Поиск-90: Приключения. Фантастика - Юрий Уральский

— Похожи на отпечатки галош, — сказал оперативник. — Или… резиновых сапог.

— Резиновые сапоги? — усомнился я. — В такой холод? Маловероятно.

— Тогда галоши, — уверенно заключил оперативник.

— А пожалуй, он прав, — согласился Пискунов. — Существует поверье, что собака не может взять след резиновой обуви. Похоже?..

— Но ведь это глупости, — усмехнулся я. — Нас ведь она довела до железнодорожного полотна. И совсем не тем путем, каким шел Красноперов. Значит, мы точно прошли по следу преступника.

— Но поверье-то существует, — развел руками Пискунов.

— Хорошо, — я потрогал пальцем шершавые гипсовые слепки. — Отправим их в Горноуральск на экспертизу. Вечером будем знать результаты.

— Теперь сторожа из пионерских лагерей, — докладывал оперативник. — В «Горняке» работает Поливанов, а в «Металлурге» Воробьев. Поливанов, тут много «за», частенько попивает. Месяц назад устроил скандал в ресторане. Хотели привлечь, но… заменить его в лагере некем. Отделался штрафом. Дружки его посещают довольно часто. Пьют да там и ночуют. Предупреждали… А что сделаешь? Кто поедет в такую глушь на всю зиму? Теперь Воробьев. Ему шестьдесят два года. Пенсионер. Заслуженный, так сказать, человек. К нему претензий нет. И, наконец, Сидоров Владимир. Молодой парень. Работает в универмаге электриком. Женат. Живет с женой и сыном. Не судим. Дел с милицией никогда не имел. Друзей особо близких нет. Одно время поддерживал какие-то взаимоотношения с Паршиным Сергеем, у которого проживал Красноперов-Кривой, и второй бывший друг — Михаил Воронов. Паршин, как известно, находится в Горноуральске, а Воронов сидит в коридоре. Позвать?

— Зови, — кивнул Пискунов. — И продолжай работу со сторожами.

Воронов бочком вошел в кабинет.

— Здрасте, Григорий Иванович, — сказал он. — Зачем вызывали?

— Ты прежде садись, — улыбнулся Пискунов. — А пригласил я тебя по поводу твоего дружка Сидорова.

— Какой он мне друг, — криво усмехнулся Воронов. — Был когда-то…

— Почему? — спросил я.

— А-а… было дело… Но теперь все. Точка!

— Так в чем причина вашей размолвки? — настаивал я.

— Причина? — переспросил Волков и почему-то посмотрел на Пискунова. — Разошлись, как в море…

— Перестань дурачиться, Михаил, — не дал ему договорить Пискунов. — О твоей причине весь город знает. Мне самому рассказать или…

Волков понуро молчал.

— Тогда расскажу, — решительно сказал Пискунов. — Произошло это в июле. Ты, кажется, тогда только из армии вернулся?

— Да, — кивнул Воронов.

— Так вот, — продолжал Пискунов. — В тот день взял наш демобилизованный у своего закадычного дружка мотоцикл… Марку не помню…

— Ява-350…

— Верно, — вновь улыбнулся Пискунов. — И поехал по городу, оповещать о своем возвращении всех знакомых девах. Ну и… на городской плотине не справился с управлением. Сковырнулся вместе с мотоциклом в пруд. Сам-то выбрался, а мотоцикл… до сих пор в пруду лежит. Глубина в том месте метров тридцать пять. Сколько раз ты нырял за ним?

— Не помню… Раз сто, может, больше…

— Вот-вот, — засмеялся Пискунов. — До осени и нырял. Мне тут на днях один знакомый говорит: «Что это Мишка нырять перестал? Морозу, что ли, испугался? Так мы бы ему прорубь прорубили и избушку какую ни на есть смастерили для обогреву». Поверишь, нет, народ на плотину ходил, как на представление. Не все, конечно, ради смеха ходили. Нет. Помогали. И «кошками», и баграми… Чем только не пробовали. Вот с тех пор и разошлись они. Но ты, Мишка, не расстраивайся. На следующий год планируется ремонт заслонок на плотине. Приедут водолазы…

— Я что… — возмущенно произнес Воронов. — Вовка… Я же с ним расплатился. В шахте вкалывал, будь здоров! Четыре месяца всю зарплату отдавал. Себе только на еду. Он же с меня, козел, двойную цену взял!

— Ладно, — кивнул Пискунов. — Это, так сказать, из области воспоминаний. А с кем сейчас дружит Сидоров?

— Да ни с кем. Когда ему? Он на трех работах пашет. В универмаге, в столовой электриком и в пионерском лагере сторожем. Машину собрался покупать.

— В каком лагере? — спросил Пискунов и удивленно посмотрел на меня.

— В «Металлурге»…

— Но… там же дежурит Воробьев…

— Это его отчим. Он днем дежурит, а Вовка вечером его сменяет. Вообще-то он на оба лагеря вкалывает. Второй сторож, Поливанов его фамилия, алкаш. По ночам в лагере не бывает. Вот Вовка и берет с него половину зарплаты.

— Ну вот, — облегченно произнес Пискунов. — С Сидоровым вопрос более-менее ясен. Остальное выясним после.

— После чего? — спросил я.

— После задержания, — ответил Пискунов.

— А повод? Разве знакомство с Красноперовым дает нам право на задержание Сидорова? Я понимаю, Сидоров скопидом, копит деньгу, но убийство… Нет! В это я не верю. Тут скорее другое: нам спасать надо Сидорова.

— Спасать? — удивился Пискунов.

— Именно. И немедленно. Прямо сейчас. Пошли своих оперативников в магазин, и пусть они привезут Сидорова сюда. И побольше шума. Чем больше народу будет знать о том, что Сидорова задержала милиция, тем лучше.

— Не понял?.. — Не скрывая недоумения, посмотрел на меня Пискунов.

— А тебе не кажется, что Сидоров просто чудом остался жив? — вопросом на вопрос ответил я.

— В каком смысле?

— Есть кто-то третий. И я не знаю, что ему помешало в ту же ночь убрать Сидорова. Ведь он наверняка узнал у Красноперова, что Сидоров находится в лагере один. Упускать такой шанс…

— Значит, форсируем события? — спросил Пискунов.

— Что-то в этом роде, — согласился я. — Мне кажется, что этот третий, узнав о задержании Сидорова, обязательно должен каким-то образом себя обнаружить. Вот тут мы ему и подкинем Колесова.

Сидорова привезли в отдел через сорок минут. Это был парень лет двадцати пяти довольно высокого роста, крупный в кости. Длинные, с большими сильными ладонями руки словно плети висели вдоль туловища, создавая впечатление подавленности и безразличия. Он медленно, как бы нехотя, обвел нас взглядом и, не дожидаясь приглашения, опустился на стул.

— Побеседуем? — предложил Пискунов.

— Поговорим, — кивнул Сидоров. — А о чем?

— О Красноперове-Кривом, — без предисловий сказал Пискунов.

— Такого не знаю, — ответил Сидоров.

— Зато о твоем знакомстве с ним знаем мы. И этого, я думаю, вполне достаточно. Не так ли?

— Вам видней…

— Вас видели в поселке Лесное несколько раз, — настаивал Пискунов. — Вы приезжали к Красноперову в гости. Пригласить участкового?