Любовь не игрушка - Кристин Григ

Губы Мартина скривились в усмешке. Реклама! Прелестная сирена приманивает покупателей к новым телефонным аппаратам. А компания-производитель… Ну да, именно эту компанию «Фагерст импайр» купила пару месяцев назад.

И он потянулся к телефону.

Десять минут спустя, отменив и брифинг и ланч, он уже гнал машину к студии, где делались очередные снимки для рекламной компании.

– Глэдис, детка, ракурс неудачен, – суетился Лаупер. – Головку чуть вправо! Так… хорошо!

Чего уж тут хорошего? – мрачно размышляла Глэдис. День выдался отвратительный. И занимается она сущей ерундой. Ну почему все на свете – от зубной пасты до моторных лодок – надо рекламировать через секс?

– Еще чуть правее. Да, так. Ты можешь улыбнуться пошире?

Она не могла. Ну не в настроении она сегодня улыбаться, что тут поделаешь!

– Глэдис, бэби, давай-ка включайся! У тебя такой вид, будто ты со скуки помираешь!

Так оно и есть! Все лучше, чем злиться, вспоминая о вчерашнем.

– Эт-то еще что за гримаса? Не пойдет, дорогуша. А ну-ка расслабься. Представь себе ситуацию: ты – на палубе собственной яхты, вокруг лазурное море… – И Лаупер понес разную чушь, расписывая голубое небо, белоснежные облака…

Глэдис вздохнула. Это – ее работа, и ничего тут не попишешь. Кому какое дело, что она всю ночь не сомкнула глаз и встала поутру в отвратительном настроении! А тут еще позируй в бикини на фоне идиотской декорации, изображающей море и небо, ощущая себя полной кретинкой! Какое отношение бикини, море и небо имеют к продаже телефонов?

– Глэдис, ради Бога, ты опять отвлеклась! Сосредоточься, киска. Подумай о чем-нибудь хорошем. О том, где ты сегодня ужинаешь, например. Или как провела уик-энд… Я знаю, что сегодня понедельник, но ведь и по понедельникам бывают в жизни праздники!

Где она сегодня ужинает? На кухне – вот где, а в меню значится творог, зеленый салат, а в качестве главного блюда – новый триллер и кофе.

Что же до того, как она провела уик-энд… Если бы Лаупер знал! И как она позволила эту типу так себя унизить?..

– Эй, да что происходит? Глэдис, детка, то ты дулась на весь свет, а теперь вдруг рассвирепела не на шутку! Ну же, девочка моя! Подумай о чем-нибудь приятном – и держись этой мысли!

О чем-нибудь приятном? Заехать бы Мартину Фагерсту кулаком прямехонько в челюсть!

– Отлично!

А потом коленом в то самое, наиболее уязвимое место!

– Класс! – Лаупер забегал вокруг нее с камерой. – Главное, не потеряй нить, о чем бы ты там ни думала, потому что настрой сработал!

И еще с размаху в солнечное сплетение!

– Великолепно, Глэдис. Так держать!

И почему она этого не сделала? Потому что на них и так все пялились, вот почему. Еще не хватало затеять драку на свадьбе у родной племянницы! Испортить новобрачным праздник!

– Подними глазки, милочка. Так. Теперь наклони головку. Отличненько. А на этот раз мне нужно пламя страсти. Улыбка, которая говорит: вот по этому телефону я закажу билет на авиарейс и через несколько часов перешагну порог роскошной каюты и окажусь в объятиях роскошного мужчины. – Лаупер наклонился вперед и развернул камеру. – Ты ведь знаешь хоть одного роскошного мужчину?

Да, Мартина Фагерста.

Глэдис похолодела. Неужели ее губы произнесли это имя вслух? Нет, благодарение Господу. Лаупер по-прежнему плясал вокруг нее, намертво приклеившись к камере.

Фагерст, несомненно, роскошный мужчина. Мускулистое тело. Незабываемое лицо, черты которого словно высечены из гранита. А глаза такой синевы!.. И губы, резко очерченные и жесткие на вид, но на самом-то деле жаркие, властные, сводящие с ума…

– Получилось! – Камера Лаупера стрекотала и пощелкивала до тех пор, пока не закончилась пленка. Затем фотограф бережно положил фотоаппарат на рабочий столик и захлопал в ладоши: – Потрясающе, бэби! Это выражение лица, этот взгляд… Блеск!

Глэдис поставила телефонный аппарат на пол, поднялась на ноги и потянулась за махровым халатом, небрежно брошенным на спинку стула.

– Мы закончили?

– Да! И ты, разумеется, не скажешь мне, кто он такой? – Лаупер хихикнул.

– Не понимаю, о чем ты, – отозвалась Глэдис, натянуто улыбаясь. – Я думала лишь об ужине…

– С таким выражением лица, как у тебя, женщины думают не о бифштексах, – похотливо ухмыльнулся Лаупер. – Кто этот счастливчик и почему он меня обставил?

– А может быть, мисс Рейнджер говорит правду?

Глэдис резко развернулась. Чуть насмешливый мужской голос доносился откуда-то из полутьмы: ослепительный свет прожектора заливал подиум, по углам затаились тени…

– В конце концов время ланча давно прошло!

Сердце Глэдис беспомощно забилось в груди. Нет, нет, не может быть!..

Но было именно так! Из полумрака выступил Мартин Фагерст собственной персоной! Словно растаяла пелена тумана…

– Приветствую вас, мисс Рейнджер.

А она-то надеялась, что никогда больше не увидит этого человека! Поплотнее запахнула халат, Глэдис недобро сощурилась.

– Что вы тут делаете, мистер Фагерст?

– Глэдис? – потребовал ответа Лаупер. – Ты знаешь этого парня? Ты назначила ему здесь встречу?

– Я его не знаю, – отчеканила фотомодель.

Мартин улыбнулся.

– Разумеется, она меня знает. Вы же слышали, как она назвала меня, верно?

– Я его не знаю и, уж во всяком случае, сюда не приглашала! Можешь мне поверить.

Фотограф решительно шагнул вперед.

– Эй, приятель, ты слышал, что сказала дама. Здесь тебе не музей. Хочешь делать бизнес со мной, позвони моему агенту.

– У меня дело к мисс Рейнджер.

– Приятель, ты оглох, что ли? Я повторяю…

– Знаешь что, – негромко отозвался Мартин, окидывая Лаупера взглядом, – лучше отойди в сторону и не ввязывайся!

Владелец студии побагровел.

– Ты здесь распоряжаться вздумал?!..

– Лаупер, прошу тебя, не надо! – вмешалась Глэдис.

Кротостью нрава фотограф не отличался, недаром среди завсегдатаев местного бара он пользовался репутацией задиры и скандалиста. В деле Глэдис его еще не видела, зато наблюдала результаты: царапины и синяки, и однажды – подбитый глаз. Она напряглась, но тут же успокоилась. Что-то в лице посетителя заставило Лаупера отступить.

– Не хватало мне скандала в студии, – проворчал он, растерянно моргая.

– Никакого скандала и не будет, – любезно заверил его Мартин и обратился к Глэдис: – У меня есть полное право здесь находиться. Позвоните в рекламное агентство, назовите мое имя, и вам все объяснят.

– Объяснят – что? Что вы Господь Бог?

– Объяснят, что компания «Блю лайнз» принадлежит мне.

– Так вы тот самый Фагерст? – охнул Лаупер.

– К прискорбию, да!

– Не будь дураком, Лаупер. – Глэдис демонстративно игнорировала гостя. – Из его уверений отнюдь не следует, что он и в самом деле владеет компанией!