Русский синдикат - Андрей Ростовский

Вся система айкидо в основном сводится к концентрации энергии «ки» — мощной внутренней энергии человека. В китайском языке, например, эта же энергия называется «ци». Путем постижения и овладения техникой управления внутренней энергией мастер этого вида единоборства может силу и энергию противника обратить против него самого. А настоящий мастер способен виртуозно раскидать несколько человек.

Вот как раз этим и занимался в настоящий момент сорокалетний японец с резкими чертами лица, одетый в черную одежду. Он одновременно упражнялся с восемью противниками. Они то поочередно, то гурьбой нападали на него и тут же, переворачиваясь в воздухе, отлетали, словно щепки. Мастер неуловимыми глазу молниеносными движениями свободно и легко расправлялся с ватагой нападающих, как бы просто играя с ними.

Острым глазом увидев вошедших, он остановил схватку и почти бегом устремился навстречу гостям. Узнав Феликса, глаза его изумленно расширились, а на губах появилась радостная улыбка. Но, подбежав к своему другу, он не сразу попал в его объятия. Соблюдая этикет, мастер в двух шагах остановился около Феликса, отвесил гостям глубокий поклон и лишь затем заключил в свои объятия старого приятеля, вежливо поздоровался и познакомился с остальными.

— Феликс-сан, откуда ты здесь? Каким добрым ветром тебя занесло в Чикаго? Как же я рад тебя видеть.

— Да вот так бывает, брат Яшидо, земля ведь круглая.

— А почему не позвонил? Я бы встретил тебя с огромной радостью.

— Ну не обессудь. Будем считать это сюрпризом.

— Верно. Как говорят у нас: «Неожиданный приход дорогого гостя приносит счастье в дом». Сколько ж лет мы не виделись, Феликс-сан?

— Да, поди, уже шесть лет. Как дела у твоей сестренки? Как поживает твоя очаровательная супруга, как дети?

— Спасибо, хорошо. Все здоровы. Моя сестра Миюки сейчас преподает в Токийском университете. Все время спрашивала о тебе. Интересовалась. От тебя же лишней весточки не дождешься. Хоть позвонил бы. Я вот пробовал тебе звонить, но твой старый мобильный не отвечает, ты их, наверное, меняешь как перчатки. От тебя уже более трех лет никаких вестей не было.

— Ну прости, Яшидо, виноват. Суета сует. Вся жизнь на бегу. Ты уж извини своего друга.

— Прощаю, Феликс-сан, но в последний раз. Не пропадай больше. Ну расскажи хоть, как ты сам. Обзавелся ли семьей?

— Да нет пока. Уж больно я свободу люблю.

— Ну ничего, у тебя еще все впереди. Где ты сейчас обитаешь?

— По-прежнему, в Москве. А ты, как я вижу, перебрался в Америку.

— Да, как видишь. Судьба распорядилась так, что сейчас я живу здесь, в Чикаго, проповедую японскую культуру и несу ее в массы. Добрые пути нужны всем странам и континентам. Меня еще три года назад в Чикаго пригласили. Вот помогли такую школу открыть. — Яшидо развел руками.

— Хорошая школа, просторный зал, красивые татами. Твой зал в Токио был куда меньше, — заметил Феликс.

— Так в Японии и земли меньше.

— Да, у вас там особо не развернешься, на каждый квадратный метр по два японца, — пошутил Феликс и тоже рассмеялся.

— У нас в Токио квадратный метр полезной площади самый дорогой в мире, так что в Америке я не сразу привык к таким просторным помещениям.

— А здесь ты как умудрился обустроиться? Я думаю, твой двоюродный брат Шигеро Мацумото помог. Он, как я слышал, в Америке давно.

— Да, Шигеро в Лос-Анджелесе с начала восьмидесятых. Помог финансировать этот проект, а пригласили меня поклонники айкидо.

— А у нас как раз дело к твоему брату. Поможешь организовать встречу?

— Ах, вот оно что, а я уж было понадеялся, что мой друг ради меня совершил столь длительное путешествие, — улыбнулся Яшидо Акиямо. — А моему замечательному другу, оказывается, мой брат понадобился.

— Ну что ты, Яшидо, я безумно рад нашей встрече. Такая уж у нас суетная жизнь, приходится сочетать полезное с приятным. Приятное в данном случае — это наша с тобой встреча.

— Надеюсь, мой друг, надеюсь. — Яшидо еще раз обнял Феликса. — Ну что, прошу тебя и твоих друзей проследовать со мной на верхний этаж в отдельный зал для чайной церемонии. Сейчас нам подадут туда суши, сушими и, конечно же, сакэ. Так что, как говорят у вас в России: «Ми-ло-сти п-ро-сим, до-обро по-о-жа-ло-ва-ть», — перешел он с английского на русский, смешно растягивая слова. — Правильно получилось?

