Мартирос Сарьян - Андрей Дмитриевич Сарабьянов

нельзя. Уже самая задача синтеза, сводящаяся к тому, чтобы передать на одном холсте пейзаж Армении в целом — его низменные, возвышенные и горные места, его долины, ущелья, реки и пр., — требует условного композиционного построения. То же самое приходится сказать и о цветовом решении. Отбрасывая все разнообразнейшие цветовые нюансы, имеющиеся в природе, и сводя краски армянского пейзажа к нескольким контрастным сочетаниям жёлтого, розового, синего, голубого, художник допускает и здесь известную условность. Но эти моменты условности не умалили, а усилили эмоциональное звучание пейзажей, подчеркнули остроту, новизну сарьяновского восприятия Армении. Всё это дало основание А. В. Луначарскому писать: «Когда я побывал в Армении, почувствовал, что Сарьян реалист в гораздо большей мере, чем я предполагал. Едучи долгими часами по каменной Армении, среди разноцветных причудливых гор, под постоянно величественным белым благословением патриарха Арарата, и видя, как светит здесь солнце, какие рождает оно тени, как растут здесь деревья, движутся или покоятся животные или люди — я увидел перед собой сарьяновские картины в живой действительности... свои привлекательные построения он делает на живом материале “живой” Армении»[23].

Армения. Armenia. 1923 г

Караван. / The caravan.1926 г

Сарьян не ограничивается одними синтетическими пейзажами. Помимо пейзажей-картин, хотя и в ограниченном количестве, Сарьян пишет небольшие пейзажи с натуры. Последние довольно различны. Наряду с пейзажами этюдного характера есть и совершенно законченные, являющиеся, по существу, небольшими по размерам картинами. Из них отметим такой шедевр художника, как «Арагац летом» (1922). На небольшом куске холста с поразительным мастерством переданы далеко уходящие вглубь, подымающиеся по склону горы, поля, задний план замыкается величественной, местами покрытой снегом горой. Удивительно верно передан в пейзаже его золотисто-охристый цвет. Этот пейзажэтюд позднее был использован художником при написании картины «Арагац» (1925), но в последней уже нет той непосредственности и свежести.

Картина «Караван» (1926) также является пейзажем конкретной местности, хотя она и написана не непосредственно с натуры. По словам Сарьяна, в этой работе он воспроизвёл пейзаж, который наблюдал из окна вагона, едучи из Баку в Тифлис. На протяжении многих часов перед ним открывалась уходящая вдаль голая степь, завершающаяся цепью кавказских гор, изредка в пути встречались караваны верблюдов. По карандашному наброску художник и написал картину «Караван». Однообразный, без признаков растительности пейзаж выразительно передан художником, он нашёл краски, правдиво воспроизводящие выжженную солнцем голую степь. Метко охарактеризовал художник мерную, плавную поступь двигающихся друг за другом верблюдов.

Портрет народного артиста Армянской ССР М. Манвеляна./ Portrait of people’s artist of the Armenian SSR M.Manvelyan.1924 г

В эти же первые годы жизни в Ереване был исполнен и «Мой дворик» (1923). Картина лишь частично написана с натуры, так как для оживления довольно скучного двора художником были приписаны занимающие значительное место в картине гранатовое дерево с яркими красными плодами и стоящий рядом с деревом буйвол. По общему декоративному характеру живописи и контрастным цветовым сочетаниям пейзаж этот близок к дореволюционным работам художника.

Изменилась и технологическая сторона работ Сарьяна. Теперь художник больше не пользуется темперными красками, всецело переключившись на масляную живопись. Однако в картинах маслом 20-х годов он ещё употребляет приёмы, характерные для его темперных работ: Сарьян так же покрывает большие пространства одним сплошным цветом, добиваясь матовой поверхности. По своему внешнему виду, в особенности с известного расстояния, эти работы маслом мало отличаются от темперных.

В творчестве Сарьяна первой половины 20-х годов заметное место занимает портрет. Большинство портретов графические, но есть и несколько живописных. Среди последних следует прежде всего выделить портрет поэта Егише Чаренца (1923). Это один из удачных психологических портретов Сарьяна. В нём поэт предстаёт таким, каким мы, современники, его знали. Особенно выразительны глаза, метко схваченный, исподлобья устремлённый, как бы недоверчивый взгляд. Выбрав удлинённый формат полотна, художник ограничился изображением головы портретируемого. Сдвинув её несколько вправо от центра, слева он противопоставляет ей красно-коричневую египетскую маску. Разителен контраст маски и живого лица. В портрете Чаренца сказалось и увлечение художника декоративноживописными задачами, но это не снижает выразительности созданного художником образа.

Серия графических портретов Сарьяна этого времени исполнена преимущественно карандашом. В работах художника дореволюционных лет графика занимала ограниченное место, обычно он пользовался карандашом для небольших зарисовок подсобного характера. Как на исключение можно указать лишь портрет Александра Мясникяна.

Карандашные портреты Сарьяна, исполненные в первые советские годы, — это уже не беглые наброски, а вполне законченные работы. В 1923 - 1925 годах художник исполняет около двадцати графических портретов выдающихся общественных деятелей Армении. Тут и портреты руководителей Коммунистической партии Армении — А. Мравяна, А. Иоаннисяна, А. Кариняна, А. Ерзинкяна — и ряд портретов артистов, писателей, музыкантов — А. Восканяна, А. Акопяна, В. Папазяна, М. Манвеляна, Д. Демирчяна, Р. Меликяна и других. Они исполнены примерно на одинаково высоком уровне, трудно среди них выделить наиболее удавшиеся.

Графические работы художника можно разделить на две группы. К первой относятся портретные рисунки и зарисовки с натуры, ко второй — книжные иллюстрации.

Портретные рисунки выполнены по преимуществу в линейных приёмах, лишь в некоторых портретах художник пользуется пятном, обычно в менее существенных местах. Тонкими, а местами и довольно густо положенными линиями Сарьян моделирует лицо, подчёркивает контуры, в других случаях пользуется коротким штрихом. Линейные приёмы Сарьяна весьма далеки от академического рисования. Не плавная, текучая, красивая линия, а всегда экспрессивная, эмоциональная характерна для Сарьяна-рисовальщика. Как и многие художники, Сарьян любит рисовать, и помимо законченных портретов им сделано огромное количество беглых зарисовок. Эти многочисленные рисунки хранятся в его мастерской, в отдельном шкафу, и в своём подавляющем большинстве никогда не выставлялись. Содержание рисунков различно, среди них есть и наброски, исполненные во время летних поездок по районам Армении, зарисовки, выполненные на заседаниях, собраниях. Рисунки эти относятся к разным годам.

Ереван. / Yerevan. 1924 г

Иным предстаёт Сарьян в книжных иллюстрациях. Здесь он оперирует по преимуществу пятном и лишь изредка пользуется линейными приёмами. Художник иллюстрировал не много книг, и работа в области книжной графики не имела систематического характера. Если не считать случайных книжных иллюстраций дореволюционных лет, вся книжная графика Сарьяна посвящена произведениям армянских писателей.

В первой половине 20-х годов Сарьян сделал ряд обложек, а также несколько рисунков к армянскому школьному учебнику литературы «Красное солнце». Среди последних наиболее интересны иллюстрации художника к произведениям Ованеса Туманяна (две иллюстрации) и Иоаннеса Иоаннисяна (одна).