Кречетов, ты - не наследник! Том 4 - Тимофей Тайецкий

из трещины в стене и атаковало его. Размышляя на ходу, он швырнул факел в двухметрового арахноида и поджёг его.

С нечеловеческим шипением он яростно понесся прочь, длинные ноги двигались в клубке огня. Крики потрясения, донесшиеся от каравана, создавали столпотворение в ранее безмолвном туннеле.

* * *

Я поднырнул под руки атакующего трупа, отсек ему ногу ниже колена и повалил на землю. Он ударился своим черепом о твёрдый булыжник и полностью расколол его. Образовалась аморфная масса на том месте, где раньше была его голова.

Он пытался подняться на ноге обрубке. Затем снова напал на меня.

Я рубанул по нему, отрубив руку, затем другую, не используя никаких навыков, как будто орудовал тесаком. Труп продолжал двигаться. Затем пнул его в грудь, обрушив на землю. Наступил на извивающийся торс трупа, под ним хрустнули кости.

Тем временем Семену удалось разрубить горящую Арахну пополам. Два дымящихся куска всё ещё двигались, распространяя повсюду телесные жидкости и внутренности.

— Это очень большой жук! — Дана заорала на него, вытаращив глаза, как блюдца, и забралась на крышу кареты. — Ты издеваешься надо мной? В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ИСПОЛЬЗУЙ ПРАВИЛЬНЫЕ СЛОВА!

Я раздражённо выдохнул и, повернувшись, проверил труп на признаки жизни. Ничего не обнаружил.

— Белек умер, — прошипел Тархан сквозь зубы. — Эта тварь перебила ему позвоночник.

— Каждый найдите факел и очистите эти стены. Найдите мне что-нибудь, чтобы перекрыть эту грёбаную трещину! — рявкнул я.

«Это очень большая пещера,» — подумал я с гневом.

— Гнездо? — спросил я Филимона, наблюдая за тем, как нахмурившийся старик перезаряжал арбалет.

— Я пытаюсь собраться с мыслями, Владислав, — спокойно ответил Филимон, выпуская дым из ноздрей. — Мне тоже не очень нравятся эти адские штуки.

Все вокруг неуверенно переглянулись.

— Что это… на что похожа эта штука? — спросил кто-то сзади.

— Это действительно издавало какие-то слова, верно? — нервно переспросил Метис, пытаясь вспомнить.

— Это были не слова, — объяснил Семен. — Просто раздался хлюпающий звук, когда я его разрезал.

Эээ…

— Давайте предположим, что он действительно звал на помощь, — сказал я, нахмурившись.

— Нам нужно двигаться в любом случае, — сказал Филимон. — Мы узнаем достаточно скоро.

Чертовски мило.

— Ярослав? — обеспокоенно спросила Дана, всё ещё стоя на крыше кареты. — Когда ты говоришь «гнездо»…?

— Дана, отправляй караван в путь. Мы окружим животных и двигаемся группой. Каждый держит факел под рукой или держится рядом с тем, кто несёт его. Мы движемся быстро, без отдыха.

И молится, чтобы эта гребаная дорога не оказалась длинной.

Глава 4

Проклятые земли

Дорога в туннеле была длинной. Более сорока километров, и большая часть пути шла почти прямо. Кварцевые пятна над нашими головами возвращали нам свет. Стены, покрытые паутиной, и останки скелетов украшали дорогу, особенно там, где землетрясения образовали новые коридоры путём обрушения. Новые туннели или старые, пересекающиеся с главной артерией бывших шахт. Именно из этих бездн пришли Арахниды. Всех размеров: от гигантского бегемота ростом более трёх метров до детёнышей размером с маленьких коров.

Семен взмахнул топором и отрубил длинную волосатую лапу, из которой брызнула зловонная жидкость. Ещё двое напали на лидера кочевников. Хагал убил одного из них, используя свою бронзовую руку как молоток, когда потерял клинок в брюхе монстра. Кочевник рядом с ним был парализован, и Арахнид проткнул его тело передними лапами, съел лицо и всё это за одно мгновение.

Я отрубил мечом полметра «паучьей шкуры» на задней ноге, увернулся от ответной атаки и чуть не погиб при следующей. Массивная кувалда Харгрима раздробила длинную лапу, спасая меня в последний момент.

Спасибо гребаным богам!

— АХ! — вскрикнул я, когда гигантский Арахнид бросилась на меня, обезумев от ранения. Вокруг нас разгорался хаос, все сражались за свои жизни. Я старался уворачиваться от хищника, но один его удар пришёлся по моему плечу. После этого я упал на булыжник и вывихнул плечо. Яростно рыча, я откатился в сторону, Арахнид развернулся и бросился за мной, полный решимости прикончить меня. Харгрим снова вмешался и вторым взмахом оторвал часть раздутого живота существа. Из него полилась мерзкая жидкость.

Рыча, я поднялся, паника переросла в ярость, зубы стиснуты, глаза вытаращены, накачанный адреналином. И сверхъестественный страх. Этого тоже было в избытке. Я сделал два быстрых решительных шага и вонзил клинок по рукоять между многочисленными черно-красными глазами гигантского существа. Я потерял равновесие, когда смертельно раненный Арахнид рванулся прочь, и отскочил, чтобы избежать предсмертного спазма. Мои сапоги поскользнулись в его отвратительных внутренностях.

Семен убил своего третьего гигантского паука. Остальной части нашей группы удалось медленно расправиться с остальными, используя всё имеющееся оружие и инструменты. При этом мы потеряли трех животных и еще двух человек.

* * *

Хагал хотел сжечь трупы, но я приказал погрузить тела в повозки и двигаться вперёд. На этот раз я разрешил всем ехать верхом и отправил небольшой разведывательный отряд перед нашей группой.

Мы будем двигаться быстро и надеяться, что следующая орда не выйдет, пока мы не выберемся.

— А что, если выхода нет? — спросили меня.

— Тогда мы возвращаемся к нашим воротам, а затем к пандусу, — ответил я.

— Нам следовало закрыть те ворота, — пробормотал Филимон.

— Они выйдут из туннеля? — спросил я.

— Я не знаю, с ними что-то не так. Они казались менее умными, — сказал старик.

— Умирают от голода, — ответил Харгрим. — И без предводителя. Тот большой был самцом, старым. А учитывая его размеры, их матка была размером с дом.

Орас, преисподняя!

— Что же тогда случилось с самкой? — спросил я. Харгрим подошёл к экипажам на удивление спокойно, учитывая всё произошедшее в течение целого дня. Или двух, я сбился со счёта. Он вернулся с изогнутым и заостренным предметом напоминающим костяной нож.

— Я нашёл это на месте обрушения, недалеко от входа, — сказал он. Филимон подошёл, чтобы рассмотреть это поближе. — Я сохранил это, чтобы посмотреть, смогу ли я поработать с материалом. Это довольно редкая вещь.

А?

— Что это, чёрт возьми, такое?