Любовь не игрушка - Кристин Григ

– Вроде той блондиночки, что приехала с вами сегодня? – мило поинтересовалась Глэдис.

– Тетя Глэ-дис! – фыркнула Нелли, задыхаясь от смеха.

– Все в порядке, Нелли, – негромко отозвался Мартин, не сводя глаз с фотомодели. – Твоя тетя и я отлично друг друга понимаем. Верно, мисс Рейнджер?

– Абсолютно верно, мистер Фагерст. – И Глэдис обернулась к дантисту, который так и застыл на месте, открыв рот, равно как и остальные сотрапезники. – Не хотите ли потанцевать, Джон?

Тот побагровел и оглянулся на Мартина.

– Но я подумал… Мне казалось…

– Вы ошиблись, сэр. – Голос Фагерста звучал вполне учтиво, но его глаза вспыхнули гневом. – Пока мисс Рейнджер во всеуслышание излагала свои крайне интересные взгляды, я успел передумать. – Он повернулся к Нелли и просиял улыбкой. – Дорогая, сочту за честь, если вы ненадолго покинете Александра и подарите мне этот танец.

– С удовольствием!

Девушка шагнула в его объятия, и в то же самое мгновение дантист закружил в вальсе Глэдис.

Так тебе и надо, подумала она удовлетворенно, оглядываясь через плечо. Должно быть, привык к легким победам! Ну что ж, пусть в следующий раз хорошенько подумает, прежде чем затевать свои дурацкие игры.

Кэрол Керби нервничала: она то скрещивала руки на груди, то рассеянно барабанила пальчиками по оконному стеклу взятого напрокат «вольво».

– Право же, Мартин, – негодовала она, – не понимаю, почему ты не заказал лимузин.

Не сводя глаз с извилистой горной дороги, Фагерст хмуро кивнул. Упрек прозвучал уже раз шесть с тех пор, как город остался позади.

– До отеля уже недалеко, – утешил он. – Почему бы тебе не подремать немного?

– Я не устала. Я просто говорю, что…

– Я понял твою мысль. Ты бы предпочла другую машину.

– Вот именно.

– «Кадиллак» или «линкольн» и, конечно, с наемным шофером.

– Вот-вот. А то еще вызвал бы Смита. Раз уж затащил меня в это захолустье, так, по крайней мере, обеспечил бы какой-никакой комфорт. С какой стати терпеть лишние неудобства?

Мартин рассмеялся.

– Ну какое же это захолустье, Кэрри! От отеля до города не более сорока миль.

– Ради Бога, не воспринимай все буквально! Я отлично знаю, где эта мерзкая гостиница. А то мы не провели там прошлую ночь? – Кэрол снова беспокойно заерзала.

Если подол ее платья поднимется чуть выше, он вообще исчезнет, отрешенно подумал Мартин.

– Кстати, раз уж речь зашла об отеле… Поскольку там нельзя заказать ужин в номер…

– Там можно заказать ужин в номер.

– Не придирайся к словам! После десяти вечера заказы не принимаются. Ты разве не помнишь, что случилось, когда я попросила чаю?

Мартин крепче вцепился в руль.

– Помню, Кэрри. Директор гостиницы изъявил готовность собственноручно заварить чай и отнести его тебе в номер.

– Чепуха! Мне хотелось чая с травами, а у него нашлись только дурацкие пакетики! И я тебе уже сто раз повторяла: терпеть не могу, когда ты зовешь меня Кэрри!

Да что за чертовщина? – устало подумал Мартин. Он не женат на этой женщине, но посторонний наблюдатель непременно решил бы, что видит перед собою супругов, кои грызутся на протяжении вот уже лет десяти, не меньше.

Впрочем, перебранки порой бывают забавными. Вот, например, эта родственница Нелли… Глэдис Рейнджер порядком взбесила его, выставила полным идиотом перед Александром и гостями, но, нельзя ни признать, она умница каких мало, блестяще парирует колкости…

– «Кэрри» наводит на мысль о героине дурацкого вестерна!

