Сероглазая Ворона - Антон Ганюшкин

Пара вздохов, и буйство природы прошло. Я чувствовала, как позади меня один из разбойников пал, второй разбойник еще держался на ногах, его меч разрезал воздух, готовясь к замаху. Шаг. Хохот Ворга. Окровавленный разбойник пал в одном шаге от меня.

– Спасибо, Ворг, гвардеец королевской гавани.

– О, ты меня слушала, – снова расхохотался мощный воин.

– Нет, прошу вас!!! – послушник бросил на снег меч. – Не трогайте меня!

Он задыхался, его сердце бешено колотилось в груди, он сдался, зная, что еще раз он не сможет прочитать заклинание, только не в таком состоянии – истощенный, с разорванным ухом, боль от которого затуманила разум.

Все разбойники пали, деревня устояла под ударами мечей. Солдаты схватили волшебника и, заткнув ему рот кляпом, привязали парня к забору крыльца ближайшего дома.

Мужчины пытались потушить горящие дома, женщины оказывали помощь раненым. Все с опаской посмотрели на уничтоженные ворота, надеясь, что больше разбойников не появится. Рядом с волшебником появился старик – сгорбленный, с красным лицом и седой бородой.

– Староста Фьёрн, эта женщина помогла нам одержать победу, – Ворг представил меня старику.

– Благодарю, если ты герой, то будешь довольна и этим, если наемница – денег от нас не получишь, у нас их нет, – он даже не обернулся, чтобы взглянуть на меня.

– Что будете делать с чародеем? – спросила я, смотря на трясущегося парня.

– Допросим, – старик схватил парня за волосы. – Нужно узнать, сколько разбойников еще осталось и где они прячутся, еще одной атаки мы не выдержим.

– Попробуем договориться с братьями. – предложил Ворг.

– После того как вы убили их людей? – я махнула рукой и указала на тела разбойников. – Они такое не простят. Вам проще выкопать деревню и перенести ее в другое место. Хотя, раз у вас проблемы с Братьями – разбойниками, а я совершенно не занята, то…

– Почините ворота! Немедленно! – староста меня не слушал. – Нужно осмотреть раненных и не допустить паники среди людей. – он окликнул двух стражников. – Вы двое, следите за ним! Ворг, пойдешь со мной.

Допрашивать волшебников самое неблагодарное занятие из всех возможных, даже очищать выгребную яму и то полезнее, чем пытаться что-либо узнать от чародеев, особенно если они не настроены на беседу. Вот ты требуешь ответа на вопрос: «Что тебе известно?» – и он говорит, только через секунду у тебя загораются штаны; ты спрашиваешь его: «На кого ты работаешь?» – а затем у тебя на лбу вырастает рог.

Я решила действовать по-другому, зайдя за спину волшебника, я порезала веревки которыми он был привязан, теперь от свободы его отдаляла тонкая нить веревки, достаточно было лишь дернуться. Пройдя по улице, я вышла из города через разрушенные ворота и спряталась в снежном лесу. Горящий дом обрушился, и несколько балок упали на людей, стражники отвлеклись, они побежали спасать людей, забыв о своей миссии, этим шансом воспользовался волшебник, он разорвал веревки, даже не задумываясь, как у него это получилось, и сбежал.

Изо всех сил парень бежал по лесу в сторону ледяных гор, он спотыкался падал на снег и, тут же вскакивая на ноги, продолжал забег. Все крутилось вокруг него: лес, горы, маленькие кусты, покрытые выпавшим снегом, – он блуждал, не зная точно, где долгожданное спасение. Я следовала за ним, прячась за деревьями, мелькая, как тень, краем глаз он замечал движение и начинал кричать, просить пощады. Наконец-то лес стал редеть, впереди показались огромные горы, чьи вершины протыкали звездное небо. Разбойник замедлил бег, почти остановившись, он вытянул руку в сторону одной горной тропы, ведущей к пещере рядом с обрывом. Я заметила рядом с пещерой маленький огонек.

Волшебник-недоучка наверняка хотел оказаться если и не в пещере с разбойниками, то точно в ордене чародеев, изучать заклинания, влюбляться в волшебниц, а не убегать от смерти по сугробам на окраине забытой богами деревни. Я догнала его в тот самый момент, когда он уже почти вышел из леса, он кричал, размахивая руками. Это был не мужчина – школьник, решивший стать бандитом волшебником, мне не нужна была его жизнь, пусть сам с ней возится, не хватало мне еще совесть неделями затыкать из-за него. Я оглушила парня, ударив по голове рукоятью меча.

– Вы это слыхали? – разбойник с факелом вышел из пещеры и стал пристально разглядывать лес. – Кажись, кричал кто-то в лесу.

– Да кто будет ходить в лесу ночью, – усмехнулся второй бандит. – Это все чертов ветер, слышишь, как задувает, будто он и кричит.

– Погаси ты этот факел, – забурчал третий. – Не хватало, чтобы нас здесь нашли!

– Ну и кого ты боишься? – засмеялся второй. – Чудовищ лесных?

