Падший ангел - Миган Маккини

Эвви так и ахнула.

— И слышать больше не желаю об этом мерзком человеке, — воскликнула она. — И нельзя же, чтобы ты жертвовала собой ради того…

— Ну, не совсем же он плох, — перебила Лиза. — И потом, он всегда был влюблен в меня…

— Влюблен? Да он просто развратник, сестрица, и этим все сказано. У него цепочка от часов — из человеческого волоса.

— Ну, по-моему, это обстоятельство произвело на тебя слишком большое впечатление. Мне не следовало тебе об этом рассказывать. Сейчас ведь мода такая. Даже Арабелла Парке стала носить сережки из своих рыжих волос.

— Замечательно, — насмешливо воскликнула сестра. — Это, конечно, для него комплимент. Пусть теперь он женится на тебе, и ты в одно прекрасное утро проснешься остриженной наголо, а его дочки будут носить ожерелья из твоих золотистых кудрей! Нет, Лиза, лучше не будем говорить об этом.

— Ничего не поделаешь, придется, Эвви. Ведь для нас это сейчас единственный шанс спастись от полного разорения, — произнесла Лиза.

Она встала и начала расхаживать по комнате. Что было делать? Не так-то легко представить себе брак с таким человеком, как Уилмот, а тут еще приходится, чуть ли не защищать его перед родной сестрой. И это сейчас, когда Лизе особенно нужна была поддержка Эвви. Без этого она не смогла бы решиться на такой шаг.

— А если тебе недостаточно всех «прелестей» Уилмота Билингсворта, — продолжала Эвви, — то не забывай про его милых дочек, про этих, как их… Глорию и Адель.

— Да-да, из них получились бы замечательные падчерицы, — заметила Лиза, стараясь не рассмеяться.

— Замечательные! Да им обеим вместе уже лет сто пятьдесят!

— Что ты, им меньше, — Лиза все же не задержалась от смеха.

— Да нет, не меньше! И страшно подумать, сколько лет самому Уилмоту. Лиза, тебе нечего и думать о таком замужестве. Это никуда не годится.

Лиза поглядела на сестру уже без улыбки. Это и вправду никуда не годилось. Уилмот действительно был жадным, распутным и вообще довольно противным. Пожалуй, он заслуживал и более нелестных характеристик. Кроме того, Лиза всегда мечтала, что встретит сильного, благородного человека, что она полюбит его всем сердцем, так же как и он ее, что они будут счастливы… Она, сама, не ожидая этого, посмотрела в окно, туда, где высился вдали замок Пауэрскорт. Мечты мечтами, а выход надо было искать в реальной жизни, какой бы жестокой ни была действительность.

— Я должна это сделать, Эвви, — сказала Лиза тихо.

Необходимо было дать воспитание младшему брату. Необходимо было заботиться о сестре. Без них ее собственная жизнь не имела для Лизы никакого смысла. Именно она должна была сохранить остатки семьи Альсестеров. И если ради этого ей, Лизе, придется пожертвовать своим счастьем, значит, так суждено.

Она нервно рассмеялась и сказала:

— Да и что нам остается, кроме этого?

— А почему бы тебе не написать письмо Айвану? — спросила вдруг Эвви

— А с какой стати? — спросила изумленная Лиза.

— Знаешь, я ведь помню, что он был неравнодушен к тебе, — ответила сестра. — Тогда я еще видела.

Как обычно, при упоминании Айвана Трамора, Лиза почувствовала неуверенность и страх. А, кроме того, воспоминания о нем пробуждали еще одно чувство, в котором она не хотела признаться и сама себе.

Заметив, что сестра молчит, Эвви продолжала:

— Я думаю, что если ты непременно хочешь пожертвовать собой, то уж лучше Айван, чем кто-то другой…

— А ему-то что до всего этого? Он совсем не думает о нас. Тем более что мы не виделись уже пять лет. — Лиза старалась говорить спокойно. — Он живет в Лондоне, в богатстве и роскоши. Да и что мы ему? Мы теперь для него все равно, что крестьяне. Мало ли что… было прежде… так давно… Теперь все иначе… — Она умолкла, не справившись с волнением.

Айван Трамор! Лизе даже про себя было трудно произносить его имя, не то, что вслух. Черт бы его побрал! С чего это ему пришло в голову вернуться в Пауэрскорт именно теперь, когда они остались без средств? Лиза закрыла глаза и очень живо представила себе, как он будет злорадствовать, увидев их жалкое положение. Он, пожалуй, даже получит удовольствие, если ему удастся навредить им еще больше. А может быть, он и возвращается ради того, чтобы отомстить? Лиза снова открыла глаза. Ей стало страшно.

— Наверное, мне не следовало напоминать тебе о нем, — сказала, наконец, Эвви.

— Да нет, ничего, — Лиза старалась овладеть собой. — Он ведь все равно возвращается, так что нам придется считаться с этим новым соседством. Хотя я сомневаюсь, что при нашем теперешнем положении он обратит на нас внимание. Так что наша бедность, может быть, имеет и хорошие стороны.

— Но вы были бы красивой парой…

— Наш отец вовсе не желал, чтобы я стала женой младшего конюха, особенно того, чье происхождение было сомнительным — Она нахмурилась. — Ну, довольно об этом. Это все в прошлом. А Билингсворт — наше будущее.

— Нет, Лиза, нет! — вскрикнула Эвви, но на этот раз разговор тут же и закончился, потому что явился из школы Джордж.

Их младший брат был красивым мальчиком. Лиза считала, что когда он вырастет, то в него будут влюбляться немало женщин. Уже сейчас девятилетний Джордж покорил Алису Бишоп, внучку владельцев магазина, которая появлялась на улице всякий раз, когда Джордж оказывался поблизости, чтобы угостить его конфетами.

Лиза подошла к брату и взяла у него портфель, словно она была его матерью. Девушка ласково погладила его по голове (волосы у Джорджа были не светлыми, как у Лизы, а темными, как у Эвви, даже черными).

— Как дела в школе? Ты проголодался? — спросила она.

— Ничего, — хмуро ответил мальчик, но тут же оживился. — Знаешь, я читал про Африку. Ты слышала, там есть племена, которые умеют убивать людей отравленными дротиками. А еще они там умеют вытягивать губы, вот так. — Он подошел к чайному столику, на котором стоял сервиз, оттопырил губы, взял одно блюдце и хотел удержать его губами, но Лиза своевременно остановила его:

— Нет, что ты, Джордж! Это же любимый мамин сервиз. — Она торопливо отобрала у брата драгоценное блюдце. — Лучше садись, поешь.

Она налила ему чаю, приготовленного Эвви. Джордж тут же набросился на лепешки, лежавшие перед ним на тарелке.

— Не дразнили тебя сегодня? — спросила Эвви. Мальчик снова нахмурился и выжидающе посмотрел на Лизу.

— Ну? — спросила она.

— Нет, — ответил он и начал болтать ногами.

— Никто, даже Джонни Миллер?

— Нет. — Джордж еще сильнее заболтал ногами.

— Ну, уже хорошо, — сказала Эвви и снова стала вязать.

А Лиза не сводила глаз с Джорджа. Она поглядела ему в глаза, но он тут же отвернулся.

«Молодец, хорошо держится», — подумала Лиза и тяжело вздохнула.