Кречетов, ты - не наследник! Том 4 - Тимофей Тайецкий

Пусть трава станет нашим ложем, а небо — крышей над головой. И наши тела наполнятся всей теплотой, которую мы когда-либо искали.

Полуночница удивлённо подняла бровь.

«Этот ублюдок почти достиг своей цели», — подумал я.

— Хорошо, — сказала Дана, разрушая момент. — Хватит, Дан. Иди теперь.

— У тебя интересная компания, Ярослав, — заметила Анариель, когда мы остались вдвоём.

— Много путешествовал, — откликнулся я.

— Куда теперь направишься?

Я пожал плечами:

— Может быть, тебе стоит присоединиться к нам? В конце концов, мы неплохие ребята.

— Что думает старик? Стоит ли мне присоединиться к вашему дружескому кругу? — спросила она.

Я заметил, что Филимон вдруг испытал какие-то сильные эмоции.

— У Филимона с этим всё в порядке, — сказал я, с интересом глядя на потерявшего речь ассасина.

«Что же его так сбило с толку?» — задался я вопросом.

Обычно Филимон не так-то просто встрять или испугаться.

— Добро пожаловать, оставайся.

— Мне пора идти по делам, — объяснила она. — Но если скажешь, куда направляешься, я могу встретить тебя там, Ярослав.

— Залив Пасти Дракона, — ответил я. — Хотя там нет проторенной тропы через джунгли.

— Путь существует, но опасность подстерегает тех, кто не готов к ней, — загадочно ответила Анариель.

— Я бывал в самых разных местах, полуночница, — буркнул я.

— Я женщина, — поправила она меня и добавила загадочно. — Ты умеешь читать по звёздам, Ярослав?

Я молча покачал головой. Полуночница улыбнулась и показала мне что-то в звёздном небе.

* * *

Харгрим сжал челюсти, услышав предложение.

Отлично, подумал я.

— Мы встретимся через месяц, — объяснил я.

— Я последую за Владиславом, — сказал здоровяк, и Хагал согласился с ним.

— Мы доведем это до победного конца, — добавил он.

— Кто поведёт твоих людей? — спросил я, стараясь не закатить глаза от их мелодрамы.

— Тархан позаботится о том, чтобы караван достиг места назначения.

— Харгрим, твоя кузница-фургон не пройдёт через джунгли, — обратился я к кузнецу. — Имперская дорога, хотя и заброшена, всё ещё там, и она твёрдая под колёсами.

— Тогда Тархан поведёт её, — настаивал Харгрим. — Я последую за тобой. Но почему ты передумал? Это была та женщина? Где она сейчас?

Анариель ушла до рассвета, пообещав встретить нас на окраине Горний.

Где бы это ни было.

— Она показала нам путь, — сказал я. — Филимон?

Старый ассасин сунул трубку в рот и хмыкнул.

— Ну вот, — продолжил я с гримасой раздражения. — Филимон согласен.

— Я бы ей не доверял, — настаивал Кузнец.

— Почему? — уставился я на него. — Насколько нам известно, она ещё большая имперка, чем ты.

— Я не знал, что у тебя был союз с ними, Владислав. И в старой империи было много фракций, ещё больше врагов.

— Например? — спросил я. — Собиратели Костей?

— Это одно, есть мятежники, культы старых Богов, даже преступники, — объяснил Харгрим.

— Это грёбаное место больше похоже на дикую местность, чем на город, Харгрим. Там целые джунгли, а я ещё не видел никакой добычи, — возразил я, избегая жирной мухи, которая жужжала у меня над головой. — Чёртовы преисподние! Что это было за дерьмо?

— Пусть они идут с нами, Ярослав, — посоветовала мне Дана, после того как я успокоился и вздохнул, сдаваясь.

— Отлично. Семен, Харгрим и Хагал со своими… — Кочевник показал мне на трёх всадников. — Трое парней, — продолжил я. — Я, раб и Филимон, Матео…

— Меня зовут Матвей! — зарычал домовой.

— То, что он сказал, — продолжил я, не желая зацикливаться на его неуверенности. — Метис, Тархан и Белек с остальными приведут караван с прибрежной дороги, при условии, что она всё ещё там.

— Господин Владислав, — сказал раб, вероятно, желая попросить разрешения отправиться с караваном, но я опередил его, ошибочно приняв его реакцию за нетерпение.

— Всё в порядке, дорогой. Я знаю, ты мечтал пойти со мной, — сказал я ему, и раб изобразил довольно комичную улыбку на губах, а затем низко поклонился.

Возможно, он немного переусердствовал, но старался быть настолько надёжным, насколько это возможно.

— Благодарность за возможность служить господину Владиславу, — прохрипел раб.

* * *

Где-то высоко над моей головой раздавалось кудахтанье обезьяны, и я чувствовал, как существо легко перелетает с ветки на ветку. «Тропа» была здесь, хоть и скрыта густым зеленым покровом джунглей, как сказала мне Анариель.

Под нашими ногами тянулась старая каменная дорога, заросшая дикими корнями и зарослями, но все еще устойчивая, не позволяющая расти большим деревьям. Ее ширина поражала — почти двадцать метров в поперечнике. Деревья образовывали над ней зеленую крышу, создавая мрачные и неприступные стены.

— Эти деревья были здесь посажены, — сказала мне Дана, следуя за мной с мачете в руках.

Я больше не приходил на помощь Семену, который вел впереди, и он с чувством находил себя в этом новом деле. Начав день с энтузиазмом вора, я быстро понял, что этот процесс требует неимоверных усилий и выносливости.

— Это уже не похоже на неиспользованную тропу, — заметил я, глядя на участки дороги, где уже срублены ветви и корни. — Животные тоже идут по ней.

— Это имеет смысл, — ответила Дан.

Лучшее в этом всем было то, что дождь не мочил нас сразу. Под деревьями было прохладнее, но не холодно. Звуки джунглей окружали нас: щебет птиц, крики обезьян, жужжание насекомых. Ветер шептал в листве, и все это сопровождалось природным концертом звуков.

Деревья становились выше, и их ветви исчезали в полумраке, свет проникал сюда только разреженно. К вечеру мы полностью расчистили участок древней дороги до твердого гранита, чтобы разбить здесь лагерь.

— Сколько же работы потребовалось, чтобы это сделать? — спросил я у Харгрима. — Эта дрянь, черт возьми, стойкая.

— Тебе нужны работники и план действий. Зачем нужно расчищать дорогу, Владислав?

—