– Нет, что мне эти чудовища? – отмахнулся разбойник. – Видел я их в Фере, сидели в клетках. Ничего страшного в них не было – когти и зубы, подумаешь.

– А ты потому и не боялся, что они в клетках сидели, – подхватил первый. – А встретилась бы тебе эдакая тварь на дороге, ты бы из портков своих выскочил и наутек бросился бы.

– Закрой рот! – закричал оскорбленный разбойник. – Солдаты нас могут тут найти, если осторожность не проявим, вон размахиваешь факелом – сразу ясно, что есть в пещере кто-то.

– В такую даль ни один солдат не пойдет, так далеко от столицы даже королевские голуби не летают, – вмешался в разговор четвертый. – Король не пошлет солдат за нами, у него всегда слишком много забот, чтобы переживать из-за пары разграбленных деревень.

– Возможно, – такие рассуждения пока не успокаивали третьего разбойника. – Но мало ли по земле ходит людей, которые за горсть золотых монет готовы устроить на нас охоту.

– С нами же эти распроклятые братья великаны, – первый плюнул на землю. – Наемников может и много, да безумцев, что на великанов пойдут, надо поискать.

– Ух и устроят же братья взбучку парням, когда те вернутся, – четвертый качал головой и смотрел на огонь, сжигающий дома. – Чудит этот паренек чародей, пламя чуть небо не подожгло.

– Не говори ерунды, этим великанам все равно достается все веселье, а мы тут так, как сопровождение для них, они нас под ногами и не замечают, а у их ручной зверюги иногда так живот урчит, того и гляди проглотит всех нас! – третий посмотрел вглубь пещеры. – Я бы тоже пошел с парнями, да собирался долго.

– Собирался он долго, слышали его? – рассмеялся второй. – Ты от пленницы одной не отходил, все крутился рядом, в любви ей признавался.

– Тише, тише, – один из них заметил, как рука третьего разбойника потянулась к мечу. – Пошли назад, надело тут на ветру стоять, хоть и в пещере стоим, да больно уж холодно, а мечи вытаскивать будем, когда парни с награбленным вернутся.

И только они развернулись и медленно зашагали вглубь пещеры, я набросилась на них со спины. Разбойники не успели даже понять, что происходит: серебряный меч летал по пещере. После небольшого боя я продвигалась дальше по извилистым горным коридорам, разыскивая остальных разбойников и их предводителей. Коридоры были освещены факелами, огонь танцевал от легкого ветра. Впереди послышались голоса и смех людей. Я вышла к большой пещере и сразу же укрылась за камнями рядом с коридором, из которого пришла. В пещере пили и веселились пять разбойников – такие же, что были в деревне и при входе в гору. В центре пещеры лежал большой камень, на котором, как на алтаре, бандиты разложили свои кровавые сокровища: золотые монеты, мечи и доспехи, серебряные кубки, мешки со всем, что они смогли унести из деревень. Разбойники пили вино, рассказывали друг другу шутки, рассказы о былых набегах и разбоях, и просто наслаждались жизнью вне закона и правил королей.

– Эй, красавица, ты строишь мне глазки с самого утра, – пьяный разбойник шатаясь подошел к пленницам, связанным по рукам, стоящим у стенки пещеры. Восемь девушек – они были измотаны и истощены, волосы растрепались, одежда порвана, а глаза были красные от слез.

Он схватил одну из них за горло и с силой поцеловал в губы, девушка вырвалась и посмотрела на него с таким отвращением и гневом, что любой бы провалился под землю или сгорел на месте.

– Ух, люблю недоступных. Дай, я прочту тебе стихи, – он кашлянул, а затем его вырвало. – Хм, вступление.

Девушка не шелохнулась, она смотрела перед собой, стоя прямо, гордо задрав голову.

Он отошел от нее и осушил еще один кубок вина, а после свалился на землю и захрапел.

«Надо спасти девушек, – подумала я. – Пусть отвлекут для меня разбойников».

– Р-р-р-р…

Ты невнимательно слушаешь, первым делом я сказала про их спасение, а уже потом про план, где я подвергаю их жизнь опасности, используя их как отвлекающий маневр. Что за ужасный человек я по-твоему?

– Р-р-р-р…

Неважно. Надо спасти девушек. Легко сказать, так же легко, как и представить, что я одна раскидываю всех врагов, выношу на руках всех девушек и ухожу с ними в закат, пока за нами взрывается пещера. Легко. Только вот, кроме разбойников, здесь где-то должны были быть братья, и они точно не отдадут свои трофеи. Пока их не было, я решила подобраться поближе к пленницам. Прячась за камни, я подкралась к девушкам, минуя разбойников. Мне не пришлось кукарекать или свистеть: девушка, которой пришлось на себе почувствовать стихи разбойника, заметила меня. Она посмотрела на меня, а затем на пьяных бандитов. Я показала ей кинжал, она понимающе кивнула, девушка слегка развернулась, руки были связаны за спиной, она широко расставила пальцы, готовясь поймать кинжал. Я выдохнула и подбросила кинжал, он покрутился в воздухе; поймав кинжал, она сжала рукоять и развернулась, встав в прежнюю позу. Получилось.