А какая она красавица! Какое пленительное лицо. Известная фотомодель Глэдис Рейнджер… Мартин привык думать, что натурщицы – существа бесполые, сплошь кожа да кости, но фигура Глэдис изумляет плавной округлостью очертаний… Воплощенная женственность! Не потому ли он пригласил ее на танец? Чтобы заключить в объятия эту безупречную красоту, ощутить под ладонями бархатистую кожу и убедиться, так ли она нежна и податлива, как кажется на первый взгляд?..

– И зачем ты так гонишь машину? Ничего не могу разглядеть в окне. Темно – хоть глаз выколи!

Мартин стиснул зубы и нажал на газ.

– Обожаю превышать скорость, – отозвался он. – А тебе с какой стати следить за дорогой, если за рулем я?

Ответа не последовало. Даже Кэрол сообразила, что лучше придержать язык. Она откинулась на спинку сиденья, скрестив руки на груди и всем своим видом давая понять, что обиделась не на шутку.

В машине воцарилась тишина. Мартин позволил себе расслабиться, но тут снова раздался пронзительный голосок подружки:

– Честное слово, некоторым людям не помешала бы толика здравого смысла.

– Это верно, – хмыкнул Мартин.

– Ты только подумай, что за нахалка!

– Кто?

– Ну та особа, что ворвалась в церковь таким скандальным образом! С копной рыжих крашеных волос.

Мартин расхохотался. Ах вот, оказывается, в чем причина дурного настроения Кэрол?

– Неужто крашеных? – небрежно переспросил он. – Я не заметил.

– Еще бы, – фыркнула Кэрол. – Мужчины вообще ничего не замечают. Вас так просто обвести вокруг пальца!

Чистая правда, мысленно согласился он. Что произошло с ангельским характером Кэрол? Канул в Лету, словно его и не было вовсе!

– А платье! Честное слово, будь юбка хоть на дюйм короче…

Мартин опустил взгляд на стройные ноги спутницы. Ее собственная юбка, точнее узкая полосочка шелка на бедрах, словно сгинула в никуда – вместе с остатками добродушия и обольстительной манерой растягивать слова.

– Насколько я поняла, она приходится Нелли теткой.

– Кто? – удивился Мартин.

– Не строй из себя идиота! – Кэрол набрала в легкие побольше воздуха. – Эта особа, – пояснила она более спокойно, – особа в непотребном платье и с крашеной пергидролем гривой.

Впереди показался поворот к отелю. Мартин сбавил скорость и выехал на посыпанную гравием аллею.

– Она фотомодель.

– Вот-вот, фотомодель. Все они – развратные твари. А уж эта похлеще других. Говорят, у нее перебывало с дюжину любовников.

Машина подскочила на колдобине. Сощурившись, Мартин свирепо крутанул руль.

– Неужели? – спокойно отозвался он. – А что еще ты о ней знаешь?

– О ней?.. – Кэрол искоса глянула на собеседника. Затем порылась в сумочке и извлекла на свет круглое зеркальце. – Я не слушаю сплетен, – безмятежно продолжала она, поправляя искусно уложенную прическу. – Но что хорошего можно сказать об особе, которая позирует нагишом?

Пленительный образ обнаженной Глэдис Рейнджер огненным видением вспыхнул в сознании. Усилием воли Мартин заставил себя сосредоточить внимание на последних ярдах дороги.

– Нагишом?

– Именно. Она снялась для рекламы в последнем выпуске «Элль» или «Фамм», не помню точно. – Кэрол затолкала зеркальце обратно в сумочку. – Очень элегантно и роскошно вышло. Такой шикарный снимок, знаешь, из тех, что делают сквозь кисею или что-то похожее. Ей это только на пользу: дамочка-то уже старовата. Правда-правда! Стоит в чем мать родила!