— Правильно! Смотри-ка, не забыл еще. Вот что значит хорошая память и лингвистические способности. Ну что ж, пойдем в твой отдельный зал.

Хозяин с гостями на лифте, выполненным под сандаловое дерево, поднялись на третий этаж, проследовали в специальный зал и расположились на циновках за низеньким квадратным столом. Тут же появились две девушки в кимоно и, положив перед каждым гостем приборы и горячие влажные полотенца для протирания рук, безмолвно и тихо удалились. Через пару минут появившись вновь, они забрали использованные полотенца и поставили перед каждым гостем глиняную бутылочку с подогретым сакэ. Каждая бутылочка была сверху накрыта маленькой фарфоровой чашечкой.

Последовав примеру хозяина, присутствующие налили сакэ в чашку и взяли ее двумя руками. Яшидо Акиямо произнес короткую речь, выражая в ней приветствие и радость по поводу прихода гостей, и закончил ее традиционным «кампай». Все повторили этот национальный тост и опустошили порцию горячего сакэ, которое приятно обожгло горло.

Город ангелов

Погостив пару суток у гостеприимного японца и посетив загородную резиденцию клана Дженовезе по любезному приглашению Джино Кастелано, интернациональная компания вместе с примкнувшим к ним Яшидо вылетела в Лос-Анджелес. Там в аэропорту «Города ангелов» их встретил сам Шигеро Мацумото.

Прямиком из аэропорта они устремились в «маленький Токио». Расположившись в одном из банкетных залов клуба «Фудзияма», Феликс открыто поведал главе лос-анджелесского клана «Якудзы» о том, что, по его мнению, их интересы пересекаются на одной и той же финансовой компании и, возможно, на одном и том же физическом лице. Он решил идти ва-банк и открытым текстом сообщил господину Мацумото о цели своего приезда.

Подробно рассказав предысторию, Феликс не забыл упомянуть о том, что произошло в китайском квартале Нью-Йорка. Говоря об этом, он внимательно наблюдал за выражением лица Шигеро Мацумото, пристально глядя ему в глаза. Но ни взглядом, ни каким-либо движением японец не отреагировал на полученную информацию.

Феликс понимал, что в данной ситуации хитрость неуместна, и подытожил свою речь следующими словами:

— Уважаемый Шигеро-сан, я и мои коллеги приехали в Америку с конкретной целью. Мы должны найти наши деньги и человека, их похитившего. Так или иначе мы это сделаем, но если в данной ситуации наши с вами интересы пересекаются на одном и том же объекте, то я уполномочен сообщить вам, что было бы продуктивней объединить наши силы для достижения конечного результата. О нашем деле я вам подробно рассказал, вы мне сообщите то, что посчитаете нужным, но я бы не хотел, чтобы мы столкнулись лбами, преследуя одну и ту же дичь. Я думаю, что в сложившейся ситуации мы могли бы быть друг другу чрезвычайно полезны, и я бы хотел услышать ваше мнение по поводу моего предложения.

Шигеро Мацумото, внимательно и вежливо выслушав своего гостя, с ответом не спешил. Уж такой народ японцы, а тем более если они еще и члены «Якудзы». Осторожность и скрытность в делах присущи им так же, как скромность и вежливость, а посему глава лос-анджелесского клана «Черный лотос», извинившись, тактично перенес продолжение разговора на следующий день.

Феликс понимал, что господину Мацумото для принятия столь важного решения необходимо не только тщательно все продумать и посоветоваться с коллегами, но также оповестить и выслушать решение своего босса — оябуна клана «Черный лотос».

Вечером того же дня Феликс встретил ростовского вора Эдика Кирпича, прилетевшего из Майами, чтобы присутствовать на завтрашней встрече. Этого потребовала та часть русской братвы, которая, по совместному решению, томилась в ожидании под палящими лучами жаркого солнца Флориды на пляжах Майами-Бич. По предварительному сговору они должны были находиться на побережье Атлантического океана, ожидая конкретного сигнала для дальнейших действий.

Эдик приехал для того, чтобы, не прибегая к услугам телефонной связи, тет-а-тет узнать у Феликса о том, как разворачиваются события.

Встретив приятеля, Феликс отвез его в комфортабельный коттедж на Беверли-Хиллз, любезно предоставленный для них кланом Дженовезе.

Когда Чикаго подробно рассказал Кирпичу о текущих делах, было решено этим вечером отдохнуть, и друзья устремились в Голливуд. Грешно было не воспользоваться возможностью, находясь рядом, не посетить знаменитое место, которое вот уже восемьдесят лет является «фабрикой грез» для миллионов кинозрителей во всем мире.