оказалась длинной. Мимо с шумом проезжали машины, заглушая разговоры томящихся в ожидании людей. Элизабет всем своим существом впитывала каждое мгновение, все звуки и запахи, не упуская ни одной мелочи. Субботний вечер… и она вместе с множеством красивых людей стоит в очереди у дверей модного клуба. В новом красном платье и туфлях на высоких каблуках, благодаря которым чувствуешь себя такой высокой и значительной.

На Элизабет никто не обращал внимания, будто она не имела отношения ко всему происходящему.

Удостоверения личности проверял мужчина в элегантном костюме и начищенных до блеска туфлях. Гладкие темные волосы, завязанные в «конский хвост», оставляли открытым лицо со шрамом на левой щеке, в мочке правого уха сверкала серьга на штифте.

— Вышибала, — шепнула Элизабет подруге. — Я навела справки. Выставляет за дверь посетителей, которые создают проблемы. Он какой-то нереально сильный.

— А нам всего-то и надо проскользнуть мимо него в клуб.

— Клубом владеет компания «Файв Стар Энтертейнмент», которую возглавляют Михаил и Сергей Волковы. Говорят, они связаны с русской мафией.

— Что ты, мафия бывает только итальянской, — округлила глаза Джули. — Ну, как Сопрано, помнишь?

Элизабет не могла взять в толк, какое отношение имеет к мафии женский голос «сопрано», но попыталась объяснить подруге свою точку зрения:

— Видишь ли, после парения коммунистического строя и распада Советского Союза в России подняла голову организованная преступность. Вообще-то она и до этого была прекрасно организована, и даже были замешаны офицеры службы безопасности, но…

— Ах, Лиз, прибереги познания в истории для другого случая. Мы же не на уроке.

— Ох, прости.

— Просто подай ему удостоверение и продолжай болтать со мной. — По мере приближения к заветной двери Джули говорила все громче. — Я отшила своего бывшего, этого лузера. Самый умный поступок за долгое время. Представляешь, он уже три раза звонил мне. Будто я… — Джули мимоходом улыбнулась охраннику и подала удостоверение, болтая без умолку: — А я сказала, даже и не думай. Раз не может уделить мне время, найдутся другие желающие!

— Лучше не привязываться к одному человеку, во всяком случае, не на этой стадии отношений.

— Ты права. — Джули протянула руку, чтобы поставить штамп клуба. — И я готова присмотреться к другим игрокам на поле. Право выбора за мной.

Она обошла вокруг охранника, пока тот проверял документы Элизабет и ставил штамп на руку. Лицо Джули расплылось в невероятно широкой улыбке, и Элизабет показалось: еще мгновение — и подруга проглотит вышибалу, даже не поперхнувшись.

И вот уже на тыльной стороне ладони красуется штамп клуба. Элизабет поблагодарила охранника.

— Желаю дамам хорошо повеселиться, — любезно ответил тот.

— Да мы само веселье, — откликнулась Джули, хватая Элизабет за руку и увлекая за собой в водоворот звуков.

— Господи, наконец мы здесь! Даже не верится! — радостно взвизгнула Джули, но ее возглас заглушила музыка. Обняв Элизабет за плечи, она стала раскачиваться на каблуках.

Ошарашенная такой лаской, Элизабет словно окаменела, но Джули, ничего не замечая, все раскачивалась и раскачивалась.

— Ты просто гений.

— Да.

Джули рассмеялась, в ее глазах загорелись шальные искорки.

— Ну ладно. Столик, «Космос», танцы и обзор местности.

Элизабет надеялась, что громкая музыка заглушит бешеные удары сердца, как и вопли Джули. Как здесь многолюдно! Она не привыкла находиться среди такой огромной толпы, собравшейся в одном месте. Вокруг сплошное движение, гул голосов, а музыка грохочет и грохочет, насыщая своими звуками воздух, так что становится тяжело дышать. Люди трутся друг о друга на танцполе, трясут телами, извиваются и потеют. Они сгрудились в кабинках, вокруг столов и вдоль изогнутой линии стойки бара, сделанной из нержавеющей стали.

Да, свитер тут явно ни к чему. Все вокруг наполнено пульсирующим жаром человеческих тел.

Девушкам пришлось продираться сквозь толпу разгоряченных, скачущих, вихляющихся тел. Сердце Элизабет понеслось в галоп, от страха перехватило горло и сдавило грудь. Джули мертвой хваткой вцепилась в руку, и только это удерживало ее от панического бегства.

Наконец Джули отыскала столик размером с мелкую тарелку.

— Ну и народу! Господи, похоже, здесь собрался весь город. Нужно присмотреться к столику у танцпола. Нет, обалденно! И диджей зажигает. — Тут она обратила внимание на лицо подруги. — Эй, что с тобой?

— Очень жарко и много народа.

— Еще бы. Кому охота тащиться в пустой холодный клуб? Послушай, нам надо выпить, и я схожу в бар. Раз ты расплатилась с таксистом, напитки за мой счет. Заодно и оценю обстановку. И ты не теряйся, давай, присматривайся. Нас ждут два коктейля «Космос»!

Лишившись опоры в виде Джули, Элизабет сцепила руки. Знакомые признаки: паническая атака, клаустрофобия. Она сосредоточила внимание на дыхании. Лиз не поддается панике, потому что слилась с толпой, является ее частью. Она приказала себе расслабиться, постепенно, начиная с пальцев на ногах и мысленно продвигаясь все выше.

На уровне живота Элизабет достаточно успокоилась и уже могла примерить на себя роль наблюдателя. Владельцы и нанятый архитектор умело распорядились помещением склада, искусно используя урбанистические и индустриальные мотивы с трубами и старыми кирпичными стенами. Стойка бара, столы, стулья и табуреты из нержавеющей стали отражали вспышки света в такт музыке, что, по мнению Элизабет, служило дополнительным импульсом.

Открытые чугунные лестницы по обе стороны вели на второй уровень, тоже открытый. Люди толпились возле перил и теснились за столиками. Вероятно, там располагался еще один бар, ведь спиртные напитки приносят огромную прибыль.

А внизу, на широкой платформе, под вспышками огней в поте лица трудился диджей. Элизабет решила, что он тоже в некотором роде играет роль наблюдателя и, возвышаясь над толпой, получает со своего почетного места полный обзор происходящего. Длинные темные волосы диджея развевались в воздухе, на футболке красовалась какая-то символика, но Элизабет со своего места не могла рассмотреть ее значения. Просто яркое пятно агрессивного оранжевого цвета, выделяющееся на черной ткани.